Петр Сойфер – Информационная перегрузка (страница 5)
Вот в чём ловушка: цифровая среда создаёт иллюзию, что вы поднимаетесь по пирамиде, тогда как на самом деле вы чаще всего перемещаетесь горизонтально – потребляете всё больше данных и информации на одном и том же уровне. Вы расширяете кругозор, но не углубляете понимание. Как если бы вы пробовали тысячу блюд по одному кусочку, но ни одного не съели целиком.
2.4. Когнитивная перегрузка: когда мозг говорит «хватит»
Термин «когнитивная перегрузка» ввёл в 1988 году австралийский психолог Джон Свеллер. Его теория когнитивной нагрузки изначально была направлена на улучшение образования, но оказалась применимой далеко за его пределами.
Идея Свеллера проста и элегантна: рабочая память – та самая, которая обрабатывает 30–60 бит в секунду – имеет фиксированную ёмкость. Эту ёмкость можно нагрузить тремя типами нагрузки.
Внутренняя нагрузка (intrinsic load) – сложность самого материала. Квантовая механика создаёт бо́льшую внутреннюю нагрузку, чем таблица умножения, независимо от того, как вы её преподаёте. Этот тип нагрузки определяется предметом и вашим уровнем подготовки.
Внешняя нагрузка (extraneous load) – всё, что не связано с самим материалом, но потребляет ресурсы рабочей памяти. Плохо оформленные слайды, шум в аудитории, уведомления телефона, сложная навигация по сайту, мигающая реклама – всё это внешняя нагрузка. Она не помогает учиться – она мешает.
Полезная нагрузка (germane load) – усилия, направленные на организацию и интеграцию нового материала с уже имеющимися знаниями. Это «хорошая» нагрузка: именно она превращает информацию в знание. Когда вы пытаетесь найти аналогию, связать новый факт с чем-то уже известным, объяснить идею своими словами – вы создаёте полезную нагрузку.
Критический момент: общая ёмкость рабочей памяти фиксирована. Три типа нагрузки конкурируют за один и тот же ограниченный ресурс. Если внешняя нагрузка слишком высока, на полезную просто не остаётся места – и обучение прекращается, даже если вы продолжаете «потреблять информацию».
Вот что это означает на практике. Студент, который читает учебник в тишине библиотеки, с выключенным телефоном, направляет почти всю ёмкость рабочей памяти на полезную нагрузку. Тот же студент, читающий тот же учебник в кафе, под музыку, параллельно переписываясь в чатах и проверяя Instagram каждые пять минут, загружает львиную долю рабочей памяти внешней нагрузкой. Он может провести за учебником три часа и запомнить меньше, чем первый студент за тридцать минут.
И вот здесь проявляется парадокс информационного века: мы окружили себя средой, которая максимизирует внешнюю нагрузку. Каждый экран, каждое приложение, каждый сайт добавляет слой раздражителей, которые высасывают ресурсы рабочей памяти. Мы потребляем больше информации, чем когда-либо в истории, – но усваиваем, возможно, меньше, чем наши бабушки с их единственной районной библиотекой.
2.5. Информационное ожирение: метафора, которая работает
Клэй Джонсон, технолог и активист, в 2012 году предложил метафору, которая удивительно точно описывает нашу ситуацию: информационное ожирение.
Подумайте об этом. Пищевая промышленность научилась делать еду максимально привлекательной: много сахара, много жира, много соли, яркая упаковка. Эта еда вкусная, дешёвая, доступная – и она убивает. Не потому, что сахар или жир сами по себе вредны, а потому, что их количество многократно превышает то, на что рассчитан наш организм. Мы эволюционно запрограммированы на то, чтобы есть сладкое и жирное при любой возможности – потому что в дикой природе такая возможность выпадала редко. Но теперь эта возможность – постоянна, и наши инстинкты нас подводят.
С информацией произошло ровно то же самое. Контент-индустрия научилась делать информацию максимально привлекательной: кликбейтные заголовки, эмоциональные триггеры, скандалы, конфликты, шок – это информационный аналог сахара и жира. Такой контент легко потребляется, вызывает мгновенную эмоциональную реакцию и не требует умственных усилий. И точно так же, как фастфуд, он не насыщает. Через пять минут вы забыли, что прочитали, – и тянетесь за следующей порцией.
Параллели поразительно точны:
Фастфуд: вкусно, но не питательно. Информационный фастфуд: увлекательно, но не информативно.
Переедание: организм не справляется с переработкой. Информационное переедание: мозг не справляется с обработкой.
Ожирение: хронические болезни тела. Информационное ожирение: хроническая тревожность, рассеянность, выгорание.
Диета: осознанный выбор того, что вы едите. Информационная диета: осознанный выбор того, что вы потребляете.
И так же, как с едой, проблема не решается простым призывом «меньше потребляйте». Человеку, окружённому фастфудом, недостаточно силы воли – ему нужна стратегия, нужны привычки, нужна поддерживающая среда. О том, как всё это построить применительно к информации, мы подробно поговорим в главах 6 и 7.
2.6. Когда больше информации вредит: три реальных области
Чтобы идея «больше ≠ лучше» не осталась абстракцией, давайте посмотрим, как она проявляется в конкретных ситуациях.
Медицина и самодиагностика. Каждый, кто хоть раз гуглил свои симптомы, знает этот сценарий. Вы вводите «головная боль» – и через десять минут уже уверены, что у вас опухоль мозга. Этот феномен даже получил название – «киберхондрия». Исследования показывают, что люди, которые активно ищут медицинскую информацию в интернете, тревожатся о своём здоровье значительно больше тех, кто этого не делает, – при этом объективные показатели здоровья у обеих групп одинаковы. Информация не уменьшила тревогу – она её усилила.
Учёба и подготовка к экзаменам. Педагоги давно заметили парадокс: студенты, которым доступно больше учебных материалов, не обязательно учатся лучше. Исследование Ричарда Мейера из Калифорнийского университета показало, что учебные материалы, перегруженные дополнительной информацией – интересными, но нерелевантными деталями, – снижают результаты обучения. Мейер назвал это «эффектом соблазняющих деталей» (seductive details effect): яркие, увлекательные подробности привлекают внимание и забирают ресурсы рабочей памяти, которые должны были пойти на обработку ключевого материала.
Финансовые решения. Вы думаете, что профессиональные инвесторы, имеющие доступ к терминалам Bloomberg и аналитическим отчётам, принимают лучшие решения, чем обычные люди? Не всегда. Нобелевский лауреат Даниэль Канеман показал, что финансовые аналитики, вооружённые огромными массивами данных, систематически уступают простым статистическим моделям. Причина – «иллюзия обоснованности»: обилие данных создаёт ложное чувство уверенности, которое побуждает к более рискованным решениям. Аналитик, прочитавший триста страниц отчёта, чувствует себя увереннее – но его прогноз не становится точнее.
2.7. Принцип «достаточно хорошо»: Герберт Саймон и ограниченная рациональность
Если больше информации не ведёт к лучшим решениям, то сколько информации нужно? Ответ на этот вопрос дал Герберт Саймон – экономист, психолог, нобелевский лауреат и, вероятно, один из самых недооценённых мыслителей XX века.
Саймон ввёл понятие «ограниченной рациональности» (bounded rationality). Его идея была проста и провокационна: люди не принимают оптимальных решений – и это не баг, а фича. В реальном мире, где информация неполна, время ограничено, а вычислительные ресурсы мозга конечны, стремление к оптимальному решению нерационально. Рационально – искать решение «достаточно хорошее».
Для этого Саймон изобрёл слово «satisficing» – гибрид satisfy (удовлетворять) и suffice (быть достаточным). Сатисфайсинг – это стратегия, при которой вы определяете минимальный набор критериев, ищете первый вариант, который этим критериям соответствует, – и принимаете решение. Без бесконечного сравнения. Без мучительных раздумий. Без сорока открытых вкладок.
Звучит как «рецепт посредственности»? На самом деле это рецепт эффективности. Исследования показывают, что сатисфайсеры в среднем:
– тратят на принятие решений значительно меньше времени;
– испытывают меньше стресса и сожалений;
– более удовлетворены своими решениями;
– и при этом качество их решений статистически не отличается от качества решений максимизаторов.
Последний пункт – ключевой. Максимизаторы тратят в разы больше ресурсов, но не получают пропорционально лучший результат. Разница между «идеальным» и «достаточно хорошим» решением часто существует только в воображении.
Для студентов этот принцип имеет прямое практическое значение. Когда вы готовитесь к экзамену, не нужно прочитать все существующие источники по теме – нужно прочитать достаточно для понимания ключевых принципов. Когда вы выбираете тему для проекта, не нужно перебрать все возможные варианты – нужно найти первый, который вас зажигает и соответствует критериям. Когда вы ищете информацию для доклада, не нужно открывать все ссылки на первых трёх страницах Google – нужно найти три-пять качественных источников и работать с ними.
Парадоксально, но осознанное ограничение информации – это не интеллектуальная лень. Это признак зрелого мышления.
2.8. Что из этого следует: три урока второй главы
Урок первый: информация – это ещё не знание. Между фактом, прочитанным в ленте, и подлинным пониманием лежит пропасть. Преодолеть её можно только через осмысление, соотнесение с опытом и практику – а не через увеличение объёма потребления.