Петр Шидловский – Смерть исправит всё (страница 14)

– Я с тобой, – Аслан сжал ладонь Улугбека.

– Ну а ты? – Улугбек посмотрел в сторону Алишера.

– Но она же не даст сама, верно, ведь? А это же преступление.

– Эй! – воскликнул Улугбек, те немногочисленные посетители, что находились в отделе магазина неодобрительно на него посмотрели. Улугбек понизил голос. – Какое преступление? Это овца, а ты волк. Она получит столько удовольствия, что ей и во сне не снилось. Ещё и добавки попросит. Поверь, у себя в ауле ты такую цыпочку никогда не попробуешь. Я-то знаю. Ну, ты с нами?

– Да, – Алишер кивнул головой.

– О-па! – Аслан радостно хлопнул в ладоши.

– Тогда за мной, – скомандовал Улугбек и все трое покинули магазин.

*****

Видимо он так глубоко погрузился в свои мысли, что не заметил, как перед ним возник этот смуглый, с абсолютно лысой головой, коренастый мужчина. Он улыбался. В глазах горел непонятный лихорадочный огонь. Он облизал свои губы и обратился к нему:

– Привет, красавица! Скучаешь?

Смерть не успел на это никак среагировать – кто-то скрутил ему руки с обеих сторон; ладонью перекрыли рот; стукнули под колени и завалили на зад; потащили в сторону от освещённой аллеи куда-то в темноту. Он решил не сопротивляться.

Его оттащили довольно далеко вглубь парка, подальше от ночных фонарей. Лысый человек внимательно осмотрелся по сторонам. Убедившись в том, что здесь безопасно, он скомандовал:

– Тут.

Его помощники уложили Смерь на траву. Они навалились на его руки и сдавили горло, чтобы ненароком не вскрикнул и не убежал. Лысый человек склонился над ним. От него неприятно пахло. Он своими ладонями схватил его за груди и начал их мять.

– Какая славная, – с придыханием и с дрожью в голосе вымолвил он. – Ты же не будешь сопротивляться, да? Тебе понравится и мне понравится и моим братьям понравится.

– Улугбек, – окрикнули лысого, – может поторопишься, ты здесь не один.

– Эй! Не мешай. На всех хватит. Она же умница. Видишь, не сопротивляется.

Лысый принялся ощупывать тело. Его грубые руки опускались всё ниже и ниже. Он прошёлся по бёдрам. Добрался до лодыжек. Затем вздёрнул подол платья.

– О-о-о! – вырвалось из его горла.

– Что там? – тот же нетерпеливый голос.

– Она ещё и без трусиков. Тебе понравится. Я очень нежный.

Лысый вновь склонился над ним. Глазки блестят. Противная сладостная улыбка на взмокших губах. Какая-то непонятная возня, попытки снять штаны с себя. Смерть решил, что на этом его бездействию пришёл конец. То, за чем он явился в этот мир, у него на крючке. Он посмотрел лысому в глаза.

Этой девочке было всего тринадцать лет, когда над ней было совершено насилие. Когда он совершил насилие. В первый раз. Боль, страх, унижение – те чувства, которые переполняли дитя в тот день. Он убил в ней веру в людей, вернее в то, что людям можно доверять. После неё были ещё девочки, девушки, женщины. И всё всегда с неизменной сальной улыбочкой.

Смерть освободил свою правую руку – она стала тенью и легко высвободилась из сжимающих тисков. Он направил её лысому человеку в грудь. Дотянулся до сердца – тёплого, пульсирующего. Обхватил его, но не сжал. Всю ту боль, все те страдания что пережили жертвы этого человека, он, тысячекратно усилив, направил в его, ещё бьющееся, сердце. Человек застыл. Его начала бить мелкая дрожь. По щекам потекли слёзы.

У Алишера перехватило дыхание. Улугбек, готовый был уже овладеть этой женщиной, неожиданно замер. Его взгляд остекленел. По щекам потекли крокодиловые слёзы. Всё тело затряслось, а из груди торчит рука этой женщины, которую он, мгновение назад, прижимал к земле. Алишер встряхнул головой и в тот же момент женщина вырвала свою руку из груди Улугбека. Горячие капли крови попали ему на лицо. В окровавленной ладони женщины билось алое сердце. Она сжала пальца и сердце взорвалось. Кровавы брызги фонтаном поднялись в небо. Тело Улугбека завалилось на спину. Алишер вскочил на ноги и побежал прочь, не разбирая дороги.

Один убегал, а второй до сих пор удерживал руку.

– Ты что, сука, наделала?! – заорал он.

Отбросив в сторону ошмётки сердца, Смерть махнула свободной рукой – голова отделилась от тела и мягко упала на зелёную траву. Тело осталось в сидячем положении. Смерть встал на ноги. У его ног лежало два тела. Он посмотрел в сторону – третий ещё бежал. Подняв с травы отрубленную голову, Смерть размахнулся и запустил её, словно мяч, вслед убегавшему. От точного попадания по голове, беглец потерял равновесие и завалился. Смерть сделал шаг. посмотрел себе под ноги – на правой ступне отсутствовала туфля. Грустно вздохнул и, резким движением, сбросил оставшуюся туфлю с ноги. Продолжил свой путь в направлении упавшего беглеца.

Темнота. Перед глазами летают цветные мушки. В ушах стоит невыносимый шум. Голова раскалывается от дикой боли. В носу пахнет кровью, землёй и травой. Алишер, с трудом, разомкнул свои веки – перед глазами всё поплыло. Он попытался приподняться. Голова закружилась. Он сделал усилие и встал на четвереньки. Осмотрелся. В траве по правую руку что-то лежало. Он встряхнул головой и потянулся к лежащему предмету. Дотронулся до него – круглый по форме, прохладный на ощупь и что-то шершавое. Придвинулся к предмету поближе. Пригляделся и тут же отпрыгнул в сторону, потерял равновесие и завалился на спину, его глаза наполнились ужасом – из травы на него мёртвыми глазами смотрела голова Аслана.

– Какого?! – пискнул Алишер.

Он решил вскочить на ноги, но тут перед ним возникла та женщина. Он вновь повалился на землю, при этом сильно ударившись копчиком.

Теперь перед ним стоял не ангел, не предмет его вожделения – это был шайтан во плоти. Вся в крови. Она возвышалась над ним словно скала. Не мигающий взгляд её чёрных, словно уголь, глаз приковывал, лишал воли, парализовал. Алишер попытался отползти от женщины, но она наступила ему на лодыжку – раздался неприятный хруст, всё тело пронзила нестерпимая боль. Он попытался закричать, но вместо крика из его горла вырвался жалкий писк. Женщина приблизилась и схватила его за горло.

– Я не хотел, – промямлил Алишер.

Женщина усмехнулась.

– Нельзя лгать в лицо смерти. Ты хотел. Ты вожделел.

– Я больше не буду.

– Да. Ты больше не будешь.

Пальцы сжались в кулак на шее Алишера и жизнь его покинула.

Смерть разжал пальцы и выпрямился. Он, сверху вниз, посмотрел на труп. Где-то внутри себя, очень глубоко, Смерть ощутил зарождение нового чувства. Чувство ему незнакомое и немеющее название, но оно было приятным. Надо будет спросить у профессора.

Отойдя на пару шагов в сторону, Смерть осмотрел себя. Что за вид? Весь в крови, платье разодрано. Нет, в таком виде продолжать охоту нельзя. Нельзя быть постоянно наживкой. Надо стать хищником. Профессор явно учился охоте по книгам.

Женщина истаяла, а вместо неё появился зверь с гигантской волчьей головой и львиным телом, весь сотканный из мрака. Зверь задрал голову к чёрному звёздному небу и издал жуткий, заставляющий кровь стыть в жилах, рык. Ночной город ему ответил собачьим воем. Зверь прыгнул в ночь и растворился.

*****

Пятница, вечер, лето. Что может быть прекрасней этого? Поверьте, может.

Сегодня воистину чудесный вечер. Он провернул шикарную сделку. Он обогатил себя и своих хозяев на кругленькую сумму. По этому поводу они с коллегами провели не один час в шикарном баре. Пили, кутили. А какие девочки их обслуживали. Конфетки. И всё было просто великолепно, до тех пор, пока он не оказался дома и не решил ещё немного расслабиться. Он налил себе полный стакан отличного вискаря, уютно расположился в кресле перед телевизором, а тут… Уже час в его ушах звучит этот крик. Он то становится громче, то стихает; срывается на визг. Ещё жена ходит по квартире и что-то нашёптывает, то ли убаюкивая, то ли приговаривая.

– Ты можешь его заткнуть?! Сил моих слушать это уже нет! – выкрикнул он.

От резкого окрика мужчины ребёнок зашёлся криком.

– Папа не серьёзно, мой сладкий, – женщина прижала ребёнка к груди и прикоснулась губами к его лобику. – У него режутся зубки. Я дала ему лекарство. Скоро он успокоится, и ты успокойся.

– Что?! – мужчина попытался встать с кресла, но не смог. – Я всю неделю пахал и теперь должен успокоиться?!

– Не ори. Ты пугаешь ребёнка.

Женщина, укачивая ребёнка на руках, прошла мимо кресла к раскрытому окну.

Мужчина сделал большой глоток из стакана и, совершив неимоверное усилие, всё-таки покинул кресло. Нетвёрдой походкой, он направился следом за женой. Она стояла у раскрытого окна спиной к нему и что-то напевала ребёнку, тот в тон ей всхлипывал. Мужчина приблизился. Женщина собиралась повернуться к нему, но в этот момент он с силой толкнул её в спину. Женщина потеряла равновесие и выпала в окно. В квартире стало тихо. Мужчина довольно улыбнулся, развернулся и шаткой походкой пошёл назад.

Зверь крадущейся тенью двигался вдоль залитого ночными огнями проспекта, когда его слуха достиг крик о помощи – тонкий звонкий голосок хрустального колокольчика. Зверь навострил уши, повернул свою могучую голову и увидел – к земле, со всё увеличивающейся скоростью, летела маленькая тёмная фигура. Зверь тут же развоплотился, став Тьмою, и молнией полетел на зов.

Земля становилась всё ближе. Ребёнок плакал, а она вместе с ним. Неизбежная катастрофа с каждым ударом сердца становилась всё неотвратимей. Ужас переполнял её. Она покрепче прижала ребёнка к груди. Свернулась калачиком. Зажмурилась. Приготовилась к удару. И… Падение прекратилось. Она больше не летела вниз с огромной скоростью. Всё ещё не открывая глаз, она высвободила правую руку и принялась ощупывать вокруг себя поверхность, на которой сидела. Этой поверхностью оказался песок. Она осторожно открыла глаза. Осмотрелась. Это была детская площадка. Как? А почему молчит ребёнок? Она с замиранием сердца ослабила объятия и посмотрела на своего малыша – он улыбался. Она чуть было не вскрикнула от удивления, но нашла в себе силы и сдержалась, чтобы не напугать ребёнка. Тут к ней начали подбегать люди. Началась суета и никто не заметил, как по стене дома к верхнему этажу с раскрытым настежь окном, змеёй движется тень.