Петр Селезнев – Тени Янтарной комнаты (страница 34)

Охотник за сокровищами жадно осматривался по кругу, стараясь заметить хоть одно место, которое он пропустил, однако ничего не находил. Отчаяние накатывало с новой силой. Совершенно забыв о воздухе, Виноградов решил обратить свое внимание на этот момент, к своему глубочайшему удивлению, обнаружив, что баллон уже был в красной зоне. Времени обследовать что-то еще просто не оставалось, нужно возвращаться.

Скрипя душой, надеясь сюда еще вернуться, молодой человек быстро погреб в сторону выхода, решив как можно скорее подняться на поверхность и обсудить со Светланой и Паулем план дальнейших действий. Он шустро перебирал ластами, двигаясь наверх, видя отражающиеся в бликах воды солнечные лучи и качающееся на волнах дно лодки.

Поднявшись на поверхность, Валерий быстро выплюнул изо рта трубку, став жадно хватать ртом воздух, после чего снял плавательные очки, ожидая увидеть прямо перед собой лицо кого-нибудь из товарищей. Однако каково же было его удивление, когда прямо перед глазами оказалась значительно превосходящее их катер судно с яркой синей полосой посередине, поверх которой был выбит белыми буквами текст на польском.

На охотника за сокровищами свысока смотрели трое неизвестных ему людей в форме, загадочно улыбаясь, посмеиваясь между собой.

— Chłopaki, spójrzcie, kogo złapali![1] — заявил один из них, в голос заорав от удовлетворения собственной шуткой.

[1] Парни, смотрите кого выловили!

Глава 51

Валерия под руки вытащили из воды. Он совершенно не понимал, что произошло, а особенно: куда делись Пауль и Светлана, однако предположения относительно поляков имелись. Молодой человек знал о том, что в этом месте нельзя погружаться и предполагал, что появились они здесь именно по этой причине.

Пограничники с силой посадили Виноградова на ближайшую скамью, после чего сняли с него кислородный баллон и маску, внимательно вглядываясь в лицо.

— Kto to jest z nami?[1] — заявил один из них, грозно нахмурив брови.

Другой же разговаривал с кем-то по рации, довольно и весело улыбаясь.

— Я ничего не понимаю. Простите, но не знаю Ваш язык, — ответил молодой человек, бегая взглядом между ними троими.

— I rosyjski! Szczęśliwego dnia dzisiaj[2], — сказал второй, похлопав третьего по плечу. — Co z tym zrobimy?

— Poczekamy na naszych kolegów i musimy zabrać go na ląd na policję. Niech najpierw dowiedzą się, jak się tu dostał[3], — ответил ему более возрастной мужчина, который, видимо, был главным и, закончив передавать информацию по рации, подошел ближе, пожирая взглядом загадочного иностранца. — O czym tu zapominasz, Ruski?

Валерию лишь оставалось многозначительно на него посмотреть, совершенно не понимая, что тот от него хочет. Из всех этих фраз молодой человек осознал только то, что его идентифицировали, как русского. Остальное оставалось загадкой.

В это же время Пауль и Светлана, ловко огибая торчащие из воды каменные рифы, выскочили из спасительного скопления малюсеньких островов, после чего немец, убедившись, что никакой пробоины после столкновения нет, уверенно повернул налево, направившись в сторону затонувшего корабля.

— Главное, чтобы он все еще был там, — в надежде на лучшее прошептала Вербова.

— Должэн быть, — попытался успокоить ее Шольц, немного прибавив газу, решив, что нужно успеть до того, как в ту область могут вернуться их преследователи.

Словно почувствовав, что погоня окончена, море предательски успокоилось, как будто издеваясь над ними, но взамен предоставив лучшую возможность как можно скорее добраться до искомого места. Над головами, сильно горланя, летали целые стаи чаек, подтверждая, что до берега не так далеко. Катер продолжал уверенно скользить по морской глади, оставляя за собой серебристую полоску пены. А горизонт вдалеке плавно соединялся с водой так, что на первый взгляд даже невозможно было легко разделить их на две части.

Проплыв так около десяти минут, Пауль неожиданно сбавил обороты двигателя, вызвав немое удивление на лице Светланы.

— Что там? — спросила девушка, не понимая подобного маневра.

Немец же в это время достал из сумки приобретенный бинокль, внимательно вглядываясь вдаль. После этого он молча протянул его Вербовой, как бы говоря, что она должна увидеть все сама. Той лишь достаточно было посмотреть вперед на секунду, чтобы понять, что вызвало беспокойство немца: в месте погружения прямо сейчас курсировало две лодки береговой охраны, а на палубе одной из них сидел грустный Валерий, озадаченно посматривая на окруживших того поляков.

— Мы должны как-то вытащить его, — прошептала Светлана, нервозно сглотнув.

— Да? Напасть на вооруженную Grenzdienst[4]? Смэло, но, боюсь чистое самоубийство, — возразил ей Пауль, неодобрительно качая головой.

— Но мы не можем позволить им просто забрать его! — возмутилась девушка, не зная, что делать.

— Если доставят в полицию, я вытащу его, обэщаю. Но сэйчас мы ему нэ поможэм, — немного подумав, ответил ей немец, разворачивая лодку в обратную сторону, устремившись в сторону берега.

Вербовой лишь оставалось с грустью смотреть на любимого в бинокль, не понимая, как она может ему помочь.

[1] Кто же это у нас такой?

[2] А, русский! Веселый сегодня денек. Что делать с ним будем?

[3] Дождемся коллег и надо везти его на берег в полицию. Пусть разбираются, как он вообще тут оказался. Что ж ты забыл здесь, русский?

[4] Пограничную службу.

Глава 52

Варшава. Здание полиции

Тёмное и крохотное помещение давило на него со всех сторон. Валерий уже больше часа сидел в комнате для допросов в Варшаве, совершенно не зная, что его ожидает. Одиночество — одно из самых страшных явлений, которое в совокупности с неизвестностью образовывало гремучую смесь. Мерцающая над головой и немного искрящаяся галогенная лампа добавляла к общей атмосфере уныния еще один заметный штришок.

Виноградов долго ждал на лодке, пока поляки активно что-то обсуждали по рациям. Он не понимал их слов, лишь изредка догадываясь о значении по сходным с русским обрывкам, однако даже так смысл оказался отдаленно понятен: пограничники просто не знали, куда именно его везти. Посовещавшись какой-то период времени, те все-таки решили, что, поскольку молодой человек является иностранным гражданином, то и отправить его следует в центральный отдел полиции в столице. А там уже разберутся, что делать с ним дальше.

Вот и сейчас охотник за сокровищами ожидал непонятно чего, пока они поделят его, как кусок мяса, между собой, решая, кому же поговорить с неизвестным субъектом. Молодой человек постоянно потирал костяшки запястий, которые неудобно были прикованы лязгающими наручниками к столу. Он совершенно не понимал таких мер предосторожности, ведь явно не являлся опасным преступником, готовым к бегству. Однако тот и не предполагал, что прибрежная охрана гналась сегодня за Паулем и Светланой на лодке.

Неожиданно со стороны коридора послышались едва различимые шаги. С каждой секундой они становились все громче. Каблук деловых мужских ботинок твердо постукивал по скрипящему ламинату. Пара мгновений, и, провернув ключом металлический замок, дверь, наконец распахнулась, явив Валерию его посетителя.

Им оказался седой мужчина в характерной серовато-синей форме с значком в форме снежинки и синими ромбиками на лацканах мундира. Незнакомец молча захлопнул за собой, пройдя вперед, сев на стул ровно напротив Виноградова.

— Dzień dobry, jak masz na imię?[1] — спросил тот, достав из кармана сигарету, после чего, поджег ее зажигалкой, пустив по крохотному помещению едкий дым.

— Hello, my name is Valeriy Vinogradov. I don’t understand you. Can you provide me a translator please? And can ask you not to smoke here, I can’t even breathe[2], — ответил ему молодой человек, начав сильно кашлять.

— Бэз проблем, — заявил офицер, прижигая сигарету об стол, после чего выкинув ее в другой конец помещения. — Минэ зовуть пан Ковальски. Я главный комэндант Policja Польши.

— Говорите по-русски? — озадаченно спросил Виноградов, опешив от такого поворота событий.

— Бабушка научила, — продолжил полицейский, — чито Вы делаете у нас Валэрий?

Молодой человек колебался, не зная, стоит ли говорить правду или нужно что-то придумать. Он совершенно не понимал, к чему все это может привести, но от начальника полиции веяло какой-то приятной харизмой, словно разговаривал со знакомым. Казалось, что ему можно доверять.

— Наверное, мне положен адвокат и представитель консульства, — заявил, решив сначала поосторожничать, прощупывая почту, Виноградов.

— Tak, zdecydowanie[3]. Но сначала я хотеть поговорить, как сказать? По-дружески, — ответил ему поляк.

— По-дружески, значит, ну-ну. Знаем таких, — пронеслось в голове у молодого человека, после чего он все-таки решил ответить: «Вы поверите, если скажу Вам, что ищу сокровище?»

Ковальски выпучил от удивления глаза, приподняв одну бровь выше другой, после чего в голос рассмеялся. Валерий тоже его сначала поддержал, однако затем напрягся. Хохот был уж очень зловещим, как в ужастике.

— Сокровищэ значит, ну насмэшил, — продолжал заливаться собеседник, после чего стал неожиданно серьезным, — значит занимались мародерством у затопленного корабля.

— Нет, Вы что? Зачем мне это? — тут же возразил ему тот, брякнув наручниками по столу от гнева.