Петр Перовский – ТУДА (страница 7)
Наконец робот рухнул на одно колено.
Из сустава брызнули искры.
— Беги, Егор… — прохрипел он.
— Нет.
— Беги!
— Нет, сказал!
— Эй! Сюда! — внезапно донёсся чей-то голос.
Из-за дома появилась тёмная фигура.
Старик.
— Ух ты ж ёжик… — выдохнул он, заметив Макса. — Чего вцепился в железяку? Бросай её!
— Nie mogę, ojcze! — выдохнул я.
Старик тут же перешёл на польский:
— Zostaw go, głupcze! Razem zdechniemy!
Я упрямо замотал головой.
Старик выругался, подхватил Макса под вторую руку — и мы потащили его вместе.
Робот, будто почувствовав поддержку, даже начал подпрыгивать на одной ноге.
— W lewo! — командовал старик. — Do stodoły! Szybko!
Мы ввалились в сарай.
Старик сорвал кольцо люка, и мы нырнули вниз.
*** Лестница в погреб хрустнула под нами так, будто собиралась рассыпаться в труху.
Я не удержался, перекувырнулся через голову и с размаху впечатался копчиком в бетонный пол.
В глазах вспыхнули искры.
Сквозь грохот падающих досок и тяжёлое дыхание старика я вдруг услышал отчётливый металлический щелчок.
Предохранитель.
Боль мгновенно отошла на второй план.
Я поднял взгляд.
Прямо в лицо смотрело дуло Remington 870.
— Spokojnie, żołnierzu, — спокойно произнёс старик, прижимая меня рукой к полу.
Во второй руке у него блеснул длинный нож.
Он быстро ощупал мои карманы, не сводя взгляда с Макса. Робот лежал неподалёку грудой искорёженного металла и едва заметно дёргал уцелевшим манипулятором.
Я осторожно покосился в сторону.
Напротив стоял мальчишка.
Лет одиннадцати.
Смуглый, худой, в слишком большой куртке.
Он держал ружьё обеими руками. Пальцы дрожали, но взгляд оставался удивительно спокойным.
Слишком спокойным для ребёнка.
Я быстро осмотрелся.
Погреб оказался маленьким: голые бетонные стены, пустые деревянные полки, старый стол посередине. Под потолком тускло горела единственная лампа.
Старик закончил обыск, тяжело поднялся и выложил на стол мои вещи: рюкзак и гаечный ключ.
Потом раскрыл рюкзак.
Достал кейс Tool Pro X-7.
Присвистнул.
Внутри аккуратно лежали прецизионные отвёртки, микрозахваты, мультиметр и миниатюрная паяльная станция.
Старик перевёл взгляд с инструментов на Макса.
Потом на меня.
— Inżynier? — прищурился он.
Я промолчал.
— Я тебя спрашиваю, пёс!
Он резко перехватил у мальчишки ружьё и снова наставил на меня.
— Nie rozumiem… — начал я.
— Хорош брехать! — оборвал старик. — Из тебя поляк такой же, как из меня москаль.
Он презрительно сплюнул.
Я медленно поднял руки.
— Инженер.
— Ага… — осклабился старик. — И как же кацапы отпустили такого ценного специалиста?
— Не отпустили.
Он понимающе хмыкнул.
— Дезертир, значит.
Старик закашлялся, сделал глоток из фляги и вернул ружьё мальчику.
— Держи его на мушке, Карим.
Мальчик крепче вцепился в оружие.
— И чем же эта граница хуже других? — спросил я, осторожно смещаясь ближе к Максу.
На панели робота тускло мигал индикатор зарядки.
Солнечная станция всё-таки доставала сигналом через сарай.
Снаружи уже начинал сереть рассвет.