Петр Левин – Путь волка (страница 17)
– Хорошо, наши дальнейшие действия какие? Мы себя все глубже в задницу загоняем. Если Фокса возьмут живым, нам несдобровать. А если не возьмут вовсе, черт его знает, что он еще этот маньяк может наделать в городе. Мне сейчас замдиректора ФБР звонил… В общем, решили проводить спецоперацию в городе. Попросим жителей не выходить из домов. Дело пахнем керосином, – закончил Козлорыл.
– Я даже не знаю, что тебе сказать. Ты давай там не унывай, у меня есть одна мысль, может, сегодня возьму Фокса за яйца, – сказал я.
– Только ты с ним не разговаривай. Сразу пускай пулю между глаз. Ладно, давай, мне по второй линии комиссар бостонской полиции звонит, – шеф повесил трубку…
Пока я разговаривал с Козлорылом, Хернер провел экспресс-анализ крови с ковра в переносной мини-лаборатории, которую всегда возил с собой в машине.
– Венозная, артерия не задета, – обрадовал меня Хернер.
Значит, Лесли Браун может быть еще жив.
Вечер приближался, и сегодня ночью мне совсем не хотелось в клетку. Надо было действовать. Вчерашняя ночь в клетке с «Джеки Чаном» показала, что я могу контролировать волка внутри. Теперь надо было сбросить хвост и выйти на след Фокса. Я задумал применить волчье чутье, которое оказалось таким сильным, что я мог нюхать на расстоянии и чуять даже запах агентов в фургоне.
Куксакер намекал, что мне вживили маячок. Нужно было его найти.
Я доехал до Волмарта, оставил пистолеты, наушник и телефон в машине, взял фонарик и пошел в туалет. В туалете я разбил зеркало, собрал несколько осколков и в кабинке стал исследовать своё тело. Небольшой еле заметный надрез был на заднице, на левой ягодице, то есть в максимально недоступном месте. Я лег на пол так, чтобы унитаз был между моих ног. В одно зеркало я смотрел на задницу, а другим делал надрез.
В разрезе я обнаружил горошинку – это и был жучок. Задница совсем не болела, а когда я провел бумагой, чтобы вытереть кровь, разрез уже затянулся. Зараза, которая была в моем теле, умела залечивать раны. Ну тем лучше! Сегодня эта способность может мне пригодиться.
Я положил куски зеркала и фонарик в карман пиджака, а горошинку в карман брюк. Теперь нужно было провернуть фокус с исчезновением. Но так, чтобы потом можно было обдурить Куксакера. Ну что же, начинаем!
Глава 15. Оборотень на свободе
Я вышел из туалета в отличном настроении. Я уже знал, как обману агента Куксакера, и предвкушал ночную вылазку. Ах, как долго я не видел звезды, не ходил по ночному городу. Но теперь я вдохну ночной бриз и буду наслаждаться огнями города, которые манят и зовут в приключение.
Я зашел в Волмарт в отдел пластиковой посуды, нашел фольгу и оторвал небольшой кусочек. Мне нужно было завернуть маячок, чтобы сигнал был потерян. Я так и сделал не выходя из магазина, а потом проследовал в сторону Кочайчуат-роуд и дальше пошел на кладбище Сейнт Джорджес. Мне нужно было укрыться до того, как я начну превращаться.
Кладбище представляло собой поле с подстриженной травой двести футов в длину и восемьсот в ширину, оно было усеяно могильными плитами. Тут и там росли деревья, вокруг был забор из сетки-рабицы.
Я подошел ко входу и перекрестился. У входа стоял красный пикап. Видимо, на кладбище приехал посетитель. У входа висела табличка: «Забудь о бренном всяк сюда входящий, душу успокой свою».
Я прошел в центр кладбища. Было пасмурно и пахло травой. У одной из плит стояла женщина и горевала.
– Здравствуй, – сказала она, увидев меня, – сегодня ровно год, как умерла моя дочь. Ей было всего пять лет.
– Отчего она умерла? – спросил я, глядя на милое лицо женщины.
– От проклятой короны… будь проклят тот, кто сделал этот вирус, – протараторила женщина.
– Но ученые вроде говорили, что… – начал было я.
– Ах, оставьте, уже давно доказано, что это не природный вирус. Ученые были куплены, они врали, – женщина была уверена в своих словах и не хотела спора.
– Я, к сожалению, глубоко не занимался этим вопросом. Но тогда да, нехорошо это. Много людей умерло, хороших людей, пенсионеров… – я попытался как мог утешить мать.
– Ах, моя дочь, как же ты там! – проговорила женщина.
– Мэм, вам лучше уходить, поезжайте домой. Я детектив полиции, сегодня проходит спецоперация по поимке Бостонского душителя, в городе опасно, – сказал я. Мне нужно было спровадить ее, потому что вскоре я должен был превратиться в чудовище.
– Да, да, конечно. Начало темнеть. Это не к добру, – сказала женщина. Видимо, смерть дочери сделала ее суеверной. А может женщина такой и была.
Я отошел подальше от женщины и спрятался за деревьями. Меня уже клонило в сон, мне нужно было раздеться и спрятать одежду, чтобы потом вернуться за ней. Куксакер уже, наверное, ищет меня, думаю, он озадачен.
Я разделся и спрятал одежду в дупло дерева. Все было готово к моему превращению.
Не знаю, сколько времени прошло, но я проснулся уже в полной темноте. Ничего не было видно, только огни Волмарта и шоссе проглядывались вдалеке. Мой острый нюх учуял человека. И меня потянуло на этот запах. Пройдя немного я понял, что иду на всех четверых конечностях. Мне так было удобней и быстрей.
У входа все еще стоял пикап. Видимо, женщина не уехала. Я подошел к водительской стороне и посмотрел внутрь. Женщина спала, облокотившись на руль. Я дернул ручку двери своей когтистой большой лапой – дверь открылась.
Женщина безмятежно сопела. А ее тело манило и звало. Как же я хотел вцепиться своими клыками в ее мягкую шею, откусить кусочек, насладиться. Но я поборол желание, хлопнул дверью, чтобы она проснулась, и пошел прочь.
Не время было убивать невинных. Мне нужен был Фокс. Первым делом я побежал к его дому. Мне нужно было взять след Лесли Брауна по запаху крови, который был на паласе в гостиной.
Подойдя к месту преступления я почуял запах двух человек. Недалеко от дома Фокса стоял фургон, один из тех, которые дежурили у моего дома. Это были агенты ФБР.
Я пересек улицу и забежал во двор с другой стороны. Черный вход был заклеен лентой с надписью «Полиция». Я осторожно открыл дверь и проник внутрь. Понюхал ковер и запомнил запах крови Лесли Брауна. Свежий след тянулся прочь из дома через черный выход.
След вел в сторону водохранилища Садбери. Озеро было разлито на несколько миль, и его тут и там усеивали меленькие островки. На одном из этих островков я учуял запах Лесли Брауна, его кровь и все еще бьющееся сердце. Значит, он был жив. Фокса рядом с ним я не ощущал. Я кинулся в воду и поплыл.
До острова, где находился Лесли, было всего сто футов. Я одним махом преодолел это расстояние и вылез на глинистый берег. Было темно, но мой острый нюх помогал мне ориентироваться. Я пробирался сквозь ветки молодых деревьев, которые густо росли по всему острову. Лесли Браун был привязан к дереву недалеко от берега. Рот был замотан скотчем, правый бок кровоточил. Я подошел вплотную и тронул Лесли. Он был без сознания.
Я перегрыз веревку, которой Лесли был привязан к дереву. Теперь моя задача была переправить его на другой берег. Я рассудил, что моих сил должно хватить. Я оттащил Лесли к берегу. Мне приходилось идти на задних лапах, а передними тянуть тело. В воде я зажал пиджак Лесли зубами и потащил его на другой берег. Грести приходилось в два раза быстрей, чтобы вытянуть и свое тело, и тело Лесли. Вода затекала в рот, обжигая горло. Куксакер был прав – мой организм отвергал все, кроме крови и плоти. Силы начинали постепенно покидала меня. Я понимал, что мне нужно будет вскоре кого-то убить, чтобы выжить.
Я доплыл до берега, вытащил Лесли, положил его на обочину дороги, огибающей водохранилище, и побежал на кладбище. Я чувствовал, что вскоре засну.
Ранним утром я встал и достал зеркала. В одно зеркало я смотрел, а другим делал себе разрез на том же месте, где был небольшой шрам от прошлого. Я снял фольгу с маячка и вставил его в разрез. Через несколько минут шов затянулся. Дело было сделано. Вскоре подъехал фургон с пятью агентами. Они вышли в полной экипировке, в руках – карабины.
– Джерри Харисон, стой на месте, ты арестован! Работает ФБР, – сказал один из амбалов.
– Эй, ребята, в чем проблема. Где Куксакер? – закричал я, подняв руки.
– Руки за спину, а то в твою голову прилетит серебряная пуля, – сказал тот же амбал, видимо он был старший группы.
– Хорошо, хорошо! – я стал на колени и скрестил руки за шеей в знак согласия.
Четверо агентов обступили меня по бокам, а пятый надел наручники. Двое агентов взяли меня под руки и повели в фургон. Меня посадили в кресло и приковали ноги кандалами к ножкам кресла. Тело обмотали цепью, закрепив его наручниками. На голову одели мешок.
Машина тронулась. Я стал считать про себя. Я хотел понять, куда меня везут. По ощущениям мы выехали на Вестер-роуд, это ближайшее шоссе от водохранилища Садбери. На две тысячи четыреста пятом счете машина съехала на грунтовую дорогу. И на две тысячи восемьсот тридцать втором счете остановились.
– Куксакер тебе нужен? Сейчас с ним встретишься, – сказал бугай, сорвав с меня мешок.
Глава 16. Звери в обличье людей
С детства меня пугали оборотни. Я жил тогда с родителям на западе от Бостона, в городке Хардвик. Наш большой деревянный дом с металлической крышей стоял на Патрилл-Холлоу-роуд, прямо напротив Заказника Мадди Брук. В этом лесу я гулял с отцом и однажды потерялся – просто свернул с тропинки. Уже вечерело, и мне казалось, что ид чащи на меня кто-то смотрит. Я испугался, стал кричать, и отец быстро нашел меня.