Петр Камнев – Триколорный перекресток (страница 4)
«Неожиданно, Герман Адамович, слышать от вас такой скептицизм относительно правоохранительных органов, ваше поведение и манера ведения допроса вызывают доверие и конечно это касается персонально только вас», – выразился Нефёдов.
– Спасибо за доверие, – ответил Герман и продолжил: – а в таком случае давайте договоримся что вы спокойно потерпите пару недель, а я сегодня подам рапорт о командировке в Петербург, послезавтра я буду там, понадобится два дня для сбора нужной информации и материалов, так как я опасаюсь кого-то привлекать в помощь, после этого я вернусь, проведу необходимые экспертизы, и если всё подтвердится, то предоставлю вам возможность выйти отсюда на подписку о не выезде, но прошу в ваших же интересах держать всё сказанное в строжайшем секрете, потому что любое нарушение конфиденциальности с любой стороны может безвозвратно всё погубить и не только вас или меня но и других людей ни в чём не повинных. Помните об этом даже во сне, а теперь попрощаемся до следующей встречи.
К 4 часам дня Герман вернулся в кабинет, зарегистрировал протокол в канцелярии, подготовил докладную на командировку, позвонил Донкину с просьбой принять в срочном порядке и через несколько минут был в кабинете начальника с докладом о результатах допроса Нефёдова. Вместе прослушали записанные разговоры и в конце Донкин отметил, что ехать в Петербург надо срочно и тайно, пока не будут собраны необходимые материалы.
– Сделаем так: я подписываю твою докладную сегодняшним числом, завтра у нас суббота, потом воскресенье, бери чистый бланк командировочного удостоверения, поставишь печати на обратной стороне, где получится, из наших запасов я выдаю тебе сто пятьдесят тысяч рублей на поездку, когда вернёшься всё оформим, постарайся уложиться за три дня, так чтобы вернуться в среду на следующей неделе. Можешь идти и действуй.
Был конец рабочего дня пока Герман вернулся обратно в свой кабинет, купил билет на САПСАН в 7 утра в понедельник, чтобы к часу дня быть в Петербурге, и занялся приведением в порядок текущих бумаг, просмотрел входящие, сделал нужные примечания, подписал и перевёл в разряд исходящих, чтобы перед уходом занести в канцелярию.
Выходя из канцелярии, зазвонил телефон – это был Володя относительно машины. Герман ответил на звонок, спросив, что с машиной. Владимир, извинившись сообщил что с машиной всё в порядке, неисправным оказался надорванный ремень привода генератора, однако, запчасть подвезут только в понедельник.
«Ладно, – продолжил Герман, – давай сделаем так, ты не торопись, сделай всё на совесть, проверь машину по всем параметрам, и я заберу её в четверг на следующей неделе, а пока пусть побудет у тебя в мастерской под охраной».
На этом они попрощались и Герман вышел на улицу, где столкнулся с лейтенантом Дроновым. Борис собирался сесть в машину и увидев Германа спросил если нужно было подвезти до дома, что было, кстати, так как время показывало 5:40 вечера и он уже опаздывал. Борис жил через дом от него на соседней улице и через 20 минут Герман был около своего дома, быстро вошёл в гастроном на первом этаже, купил необходимое, решив, что цветы купит на вокзале перед электричкой. Забежав домой, быстро переоделся в гражданское, положил в заплечную сумку всё необходимое для поездки и подарки для родителей, вышел на улицу, сел в такси до Ленинградского вокзала, чтобы добраться до дачного посёлка на электричке.
Выйдя из такси, Герман заскочил в один из цветочных павильонов, купил красивый букет белых роз, и скорым шагом дошёл до билетной кассы, взял билет до станции Ольховка, и кассирша посоветовала поторопиться так как электричка отправляется в 7:40 через 10 минут с 3-го пути. Через пять минут Герман вошёл в последний вагон, который был почти заполнен и решил, не торопясь, пройти вперёд, где пассажиров будет меньше. Где-то после половины вагонов следующий был почти полупустой, он выбрал место около окна, положил сумку и цветы на багажную полку, чтобы не мялись, сел и подумал, что ехать больше часа, электричка поздняя, через 40 минут большинство пассажиров выйдет на ближайших остановках, а он уже опаздывает, но тут ничего не поделать. Герман мысленно стал перебирать в уме детали отдельных эпизодов критически осмысливая правильность собственного восприятия и реакции. Размышляя таким образом, он слегка задремал.
Резкое торможение поезда встряхнуло Германа, приоткрыв глаза заметил двух пассажиров, выходящих из вагона, где оставался он и ещё один крепкого вида мужчина, положивший обе руки на набалдашник трости. Через одну остановку ему надо было выходить. Тем временем поезд тронулся, набирая скорость и неожиданно странный звук с характерным треском стекла нарушил монотонность движения. Герман, осмотревшись, заметил, что голова другого пассажира странно откинулась назад, руки заторможенно опускались пока трость не выскользнула из рук и не упала на сидение напротив, и скатившись с него со стуком ударила об пол электрички. Германа подошёл ближе и увидел залитый кровью правый глаз.
Протянув руку, проверил пульс на шее и понял, что пассажир мёртв. Его рука автоматически потянулась за телефоном, набрав дежурного по управлению, он сообщил маршрут поезда, номер вагона и, предположительно мёртвом пассажире и попросил срочно сообщить в линейный отдел полиции остановить поезд на следующей остановке и выслать к электричке дежурную бригаду. Задержка электрички на следующей станции была неминуема, чтобы проверить личность погибшего, он одел свои кожаные перчатки и в последний момент неожиданно подумал, что в данной ситуации он не должен руководствоваться профессиональными мотивами, было бы благоразумнее не трогать тело и не пытаться выяснять личность пассажира, а предоставить это дежурной бригаде полиции. Сделав шаг назад, он подобрал трость, которая выглядела нестандартно, с набалдашником серебряного цвета размером с бильярдный шар с боковой ручкой и расширением ниже в типа шарика для пинг-понга.
Рука потянулась с желанием покрутить шарик вокруг оси и тот неожиданно поддался с обратным пружинным противодействием. Деревянная оболочка трости отскочила от шарика и обнажила обоюдоострый длинный стилет. От неожиданности рука автоматически потянула деревянную оболочку назад, и она защелкнулась в изначальном положении, превратившись в трость.
«Вот это фокус», – подумал Герман и обратил внимание на борозду вдоль диаметра набалдашника, подумав, что верхняя половина может откручиваться и сделал попытку, и, действительно, крутя за ручку, верхняя половина набалдашника на пятом витке разошлась на две части, где на нижней части лежал плотно набитый тонкий фланелевый мешочек, который был наполнен блестящими камнями крупного размера похожими на бриллианты. Первое, что подумал Герман: «Если это бриллианты, то их хозяин может быть весьма опасный человек, но, с другой стороны, их обнаружение сопряжено с множеством неопределённостей последующих процедур». Поразмыслив ещё несколько мгновений, он решительно отсыпал большую часть содержимого в ладонь, и положил в карман. Затем высыпал остаток на ладонь, насчитал 13 камней и быстро всыпал обратно, затянул мешочек шнурком, положил его на нижнюю чашку, закрутил вторую половину набалдашника на место, тщательно протёр носовым платком трость, положил трость между ногами усопшего, приложив ладони его рук к набалдашнику. Отошёл в сторону и убедившись, что всё выглядит естественно – вернулся на своё место.
Через некоторое время электропоезд начал торможение и вскоре остановился на платформе станции «Кирнево». На платформе стоял полицейский микроавтобус, следом в вагон зашёл работник полиции в форме, за ним следовал Коренев Игорь, молодой дознаватель из местного районного управления, недавно закончивший школу полиции и проходивший год назад стажировку у Германа. Подошедший следом криминалист райотдела, Николаев Вадим Иванович, занялся фотосьёмкой места происшествия. Герман с Кореневым отошли в сторону, и Герман вкратце сообщил, что по невероятному совпадению шальная пуля пробила стекло вагона, попала в глаз потерпевшего и застряла в голове, так как крови совсем немного. Игорь на скорую руку составил протокол, попросил Германа подъехать завтра к 10 часам утра в райуправление для уточнения деталей и подписания протокола. Звук сирены скорой помощи сообщил о её прибытии и в вагон вошли 2 сотрудника скорой с носилками. Тело погибшего уложили в зип-мешок и на носилках перенесли в скорую.
Криминалист положил портфель, лежащий рядом с потерпевшим, трость и обнаруженные документы в мешок для вещдоков и направился к выходу. Герман и Игорь, продолжая разговор, пошли за ним. Врач скорой подошёл и спросил, что делать дальше, Игорь распорядился отвезти тело в морг районной больницы для патологоанатомического исследования и проведения экспертиз, попрощался с Германом и по радио сообщил диспетчеру, что можно электричку отправлять дальше.
Герман вернулся на своё место. Его остановка была следующей, закинул сумку на плечо взял цветы, вышел в тамбур. Зазвонил телефон, мама спрашивала, где он пропал, в тамбуре было шумно и неудобно разговаривать, Герман быстро прокричал, что произошла ЧП с убийством и поезд задержали, но через 20 мин он будет дома и всё расскажет.