Петр Черкасов – Правители Франции. XIX век (страница 47)
Тогда же Казимир-Перье впервые приобщился к «политической кухне». Отец-министр взял его к себе в качестве секретаря, а незадолго до смерти, в 1876 году, успел посодействовать сыну в избрании в Палату депутатов от департамента Об (восток Франции). Однако сын не внял настоятельному совету отца, правого республиканца, и примкнул в парламенте клевой фракции. Впоследствии, правда, он заметно поправеет.
Во время конституционного кризиса в мае 1877 года, когда президент П. Мак-Магон попытался управлять страной вопреки воле левого большинства Палаты, Казимир-Перье выступил против главы государства. Вскоре он получил первый пост в правительстве — заместителя государственного секретаря по вопросам народного просвещения, культов и изящных искусств. На этом посту он проработал два года, а затем вернулся к своим депутатским обязанностям.
В 1883 году Казимир-Перье выступил против законопроекта об изгнании членов бывших правящих династий из Франции, а когда соответствующий закон все же был принят, в знак протеста сдал депутатский мандат. Его поведение было мотивировано давними связями семейства Казимир-Перье с Орлеанским у. домом. Впрочем, на ближайших выборах он вновь был избран в Палату.
В октябре 1883 года, ему предложили пост заместителя государственного секретаря Военного министерства в кабинете Жюля Ферри. В этом качестве Казимир-Перье проработал до марта 1885 года, после чего вернулся в парламент, где занял пост вице-председателя Палаты депутатов и главы ее комиссии по вопросам финансов. В январе 1993 года он стал председателем Палаты, а в начале декабря ему предложили возглавить Совет министров. Встав во главе правительства Казимир-Перье взял себе одновременно и портфель министра иностранных i дел. Важнейшим достижением его правительства во внешней ' политике стало окончательное оформление в январе 1894 года секретного франко-русского союза, направленного против Германии.
Что касается внутренней политики, то Казимир-Перье провел через Палату депутатов серию законов против анархистов. Одновременно он упорно сопротивлялся законодательному отделению церкви от государства, что предполагало внесение соответствующих изменений в конституцию 1875 года. С той поры карикатуристы стали изображать Казимира-Перье — «человека порядка» — в образе стоящего на страже бульдога.
Судьбу правительства Казимира-Перье определил его острый конфликт с профсоюзами. Когда 23 мая 1894 года парламент отказался законодательно одобрить решение министра общественных работ Шарля Жонара о запрете профсоюза работников железных дорог, Казимир-Перье в знак солидарности со своим министром подал в отставку и уже 2 июня вернулся в кресло председателя Палаты депутатов.
В политических кругах французской столицы поговаривали о неформальных, даже дружественных отношениях главы нижней палаты с президентом Республики, который якобы желал видеть Казимира-Перье своим преемником в Елисейском дворце. Эти разговоры подогревались приближавшимся сроком окончания президентского мандата Сади Карно в январе 1895 года. Убийство Карно 24 июня 1894 года сделало Казимира-Перье фаворитом на досрочных выборах нового главы государства, назначенных на 27 июня.
Сам он никогда не обнаруживал желания стать хозяином Елисейского дворца, справедливо полагая, что конституционные ограничения президентской власти в Третьей республике обрекают главу государства на безучастное созерцание политического процесса, а он привык быть в центре политической борьбы. Выставить свою кандидатуру на объявленных выборах Казимира-Перье вынудили семья и ближайшие друзья, которых он обреченно предупреждал: «Я не подхожу для этой магистратуры, я человек действия, боец, и должен оставаться на боевых позициях. В Елисейском дворце моя сила иссякнет». Когда же в пользу выдвижения его кандидатуры высказались три фракции в Сенате — Левый центр, Республиканский союз и Республиканская левая, он вынужден был уступить давлению.
По конституции 1875 года, президент избирался обеими палатами Национального собрания. При голосовании в Сенате Казимир-Перье получил 180 голосов из 200.
Радикалы, его политические противники, попытались не допустить избрания Казимира-Перье в нижней палате. Они выдвинули кандидатуру Анри Бриссона, бывшего главу правительства. Третьим претендентом на пост президента стал действующий председатель Совета министров Шарль Дюпюи, представитель умеренных республиканцев. На выборах оба соперника Казимира-Перье потерпели сокрушительное поражение. Бриссон получил всего 195 депутатских голосов, а Дюпюи — 97. 451 депутат (из 853 проголосовавших) отдал предпочтение Казимиру-Перье, который в свои сорок шесть лет стал самым молодым после Луи-Наполеона Бонапарта президентом Французской республики.
Когда Казимиру-Перье сообщили результаты голосования, он, по свидетельству литератора Юбера Авара, отреагировал на это более чем странно. На его лице отразились лишь досада и раздражение, а через мгновение он буквально рухнул в кресло и неожиданно разрыдался. Когда на следующий день представители столичной прессы пришли с поздравлениями к новому главе государства, он с грустной обреченностью ответил им: «Теперь я в полной вашей власти; обсуждайте все, что я скажу, и все, что сделаю».
Недаром, видимо, Казимир-Перье не испытывал особого желания занять высший государственный пост. Предчувствия подсказывали ему, что впереди тяжелые испытания. В министерской чехарде, свойственной парламентской системе Третьей республики, глава государства оставался единственной, пусть во многом и символической, фигурой на политическом небосводе Франции, привлекавшей к себе всеобщее внимание. Этим и воспользовались его политические противники.
С первых же дней после вступления в должность молодой президент сделался излюбленной мишенью для радикалов и социалистов, обличавших его как «реакционера, спекулянта и эксплуататора народа». И в самом деле, главный акционер металлургических предприятий и угольных шахт на севере Франции Жан Казимир-Перье был живым воплощением жестокого французского капитализма конца XIX века. В романе «Жерминаль» Эмиль Золя с безжалостным натурализмом показал невыносимо тяжелые условия труда на шахтах, принадлежавших семейству Казимир-Перье. А. Мильеран, один из вождей французских социалистов, публично называл главу государства «надменным отпрыском захвативших власть разбойников с большой дороги, уничтожавших наших предков с помощью законов, написанных ими для самих себя».
Травля в печати сопровождалась угрозами физической расправы над президентом и членами его семьи. После недавнего убийства Сади Карно эти угрозы вовсе не выглядели пустыми запугиваниями. Они подрывали душевное равновесие главы государства; он не чувствовал себя в безопасности даже в Елисейском дворце, не говоря уже о выездах за его пределы и поездках по Франции. Чтобы иметь возможность покидать Елисейский дворец неопознанным, он приказал снять со своего экипажа отличительные знаки президента.
Ожесточенная кампания, развернутая против него, быстро превратила Казимира-Перье в самого непопулярного политика в глазах французов. Министры во главе с Шарлем Дюпюи, недавним претендентом на президентский пост, с трудом скрывали пренебрежительное отношение к главе государства. Они не подпускали его даже к иностранным делам, хотя вопросы внешней политики, как и обороны, всегда входили в сферу полномочий президента Французской республики.
«Кроме заявления о своей отставке, все, что подписывает президент, — это не более чем коллекция автографов», — заметил как-то Казимир-Перье. Принимая в Елисейском дворце одного из гостей, он сказал, что чувствует себя здесь «узником».
Во внутриполитических делах Казимир-Перье за рекордно короткий срок своего президентского мандата успел «отметиться» лишь в сфабрикованном монархистами-антисемитами «деле Дрейфуса», выступив на стороне несправедливо обвиненного в шпионаже в пользу Германии и осужденного на пожизненную каторгу капитана Генерального штаба Альфреда Дрейфуса. Только преждевременная отставка помешала ему помиловать Дрейфуса, но и без того он приобрел опасных врагов в лице крайне правых, обвинивших его в сочувствии «германскому шпиону».
В обстановке непреходящей враждебности Казимир-Перье все чаще стал задумываться об уходе с поста, который, как он считал, был ему навязан. Последней каплей, переполнившей его терпение, стали судебные процессы против двух журналистов, публично оскорблявших его в своих статьях. Один из них, Альбер Гуйе, хроникер крайне левой газеты «Petite République», был приговорен к двум годам тюремного заключения. Другому-Альфреду Леону Жеро-Ришару из малотиражной социалистической газеты «Chambard» — повезло больше. Его защитником на судебном процессе выступил сам Жан Жорес, народный трибун и блестящий адвокат, настроенный к президенту Казимиру-Перье не менее непримиримо, чем его подзащитный. Мало кому известный прежде журналист, благодаря устроенному против него процессу и участию в нем Жореса, приобрел общенациональную известность. Получив по суду год тюрьмы, Жеро-Ришар, находясь в заключении, был избран в Палату депутатов от 13-го округа Парижа.