Петр Чекмезов – Чувствуя дорогу. От Владивостока до Москвы (страница 1)

Петр Чекмезов

Чувствуя дорогу. От Владивостока до Москвы

Часть 1. Начало путешествия

Суббота, раннее утро. Автовокзал в одном из пригородов Владивостока. Парень стоял с небольшим рюкзаком, нервно поглядывая на часы. Рядом – Лилия, слепая от рождения девушка. Но на самом деле её зовут Лия, просто она так захотела. Девушка держалась за его локоть – у нее солнцезащитные очки и спокойное, сосредоточенное выражение лица. В воздухе пахнет бензином, кофе и морской сыростью.

Лия тихо, почти шёпотом спросила: «Ты слышишь? Вон тот автобус – у него мотор подвывает, как уставший пёс. А тот, что справа… пахнет новой обивкой и еще кажется яблоками. Наш, да?»

– Да… кажется, наш. Рейс 407. До первой пересадки капец как далеко, целых двенадцать часов.

Она слегка сжала его локоть. Рука была чуть прохладной, и это бодрило, приводило в чувство.

– Двенадцать часов… Это сколько восходов и закатов за окном промелькнёт? Опишешь мне их? Все до одного?

Конечно, она так шутила.

– И тот, и другой… – вздохнул Петр. – В смысле, один закат и один рассвет.

Он снова ощутил прохладу ее ладони, но даже не думал отдергивать руку. В очередной раз подумал о том, как жаль, что она с рождения не видит. Выглядит ведь просто куколкой, настоящая фотомодель! Они росли в одном дворе, их семьи хорошо знали друг друга. Вот однажды его и «сосватали» – в смысле предложили отправиться в путешествие.

Путь не близкий – от Владивостока до Москвы. Это конечно очень далеко, и очень надолго! Но… У Лии была фобия на самолеты и поезда. И только такому парню как он – морпеху и убежденному холостяку – было доверено сопровождать прекрасную принцессу, по сути, подругу детства.

С другой стороны, дорожные приключения, ранняя осень, прекрасная компания – что еще надо для отличной жизни?

– Идем, принцесса… – он повел ее за собой, внимательно контролируя обзор и сканируя местность на предмет опасностей.

Он был ее глазами, а она… Она ему просто нравилась. И если всё сложится, если в Москве к ней вернется зрение, то, быть может… Впрочем, он не был уверен, что лично он ей по душе. Да, они друзья с детства, но… Да и какое место в ее жизни он сейчас занимает? Так, соседский мальчишка, вызвавшийся сопроводить на операцию. И то, возможно, только из жалости или даже из-за денег. А может и просто развеяться, посмотреть страну и столицу… Эх…

– Осторожно, ступенька… – тихо предупредил Петр.

Девушка слегка кивнула и с гордо поднятой головой ухватилась за поручни. Сумку с вещами он уже занес в багажное отделение. С ними на руках были только походный рюкзак с документами, аптечкой и минералкой, а также пакет с едой.

– Ой, – девушка вдруг споткнулась правой ногой и инстинктивно полетела прямо вниз, вытянув руку и приготовившись к удару. Парень мгновенно поймал ее, обхватил за талию и легонько прижал к себе. Она автоматически продолжила движение рукой и вместо жесткого пола обвила его шею, почувствовав теплое дыхание…

– Так-так, принцесса… Осторожнее, – тихо проговорил он, глядя в лицо и наблюдая свое отражение в её солнцезащитных очках.

Лия робко улыбнулась.

– Прости…

Сердце в груди у обоих гулко трепетало, норовив выскочить. И, кажется, не только из-за происшествия.

– Оп-па! – он поставил ее в горизонтальное положение. И неожиданно обнял покрепче, чуть дольше положенного. – Идем, красавица, нам пора…

На них никто не обратил внимания. Редкие пассажиры были заняты телефонами, газетами, книгами. Кто-то просто смотрел в окно, изучая площадь автовокзала.

Погода стояла хоть и почти теплая, но приятная августовская дымка еще стелилась понизу, лаская взгляд художника. Дым костров частного сектора стелился вдоль травы, создавая красивую прослойку, налет загадочности и тайны. Урожай яблок показывал щедрость природы. Яблони стояли в рядочек, возле главной площади и проспекта.

«Эх, хорошо!» – мысленно выдохнул Петр и прищурился от солнышка. Но тут же подумал о Лие и сердце опять тревожно сжалось. Как жаль, что она не видит… Но это пока что… Даст Бог, всё наладится. Только вот дорога эта дальняя… Что и говорить, путь неблизкий. Выдержит ли она? Соцслужбы конечно держали их ситуацию на контроле, в каждом большом городе их уже ждали с целью проверки и мониторинга общего состояния.

Дело они затеяли слишком рискованное. Свою жену в похожей ситуации он бы ни за что не отпустил, например. Ну, если бы был женат, конечно. Жаль, что необходимое оборудование для восстановления зрения было только в Москве. Делать нечего, и под письменные гарантии родителей, и его личные тоже, все в итоге согласились отпустить их вдвоем. С обязательным онлайн-трекером и контролем.

Все пассажиры заняли свои места и через пять минут автобус поехал. Замелькали привычные городские места. Всё до боли знакомое и родное. И как же классно, что он едет в это путешествие с самой потрясающей девушкой на свете!

– Будешь воду?

Она покачала головой, делая вид, что тоже смотрит в окно. С виду, со стороны, они были самой обычной парой. Но какая же она все-таки красивая, в который раз подумал парень. Он взял ее ладонь и переплёл их пальцы в знак поддержки.

Лия не отняла руку. Её пальцы мягко сжались в ответ, будто благодаря за эту маленькую опору. Девушка повернула голову в сторону окна, хотя перед внутренним взором за тёмными линзами мелькали только смена света и тени.

Лия тихо, почти в такт стуку колёс, произнесла: «Ты знаешь… Я ведь помню этот поворот. Тот, что перед мостом сейчас был. Здесь всегда пахнет рекой и влажным асфальтом. Вот, справа? Я права?»

Возникла пауза. Лия по привычке прислушивалась к звукам за окном.

Петр кивнул и сжал ее руку.

– И яблони… они ведь ещё в плодах? Я чувствовала их запах на автовокзале – кисло-сладкий, как в детстве. Мама всегда варила из ранеток варенье, а мы… Помнишь, мы с тобой воровали яблоки прямо с веток? Ты залезал, а я стояла внизу и держала футболку, как мешок.

Она вдруг замолкла, будто спохватившись, что выдала слишком личное воспоминание. Щёки слегка порозовели.

– Прости… Я редко об этом говорю вслух. Но с тобой… Как-то легко. Ты же не против?

Мужчина только кивнул, задумчиво рассматривая пейзажи. Автобус въехал на трассу. За окном плыли поля, перелески и леса, силуэты сопок. Лия вздохнула, и её плечо слегка прикоснулось его плеча.

– Петя… а ты опишешь мне, что сейчас за окном? Не просто «поле» или «лес». А… как художник. Как будто я вижу это впервые. Или как будто… это последний пейзаж в моей жизни.

В её голосе не было драмы – только искреннее, жадное любопытство к миру, который она знает лишь по звукам, запахам и чужим описаниям. И еще ей было очень интересно, как же он опишет этот первый пейзаж их общей дороги.

Петр почувствовал, как ком подкатил к горлу, стало трудно дышать… Господи, как же трудно смириться что она совсем-совсем не видит. Как же странно! Ведь он обладает зрением, но не ценит этого. А она… Видит мир только запахами, воспоминаниями, чужими словами…

– Да, солнышко, мы выехали из города… Но пока еще находимся в пригороде. Знаешь, мы даже однажды были тут. Помнишь как с Витюткой и Лехой гуляли допоздна в поисках кукурузы? И еще потом прятались от грозы в тоннеле под дорогой – вот мы сейчас здесь как раз проехали. Так, а теперь… справа небольшое поле пшеницы, золотое и словно бы живое. Колосья двигаются на ветру, и создается впечатление волн. Это словно озеро, но золотое, или солнечное. И в нем, словно всплывающие подводные лодки, медленно плывут силуэты комбайнов. Дальше уже лесополоса – изумрудные деревья, чем-то похожи на искусственный забор. Потом подернутая дымкой синева леса, среди которого охотзаказники и сады. А дальше холмы, словно гигантские застывшие волны. Сопки, по-нашему. А на горизонте тоненькая цепочка гор. Но мы едем не туда, мы вдоль этой белоснежной гирлянды.

Он поудобнее пристроил свою руку, вытянув к окну, чтобы девушка комфортно чувствовала себя на его плече.

– А справа сейчас дачные массивы. Мы тут тоже часто в детстве лазили, здесь дачи родителей. А еще тут много заброшек, и у нас однажды даже свой домик был, но местная охрана нас конечно быстро разогнала. А так – было прикольно! Мы собирались по вечерам, жгли костры, бренчали на гитаре и грели сосиски на палочках…

– Классно… – прошептала Лия.

– Ничего, скоро сама всё увидишь.

– Эх… – вздохнула девушка. – Хотелось бы верить.

Ей нравилась эта поездка. Пока что всё было идеально. Все эти запахи и ароматы – слишком знакомые с детства, чтобы сбить с толку. Да и цель приятно грела душу.

Лия слушала, слегка приоткрыв рот, будто пробуя каждое его слово на вкус. Её пальцы непроизвольно сжимали его руку, когда он говорил про «золотые волны» и «застывшие сопки».

– Золотые волны… – произнесла Лия мечтательно. – Я представляю их шуршащими, как шёлк. А комбайны – это как огромные добрые чудовища, которые собирают солнце, да?

Она на мгновение замолкла, прислушиваясь к гулу двигателя.

– А запах… здесь пахнет пылью дороги и чем-то сладким. Скорее всего, это поздние цветы у обочины. Я права? Георгины, наверное. Мама говорила, они пахнут, как конфеты.

Он почувствовал аромат цветов, которые так тонко уловила Лия, в который раз убедившись в ее способностях…

– О! Кажется да, ты права.

За окном быстро мелькали придорожные клумбы. Открытые форточки автобуса доносили приятный аромат, который усилился благодаря порыву ветра.