Петер Хакс – Рыбы (страница 4)

ГОЙОН

Господин Симон, вы – мой подчиненный. СИМОН

Заблуждение. Это вы – мой подчиненный.

ГОЙОН

То есть?

СИМОН

Господин полковник, вы, как и любое другое французское учреждение на мексиканской земле, обязаны беспрекословно подчиняться мне и полностью поддерживать мои исследования.

ГОЙОН

Приказ маршала…

СИМОН

Маршала? Знаете, почему вас командировали сюда? ГОЙОН

Я солдат, мое дело – подчиняться. Я не задаюсь таким вопросом. Не знаю.

СИМОН

Что ж, вам следует это знать. Расстегивает верхнюю одежду и из самого глубокого внутреннего кармана достает бумагу. Подождите. Терпение. Сейчас узнаете. Вот. Отдает бумагу Гойону.

ГОЙОН заглядывает в нее

Дурная шутка, профессор.

СИМОН

Мне она нравится.

ГОЙОН читает

«Семья горюет о потере ребенка. – Двое счастливых родителей, вернувшихся с утренней прогулки со старшими детьми, ждут горячего поцелуя своего младшего отпрыска. Но малыш не выбегает, как обычно, им навстречу. Они входят в дом, но не слышат его лепета, его неуверенных шажков. Пес, как им кажется, тоскует по своему маленькому другу. Служанка, не слишком заслуживающая доверия, заикаясь, дрожа, обливаясь слезами, сообщает им ужасную новость. О невыносимое горе! Их ребенок пропал…»

СИМОН

Бросьте читать этот вздор, полковник. Шутка была бы и в самом деле неудачной.

ГОЙОН

Но…

СИМОН

Читайте на обороте листа.

ГОЙОН

На обороте? Переворачивает лист.

СИМОН

Узнаете почерк?

ГОЙОН

Однако. Это рука Наполеона Третьего.

СИМОН

Вот именно. Читайте.

ГОЙОН читает

Каждый французский подданный…

СИМОН

Каждый.

ГОЙОН

… любого воинского или гражданского звания…

СИМОН

Так точно, воинского. Черным по белому.

ГОЙОН

… поступает в распоряжение профессора Симона… Это не что иное, как ничем не ограниченные полномочия.

СИМОН

Вы удивлены?

ГОЙОН

Признаюсь, весьма.

СИМОН

Почему? Я уже сообщил вам об этом.

ГОЙОН

Прошу меня простить, профессор Симон. С административной точки зрения, этот документ представляет собой весьма необычное исключение.

СИМОН

Я и есть исключение. Предписание императора – просто следствие этого обстоятельства.

ГОЙОН

О чем речь, профессор Симон?

СИМОН

Речь идет о самом важном достижении, которое в нашем столетии осуществит естествознание.

ГОЙОН

Естествознание?

СИМОН

Именно.

ГОЙОН

Но это исключено. Никакое открытие в естественных науках не могло подвигнуть его величество на такой шаг. СИМОН

Полностью согласен. Но мое открытие приведет к неслыханным последствиям не только в естествознании, но и в гуманитарных науках.