Пэт Кэдиган – Легенды о призраках (страница 39)

Я искала везде и не могла найти ее, но в один из дней я увидела Эм. Она шла по улице вместе с подругами. Я видела, как одна из девочек достала что-то из кармана и, прикрывая рукой, показала приятелям. О Эм! Как же так?! Я знала, что это была ее трубка. Девочки свернули в переулок, а я осталась стоять посреди улицы. Если бы могла, я бы заплакала, но во мне не осталось слез.

Телевизор мерцает в углу, ветер завывает за заклеенным скотчем окном. Эм свернулась у меня на коленях. Она такая маленькая, такая хрупкая. Я смотрю на свои руки, на волосы. Никто никогда больше не захочет пойти со мной. Когда-то я была красивой, но вся моя красота давно усохла и рассыпалась. Эм глядит на меня – глядит так же, как я глядела на Двуликую женщину, до того, как она повернулась ко мне своей уродливой стороной. Мне хочется сказать ей: нет, Эм, никогда не бери пример со своей старшей сестры. Но, конечно, на самом деле она смотрит не на меня – перед ней сейчас Двуликая женщина, и даже если Эм отвернется, она никуда не исчезнет.

Двуликая женщина, подобно Женщине-оленю, – это персонаж, пришедший из фольклора американских индейцев. Индейцы верили, что она бродит по лесам и равнинам и губит неосторожных путешественников. Пораженные ее удивительной красотой, они сходят с тропы и устремляются к ней в объятия. И тогда она показывает свою ужасную природу, но спасение уже невозможно. Этот рассказ написан под впечатлением от моей жизни на западе, где я своими глазами видела последствия употребления метамфетамина индейской молодежью. В тех местах Двуликая женщина – это не просто миф. Она живет среди людей, среди всех нас.

Эрзебет Йеллобой является редактором журнала Cabinet des Fées, публикующего сказочную прозу, и основателем Papaveria Press, частного издательства, которое специализируется на эксклюзивных, переплетенных вручную изданиях мифологической поэзии и прозы. Ее рассказы и стихотворения появлялись в таких журналах, как Fantasy Magazine, Jabberwocky, Goblin Fruit, Mythic Delirium, Electric Velocipede и др. В 2010 году вышел ее второй роман «Спящая Хелена» («Sleeping Helena»). Для получения более подробных сведений об Эрзебет Йеллобой посетите ее интернет-сайт на www.erzebet.com.

М. К. Хобсон

Оукс-парк

Тебе тридцать девять лет, ты женщина и мать, и ты только что не сказала мужу того, что могло бы спровоцировать скандал и драку. Лето почти кончилось, но дни еще длинные, а вечера еще теплые и полны гудения мух и слепней, и от этого тебе грустно, но ты не знаешь почему. У тебя есть дочь, которую ты уже не понимаешь, хотя ей всего двенадцать. Даже собственная жизнь для тебя загадка, ты проводишь день за днем в тумане неясного недовольства, всякая способность к принятию решений и отстаиванию собственного мнения утеряна в бесконечных компромиссах с семьей, ограничениях брака, и каждый новый день накрывает тебя с головой, словно дырявое покрывало.

У твоей дочери много подруг – загорелых исцарапанных созданий, таких же диких и невозможных, как и она. Они как будто с другой планеты. Они появляются словно из воздуха, оказываются у тебя за спиной, а ты никогда не слышишь, как они подбираются к тебе. Они похожи друг на друга, как две капли воды. Они валяются на диванах в темных прохладных комнатах, смотрят «Тин Ник», потягивают «Капри санз», сминают упаковки лапши быстрого приготовления и набивают рот вкусным крошевом. Они оставляют за собой следы из оберток и крошек. Как-то твоя дочь, которую подговорила ее лучшая подруга, неотличимая от нее, спрашивает: «Когда ты повезешь нас в Оукс-парк?» – и ты отвечаешь: «Когда ты уберешься в своей комнате»; ты знаешь, что она никогда этого не сделает, и поэтому тебе никогда не придется везти ее в Оукс-парк.

А потом ты слышишь разговор твоей дочери с двумя другими ее друзьями, мальчиком и девочкой, неотличимыми от нее, – исцарапанные коленки, загорелая до черноты кожа, волосы, как верхушки молодой кукурузы, и футболки, демонстрирующие их неколебимую преданность героям аниме. Они сидят в тени крыльца, лижут фруктовое мороженое на палочке и капают разноцветной слюной на серые от солнца и времени ступеньки.

– В Оукс-парке есть привидение, – говорит мальчик. – Там кто-то умер, и теперь там бродит призрак.

Ты замираешь и прислушиваешься. Раньше ты об этом никогда не слышала. Ты хочешь спросить: «Кто там умер? Там и в самом деле есть привидение? Как оно выглядит?» Но никто из детей наверняка не знает никаких подробностей, поэтому эти вопросы остаются незаданными и неотвеченными. Дети бегут на улицу и уносятся на своих велосипедах, оставляя после себя обертки, палочки и лужицы сахарной сладости – муравьям на радость.

Ты выходишь в Интернет.

Оукс-парк – небольшой парк аттракционов, расположенный в 3,5 мили (6 км) к югу от центральной части Портленда, штат Орегон.

Парк был построен Орегонской гидроэнергетической и железнодорожной компанией и открыт в 1905 году. В то время парки для отдыха и развлечений часто сооружались поблизости от трамвайных путей.

Большой деревянный каток для катания на роликах открыт круглый год. Примечательно, что в Оукс-парке до сих пор сохранился орган – теперь он является самым большим в мире органом, установленным на катке.

В настоящий момент штатным органистом Оукс-парка является Кейт Форчен, который играет по четвергам и воскресеньям.

Всё разноцветное, шумное, павильоны, лотки со сладостями, женщины в юбках с клиньями и мужчины в соломенных шляпах. Ты узнаешь, что двери и окна в танцевальном зале снабжены сетками от насекомых и что пол катка покоится на понтонах и поэтому остается на плаву, когда разливается протекающая неподалеку река Уилламетт. О мертвом ребенке или о привидении – ничего. От этого настроение у тебя немного улучшается. Поселившаяся внутри смутная тревога отступает. Возвращается муж, и вы не говорите о том, о чем вы оба не хотите говорить, и ты готовишь ужин, и вы едите перед телевизором, задернув окна от летнего солнца, которое летом так поздно закатывается за горизонт.

На следующий день ты получаешь электронное письмо от молодого человека, которого зовут Чак. Он работает в Оукс-парке. Ты уже забыла, что писала ему, – время Интернета не похоже на обычное время. Но когда сообщение появляется в твоем почтовом ящике, ты вдруг вспоминаешь, что заполнила на сайте форму, озаглавленную «вопросы об истории парка». Твой вопрос был коротким.

Есть ли в Оукс-парке привидение?

Ответ Чака почти столь же краток.

Некоторые посетители и сотрудники парка сообщают, что видели призрак девочки. На вид ей лет двенадцать. На ней типичная для 70-х годов одежда. Она крадет сладкую вату и катается на аттракционах. Ее любимый аттракцион – «Осьминог».

Твои пальцы яростно печатают вопрос:

Она счастлива?

Но ты не нажимаешь кнопку «Отправить», потому что ты понимаешь, что Чак не знает ответа. Скорее его знаешь ты.

Когда ты в последний раз ездила в Оукс-парк, тебе было двенадцать, и это был 1977 год.

Ты помнишь, как ты сидела на заднем сиденье «доджа», американская сталь неслась по узкому Селлвудскому мосту, а во все четыре открытых окна лился убийственный жар.

Руки у тебя липкие от пота, и ты одета в шорты «Хаггар» и футболку «Гаранималз», купленные в магазине «Сирз сёплас» в Ллойдовском торговом центре. Волосы у тебя светлые, как верхушка молодой кукурузы, а кожа загорелая до черноты и покрытая царапинами – их до того много, что ты похожа на карту звездного неба.

Твои родители холодно молчат – они ссорились всю ночь напролет. Это твоя награда, твои репарации, гарантирующие то, что в этом мире все идеально.

Профиль твоего отца жесткий, красивый и мужественный. Лицо мамы свежее и нежное, у нее гладкая стрижка, как у Дороти Хэммилл, большие, янтарного цвета солнцезащитные очки, внимательный взгляд. Твои ноги липнут к винилу. По радио играет «Отель Калифорния».

Твои родители останавливают машину под узловатыми, нездоровыми деревьями. Кажется, будто небольшая стоянка расположена не в том месте; чтобы доехать до нее, надо миновать сторожку и мастерскую, перед которой разбросаны старые детали от аттракционов. Ты входишь в парк через задние ворота, как будто пробираешься туда тайком, аккуратно обходя самые крупные трещины в разбитом асфальте и стараясь не споткнуться о корни деревьев. Твои родители поотстали и негромко меж собой разговаривают. В последнее время они говорят друг с другом, только когда ты их не можешь слышать.

Чтобы добраться до новых аттракционов, тебе нужно пройти старую аллею, вдоль которой стоят брошенные аттракционы, не работающие уже много лет. Старые здания рассыпаются величественно и не спеша: серебряное дерево и лупящаяся краска, великолепные фонари с разбитыми в незапамятные времена лампами, на которых свили гнезда птицы, кучи тополиного пуха в давно неметеных углах.

Круглый вход одного покосившегося строения забит досками. Он похож на гигантскую решетку ливневого стока. Ты бежишь к нему, вглядываешься в щель между досками – что там, в темноте? Прохладный воздух, сочащийся сквозь щель, пахнет плесенью. Родители зовут тебя, и ты бежишь туда, где расставлены новые аттракционы – стальная паутина колеса обозрения, разноцветный зверинец карусели, гигантский конструктор американских горок, собранный из ржавого железа, огромных болтов и перепачканного машинным маслом дерева. Дальше к северу тянется трасса для картов, пахнущая бензином и жженой резиной; за ней начинается долина реки, зловонное болото, по которому разбросаны отслужившие свой срок автомобили и разлохмаченные шины. А дальше по аллее светится неоновая вывеска «Самолеты», но на самом деле там стоит «Осьминог», вращающий щупальцами, в которых он держит черные луковицы кабин.