Песах Амнуэль – "Млечный Путь, Xxi век", No 1 (38), 2022 (страница 51)

Стихия Воды помогает родителям действовать бескорыстно и посвятить себя воспитанию нового человека. Абеляр и Элоиза не осмелились совершить прыжок в отцовство и материнство. Смог ли их сын понять или почувствовать мотивы, отношения, чувства, намерения своих родителей? Должен ли он обвинять своих родителей в том, что они отвергли младенца или пренебрегли им? Мы не можем знать наверняка. Но мы можем начать задавать вопросы, и уже в романе Луизы Ринзер (1911-2002) Любовь Абеляра эта легендарная средневековая история приобрела черты архетипических проблем взаимоотношений: проблемы между мужьями и женами; значение отношений "любовь-ненависть"; борьба ребенка за любовь, заботу и признание родителей. Современный немецкий медиевист Альбрехт Классен пошел еще дальше: по его мнению, последствия этой любовной драмы были ужасными как для отца, так и для сына: "в то время как Абеляр был кастрирован физически, Астролябий считал себя кастрированным в душе" [23].

С точки зрения ребенка, необходимо чувствовать, что он зачат с любовью. Для этого его родителям необходимо признать, что Человеческая Любовь имеет по крайней мере четыре уровня, один из которых является Земным, телесным аспектом сексуальной близости. Но могли ли его родители в полной мере наслаждаться своим телом? В те времена церковь в лице Григория VII провозглашала это грехом. В этом вопросе Абеляр не пытался ему перечить, и в автобиографии философ резко осудил свою интимную близость с Элоизой, как "грязь", в которой они оба "погрязли".

Для Элоизы ситуация была еще тяжелее. Средневековая концепция любви не позволяла женщинам выражать ни Землю (чувственность), ни стихию Огня (инициативу). Страстное желание, волеизъявление или сексуальное удовольствие были запрещены женщинам, и для них было "правильным" лишь "подчиняться" или "уступать" своим соблазнителям и их "грязным" требованиям. В результате эта история описывает отношения между двумя интеллектуальными личностями, в отношениях между которыми не оставалось места для любви к ребенку. Оба родителя Астролябия потерялись в пространстве абстрактных знаний и пренебрегли своим самым ценным творением: настоящим чудом жизни - их живым сыном.

Однако можем ли мы винить родителей тех лет? В историческом контексте XI века исследователи склонны рассматривать Абеляра и Элоизу как жертв диктата той эпохи. Жена могла стать жертвой безответственных действий мужа. Мужа можно было считать жертвой немыслимых ограничений церкви. Обоих можно было рассматривать как жертв эмоциональной безграмотности своего исторического периода. Вдобавок, Элоиза сама росла сиротой. Может, это порочный круг, в котором каждая сторона видит себя вправе винить все предыдущие поколения? Да, это так. Сможем ли мы разорвать эту цепочку взаимных обвинений?

По мнению основателя общей семантики Альфреда Коржибского (1879-1950), одной из важнейших ценностей цивилизации является то, что он называл "связью времен" -

способность учиться на ошибках прошлого, без необходимости проходить через них самим. Будучи оптимистом в возможности установления необходимой связи времен, Коржибский, однако, не определили, как и в каких исторических временах нам следует искать спасительную подсказку. Ответ на это попробуем дать во второй и третей части этой работы.

С деталями темпорологических подходов можно ознакомиться в ряде предыдущих публикаций [3, 5, 7, 21]. Не вдаваясь в подробности методов, описанных ранее, замечу лишь коротко, что предложенный исторический календарь совмещает в себе датировки привычного календаря, основанного на 19-летнем метоновом цикле солнечно-лунных затмений, с более долгосрочными календарями, основанными на соединениях (затмениях) медленно движущихся Сатурна-Юпитера и Нептуна-Плутона.

Уже 1000 лет тому назад такие ученые, как Авраам Бар Хия и Авраам Ибн Эзра показали, что анализ подобных календарей, основанных на квазициклической периодичности соединений между различными медленно движущимися небесными телами [5, 6], позволяет составить себе картину основных этапов развития человечества. В частности, было найдено, что на протяжении многих лет серия соединений Сатурна и Юпитера происходит в знаках Зодиака, относящихся к одной и той же стихии. Упрощенно говоря, раз приблизительно в 200 лет (с возможными небольшими перерывами) эта серия заканчивается, и новая серия соединений происходит уже в другой стихии. Требуется порядка 800 лет, чтобы соединения опять вернулись в изначальную стихию.

Каждый период пребывания соединения в одной стихии задаёт "дух эпохи" - общий исторический фон развития, основную систему ценностей и понятий, превалирующих в соответствующих десятилетиях. Вкратце, в период доминирования сферы Огня, на первый план выходят духовные устремления; для Земли характерно воплощения планов в жизнь, для Воздуха на первый план выходят слова и умозрительные заключения, а для Воды самым ценным становится голос сердца, вознесенный над разумом. При этом каждому такому периоду доминирования любой стихии соответствуют определенные наборы образов, метафор и слов, отвечающих духу эпохи.

Для развития человечества все эти этапы важны, и все они, шаг за шагом, очень медленно, но уверенно ведут нас по пути эволюции. Наряду с этим, у каждого отдельного человека преобладают свои доминирующие стихии и свой врожденный потенциал, который может отличаться от общего "духа времени". Некоторым людям удается попасть в струю и проникнуться духом времени, а другим тяжело приспособиться, чтобы жить "не в своей стихии". Последние либо увядают, либо пытаются передать свои ценности и образность будущим поколениям, которые постфактум констатируют, что такие индивидуумы сумели "опередить свое время".

С точки зрения такого подхода часов Сатурна-Юпитера, XI век был переломным и разделялся на четыре периода. В начале, с 1000 по 1007 год продолжалась сфера доминирования Огня, которая устойчиво превалировала на протяжении всего предыдущего X-ого столетии. С 1007 по 1027 год мир впервые после распада Римской Империи стал свидетелем возврата доминирования Земли. При этом переход от доминирования Огня к Земле шел поэтапно, и в 1027-1047 годах наблюдался короткий завершающий отблеск возврата Огня. Затем с 1047 года до конца столетия все соединения Юпитера-Сатурна происходили уже в стихии Земли.

С точки зрения темпорологии, Григорий VII, родившийся около 1022 года, родился как раз с первым вступлением короткого аккорда доминирования сферы Земли. К тому времени начались ощущаться резкие перемены в ходе истории, когда, по словам немецкого историка Карлрихарда Брюля, в годы правления Генриха II Святого (1002-1027) "впервые почувствовалось ледяное дыхание политики национальных интересов" [24].

Символично, что рождение Григория VII, как и появление "не-вольных" детей-иноков связано в XI веке с переходом от сферы Огня к Земле. В аллегорическом представлении одна из важных черт представителей Огня - их необузданный нрав. Огонь не знает границ, и своей дикой силой способен испепелять все на своём пути. Земля всей толщей своей пытается преградить ему путь, удержать в рамках и "об-уздать" его стихийный порыв и своеволие. Многие историки церкви связывают X век (период постоянного доминирования Огня) с невообразимой разнузданностью нравов, которой необходимо было немедленно положить предел. Григорий VII с самого детства испытал на себе всю жесткость воспитательных мер Земли для ограничения свободного выбора индивидуальной личности.

Не таким бы хотелось видеть мир Ансельму Кентерберийскому (1033-1109). Он родился в короткий период завершающегося отблеска Огня (1027-1047), и для него было естественным бороться за свободу воли всех людей, включая детей. Сама мысль об "утеснении" детского волеизъявления казалась ему неприемлемой. До конца дней своих он пытался отстаивать свободу, но, как мы видели, в 1093 году, в период стихии Земли, ему это не удалось. Акт возведения его в архиепископы сопровождался грубым физическим принуждением.

Генрих IV (1050-1106) был на четверть века моложе папы Григория VII. Его рождение, жизнь и правление протекали уже в стабильном периоде доминирования сферы Земли, последовавшем сразу после заключительного 20-летнего отблеска Огня (1027-1047). Показательно, что Генрих IV единогласно признается историками прагматичным политиком (Земля), активно занимавшийся возведением монументальных сооружений и пытавшимся объединить раздробленные земли под своим центральным управлением.

Показательно, что конфликт между папой и императором не имел ничего общего с духовными, мистическими или философскими запросами людей. Борьба за инвеституру между Генрихом IV и Григорием VII велась исключительно в плоскости светских и экономических интересов с использованием традиционных мирских средств. Хороший глава церкви по тем временам - это, прежде всего, умелый администратор и храбрый воитель.

Символично, что словарь ассоциаций, который относится к Генриху IV и Григорию VII, связан с набором практичных, материальных, земных вещей. Борьба между светской и церковной властью за инвеституру сводилась к вопросу, в чьих руках будет право вручать посох, скипетр, перстень или кольцо при назначении должностных лиц. При этом все символы власти, вручаемые в знак владения, оставались сугубо земными предметами. Также оставались земными и щедро раздаваемыми властителями привилегии. Перевязь, рыцарский пояс и золотые шпоры могли носить только посвященные в рыцари.