Песах Амнуэль – "Млечный Путь, Xxi век", No 1 (38), 2022 (страница 31)
Последнее обстоятельство банду взволновало, Копейкин понял, что сумел убедить заговорщиков. Осталось самая малость - присоединиться к ним. На что Влас намекнул после небольшой паузы, вызванной желанием Амбала тотчас перепроверить расчеты хорошо учившегося медвежатника.
Только после этого, Копейкина, согласившегося помочь справиться с тоннелем до майских праздников, торжественно приняли в банду. Теперь он сам намечал места опор и ставил оные, хотя конечно, больше командовал притухшим Амбалом и все прочие расчеты и того, и Тощи, который занимался взрывчаткой на последнем этапе работы.
А работа эта оказалась неожиданной. Копейкин и предположить не мог такой остроты ума от злоумышленников, до последнего медвежатнику казалось, он имеет дело с бандой, пусть и квалифицированной, но не шибкого интеллекта, познания Амбала в гидрологии это ошибочное воззрение, поначалу только подтверждали. Но ныне Власу решительно пришлось переменить свои суждения. И немудрено.
Амбал нашел способ обойти систему "Железного купола". И весьма изобретательный. Немудрено, что он с известным упоением излагал его Копейкину, а тот лишь восхищался и бросал слегка обалдевающие взгляды на вдохновленного ими оратора. Дело обстояло вот как: когда банда докопалась до подземелий банка, то первым делом проходка вильнула в сторону. Влас сперва не понял, зачем, тогда-то Амбал и произнес свою вдохновленную речь.
Все дело в одной странной особенности охранной системы. Когда на сервер, расположенный рядом с депозитарием, воздействует внезапная и достаточно мощная сила, тот перезагружается. А делает он это по-восточному очень долго и пусть и скрупулезно, но оставляя аж на пятнадцать минут систему в подвешенном состоянии. Хитрые израильтяне почти ничего не говорили об этом недостатке, немудрено, что о нем узнали только самые влиятельные лица в банке, в числе которых был и владелец, и случайно оказавшийся в соседней комнате Амбал. Так он понял, как можно взломать систему и с минимумом потерь вынести все то, что ему, как он считал, задолжали за двадцать лет беспорочной службы на благо сперва "Рассвета", а затем, когда проворовавшиеся владельцы решили сменить имя, то "Ренессанса", и только после "Прогресса". Банк трижды обворовывал население, немудрено, что среди пострадавших оказался Амбал, дважды подпавший под сокращение. Немудрено, что он и решил отмстить.
А для этого и пригласил Тощу. Хороший взрывотехник, он мог обеспечить плану надлежащее исполнение. Вот только...
- У нас будет только пятнадцать минут на все, про все, - уточнил Амбал специально для Копейкина. - После снова заработает система, в депозитарии включатся датчики температуры, которые нас тотчас высветят.
По закону внутри помещения с ячейками непозволительно устанавливать камеры, но хитрые израильтяне или не менее дошлые местные нашли способ обойти закон.
- За четверть часа вы ничего не успеете, - возразил Влас. Амбал только плечами мускулисто пожал.
- Мы уже подготовились. Все нужное сложено в мою ячейку, работать над изъятием надо только тебе. Впрочем, замки на ячейках слабые, как на почтовых ящиках, мы пневмопистетом вышибем несколько, чтоб сделать вид ограбления, и уйдем.
- И много вы уже набрали? - Копейкин еще раз восхитился предусмотрительностью Амбала. Тот снова мощно перекатил мышцы по плечам.
- Миллиона на два, если повезет с перепродажей. В основном, я брал у воров или депутатов, или тех и других одномоментно. В полицию заявлять не будут, да и банкирам тоже претензий не предоставят, светить капиталец не больно охота. А тебе... - он усмехнулся. - Еще только предстоит поработать.
К майским зарядили дожди, так что Копейкин больше проводил время дома, изредка навещая банду. От плана они отошли не сильно, к ночи второго числа все было закончено. Именно тогда банда вошла в тоннель с мешками и динамитом, а Тоща, наконец, подорвал заряд под серверной, одновременно с этим, Дрищ принялся вырезать отверстие в стальной плите, венчавшей полуметровый слой шибко армированного бетона. Справился он с этим заданием споро, буквально за шесть минут, после чего, все четверо стремительно вломились в хранилище и принялись за работу.
Амбал отвел себе самую большую ячейку, можно подумать, он там картошку на зиму запасал. Впрочем, добра за последние пару недель оттуда он вытащил прилично, что значит, знал, когда обычно приходят хозяева особо богатых ячеек, если наведываются вообще. Брал в основном, из таких, где владельцы захаживали не чаще раза в полгода, когда продлевали на указанный срок аренду. И повытаскивал ценными бумагами, акциями, облигациями, слитками, монетами и прочим настолько много, что за один раз даже вся банда, рассовав содержимое по пакетам, не смогла вытащить, пришлось ходить снова.
К этому времени Влас успел опорожнить содержимое своего ящика, действительно, взламывать такие замки, вернее, замочки, не составляло труда, со своим Копейкин повозился с минуту, после чего положил в предусмотрительно взятую коробку из-под обуви все пять яиц, вошли, как влитые. И поспешил на выход.
Непрекращающимися дождями вода уже затопила центр города, неудивительно, что стены тоннеля начали предательски плыть, а опоры трещать. Когда Копейкин проходил обратным путем, ручейки уже текли под ногами. Влас хотел предупредить коллег по профессии об опасности, только начал кричать, да одна из опор начала предательски складываться. Подавившись воплем, Влас рванул на выход, чудом успев выскочить из-под обрушающихся тонн земли. Мгновение, и лаз оказался погребен под завалом, надежно, воистину, как в банке, запечатав задержавшихся взломщиков. Влас еще какое-то время пытался пробраться в тоннель, пока не понял, что того уже не существует. Да и по времени выходило, что только сейчас включившиеся датчики температуры должны высветить злоумышленников, скопившихся возле дыры и предупредить полицию о чуде - поимке целой банды, неведомо как обошедшей "Железный купол", но все равно пойманной им.
Наутро Влас отправился к заказчику, но дома того не застал, несмотря на праздники, тот где-то усердно работал. Потому передал коробку совсем ничего не подозревающей жене, с изящным, как ему показалось, намеком на подарок имениннику. После чего, откланявшись и отказавшись от чая, удалился. Та в ответ хмыкнула что-то невразумительное и вернулась к заботам о доме и чаде, поминутно требовавшем к себе значительную толику внимания.
- Что ты сделала? - метался по просторной комнате заказчик фабержевского чуда Алтынин, допрашивавший с пристрастием к кулакам свою благоверную. Та лишь всхлипывала, но ничего толком не говорила, прижимая к груди продолжателя рода бывших и возможно, будущих дворян-мздоимцев и казнокрадов. - Ты... вообще, курица, мозгами поехала? Это надо удумать такое. Неужто спросить не могла?
- Сказано ж было, имениннику, откуда я знала, что это тебе, - наконец, обретя голос, сипло ответствовала половина. - Сын у тебя вчера рождение праздновал, отчего ж не вернуться вовремя? Нет, в баню закатился.
- Я работал в бане, работал, понятно?! - получив новую плюху, жена только кивнула убедительно. - Переговоры проводил. Не мог отвертеться. А ты, ты... хоть знаешь, на сколько меня нагрела?
- Я... но, зайка...
- И не сметь меня так называть, когда я тебя уму-разуму учу! Удумала, младенцу коробку дать. Да мало, что там могло оказаться.
- Я ж не подозревала. Знай, что там не киндер-сюрприз, как возликовал наш голубоглазенький...
- Задним умом все крепки. Поздно, голубушка, надо за свои слова отвечать.
- Тишенька не все яички поколотил, я успела что-то отобрать. Вот, это внутри одного было. Может, сгодится?
И протянула ему филигранной работы золотую карету, запряженную в пару изумрудных лошадей. Супруг, дрогнувшей рукой, принял содержимое яйца Агафона Фаберже, положил на ладонь, тяжко вздохнул. И не сказав больше ни единого слова, отправился в свой кабинет.
- Не понял, что это значит? Вы банк или шарашкина контора? - распалялся Рублев, остановить коего оказались не в силах ни вызванная охрана, ни полиция, ни даже супруга. - Что вы себе позволяете! Я ваш клиент больше пятнадцати лет, я эту, пропади она пропадом, ячейку имею больше шести лет, я за все плачу исправно, я...
- Простите, Павел Петрович, но вы знаете правила, вы сами подписывали соглашение об аренде ячейки. Там же четко и ясно сказано...
- Да вы в уме ли? Чтоб я подписал такое... - ему протянули лист распечатки с его вензелями и размашистой росписью. Рублев замолчал, всем, находившимся в кабинете директора банка показалось, что эти секунды были райскими. Не иначе как ангел пролетел. - А нет, подписал. Но мне и в голову не могло придти! Да чтоб я подумал, что вы к этому цепляться станете!
Рублев снова перешел на крик, ангел свалил подобру-поздорову.
- Это наша стандартная практика, вы же понимаете, мы не имеем права, - улещивал разошедшегося предпринимателя директор. - Вы же сами, наверное, подобные договоры...
- Я с людишками подписываю, а вы с состоятельными господами, черт вас всех дери! Вы что, раздевалка Большого театра?! Почему вы не страхуете содержимое ячеек?
- По закону не имеем права, конфиденциальность содержимого лишает нас возможности оценить страховой случай. Поэтому вы и храните в банке все, что душе угодно...