Персиваль Рен – Похороны викинга (страница 42)

– Друзья мои, – лепетал он. – Я должен сделать вам признание, и вы должны меня спасти. Я больше не могу. Моя совесть… мое чувство благодарности… любовь к правде…

Майкл мне подмигнул. Мы не очень доверяли совести и любви к правде Болидара, но чувствовали – он так напуган, что не способен врать.

– В эту страшную ночь, когда со мной так несправедливо поступили, вы пробовали меня спасти… Да, пробовали меня спасти, несмотря на то, что считали меня виновным… Конечно, это абсурдная мысль… – И он истерически рассмеялся.

– Конечно, абсурдная, – согласился Майкл. – Что же вы хотите нам сказать?

– Ваш бриллиант, ваш бриллиант, – прошептал Болидар и схватил Майкла за руку.

– Мой бриллиант? Что же с ним случилось? – спросил Майкл.

– Лежон, Лежон хочет его захватить… Он меня убьет… Он меня убьет. А если он не убьет, так Шварц или Болдини. Что мне делать? Что мне делать? – закричал он.

– Ну-ну, не надо. – Майкл похлопал беднягу по плечу. – Никто тебя не убьет. Ты лучше расскажи все, что знаешь, и мы посмотрим, что можно сделать… И потом присоединяйся к нашей партии.

– Какой партии? – спросил Болидар. – Что за партия? Что вы хотите делать?

– Видишь ли, мы собрали лучших солдат гарнизона и решили предупредить Шварца, чтобы он не делал глупостей, – ответил Майкл. – Если он нас не послушается, мы все расскажем Лежону.

– Что? – спросил Болидар – с широко раскрытыми глазами и ртом. – Что вы сделаете?

– Все расскажем Лежону, – повторил Майкл.

Болидар взмахнул руками и затрясся от дикого смеха.

– Но ведь он знает… Но ведь он все знает… Знает, кто участвует в этом заговоре, знает, когда они собираются выступать, знает каждое слово, которое говорилось на их заседаниях!

Майкл и я были совершенно ошеломлены.

– Кто же ему донес? – спросил Майкл.

– Я, – гордо ответил Болидар. А потом задрожал и захныкал. – Когда он достанет ваш бриллиант, он меня убьет.

Я ничего не понимал. Если Лежону все известно, то как мы можем угрожать Шварцу? И вообще, что нам делать?

– Почему же Лежон ничего не делает? – спросил Майкл.

– Не беспокойтесь, – сказал Болидар, – он сделает все, что надо, в ночь накануне мятежа.

– Чего же он ждет? – спросили мы оба.

– Он хочет узнать, что вы собираетесь делать. Если вы присоединяетесь к Шварцу, он убьет вас вместе с ним, и я должен буду добыть ваш бриллиант. Если вы не присоединитесь к Шварцу, то вас убьют во время нападения на мятежников.

– Кто же нас убьет? – спросил Майкл.

– Я, – ответил Болидар. – Видите ли, если вы присоединитесь к Шварцу, то я останусь верным Лежону, ночью мы войдем в казарму, направим винтовки на спящих и будем их, разоружать. Моя винтовка случайно выстрелит, и вы будете убиты… Если вы не присоединитесь к Шварцу, то я буду мятежником, и, когда вы войдете в казарму с Лежоном и прочими его товарищами накануне мятежа, я вас пристрелю со своей кровати… Так или иначе, вас убьют… Меня тоже убьют… Пресвятая Дева! Великий Боже! Силы небесные! – бормотал он.

– А что если мы откажемся дать Шварцу какой-либо ответ и останемся нейтральными? – спросил Майкл.

– Тогда я должен буду возбудить против вас мятежников, чтобы они вас убили. Вас и всех, кто не хочет с ними действовать против Лежона. Я предложу им свои услуги в качестве вашего палача, а убив вас, добуду бриллиант и отдам его Лежону… И тогда он меня убьет… наверное убьет… – И, охватив руками голову, Болидар начал качаться и стонать.

– Совсем как баба, у которой подохла корова, – сказал Майкл по-английски. – Не хватает передника, чтобы накрыть голову.

– Да, – согласился я. – Давай сперва узнаем все, что можно, от этого прохвоста, а потом подумаем.

– Участвует ли в этом деле Болдини? – спросил Майкл Болидара.

– Болдини известно все, что известно Лежону, – ответил он. – Они собираются использовать вас, Дюпрэ, Сент-Андре, Кордье и Мари для того, чтобы арестовать мятежников за сутки до мятежа. Они не думают, чтобы вы тоже взбунтовались… Но, кажется, Болдини в Лежон не слишком доверяют друг другу. Гунтайо говорит, что Болдини хочет сам захватить ваш бриллиант и что Лежон об этом догадывается. По крайней мере так утверждает Гунтайо, но я не слишком ему верю.

– В самом деле? – спросил Майкл.

– Да, я не считаю его честным человеком, – сказал Болидар, подумав.

– Вот скотина этот Гунтайо, – возмутился Майкл.

– Он делал мне предложения, которые я с негодованием отклонил… гнусные и нелепые предложения, – сказал Болидар. – Почем я знаю, что получил бы свою долю? Плохо, когда приходится верить Лежону, но с какой стати мне доверять такому прохвосту, как Гунтайо?

– Что, Болдини тоже делал тебе всякие предложения, которые ты… с негодованием отклонил? – спросил Майкл.

– Делал. Но я ему сказал на это, что Лежон сержант-мажор, а он только капрал… А он ответил, что живой капрал лучше мертвого сержанта.

– Какая милая публика! – заметил я по-английски, и Майкл кивнул головой.

– Итак, – сказал он, обращаясь к Болидару, – ты агент Лежона и предупредил его о заговоре Шварца. Каждую подробность заговора ты ему сообщил, и он поручил тебе убить меня одним из трех способов, о которых ты нам рассказал. Все это делается для того, чтобы получить мой бриллиант?

Болидар молча кивнул головой.

– По-видимому, Болдини имеет собственный план. Он, вероятно, собирается поддерживать Лежона до тех пор, пока тот добудет мой бриллиант, а потом попытается с ним расправиться и забрать камень себе?

– Так говорит Гунтайо, – сказал Болидар. – Он предлагал мне после подавления мятежа объединиться с Болдини, Колонной, Готто и с ними убить Лежона и тех, кто будет помогать Лежону, а потом поджечь форт и бежать в Марокко. Гибель форта была бы приписана туарегам.

– Почему же ты не согласился с этим планом? – спросил Майкл.

– Разве можно теперь верить таким подлецам, как Болдини или Гунтайо? Ведь они же нечестные люди! Если Болдини добудет бриллиант, то всякий, кто сообща с ним будет владеть этим бриллиантом, тем самым будет осужден на смерть… Как можно работать совместно с такими прохвостами? – голос Болидара дрожал от справедливого негодования.

– Что же еще предлагал Гунтайо? – поинтересовался Майкл.

– Он думает, что я дурак, – ответил Болидар. – Он предлагал мне ограбить вас и бежать с ним в Марокко до начала мятежа. Я почти согласился, но ведь вдвоем не пройти пешком больше тысячи миль по пустыне. И потом, ведь он, наверное убил бы меня, если бы мы добрались до Марокко.

– Если только тебе не удалось бы убить его раньше, – сказал Майкл.

– Да, – согласился Болидар. – Но можно опоздать… Нет, это не годится. Я решил иметь дело с честными людьми. Потому-то я и обратился к вам. Ведь вы подумайте, если я достану камень, Лежон меня убьет за то, что я знаю, что камень у него. Если я его не достану, то он меня убьет за то, что я его не достал… Я обратился к вам… я говорю вам правду, потому что вы честные люди. Вы меня спасете и дадите мне долю в вашем бриллианте.

– Что же ты нам посоветуешь? – спросил Майкл.

– Бежать, бежать в пустыню до мятежа… Бежим все вместе!

– Так, но ведь ты сам говорил, что два или три человека не могут уйти в пустыню и надеяться остаться в живых, – ответил Майкл.

– Можно взять с собой Сент-Андре, Мари, Кордье и еще кого-нибудь, – посоветовал Болидар.

– Они не дезертиры, – заметил Майкл.

– Нет, но если они будут знать, что их убьют мятежники за то, что они откажутся от мятежа, или Лежон, когда они согласятся, то они убегут… Скажите им правду. Скажите, что Лежон хочет, чтобы никто не выжил… чтобы все погибли в этом мятеже. Он сам хочет заставить легионеров взбунтоваться. Он это нарочно делает. Разве вы не понимаете? Он всех убьет, станет офицером и богатым человеком. Он всех убьет. Всех! Всех! – кричал он, дрожа и захлебываясь.

– Кто рассказал Лежону про этот знаменитый бриллиант? – спросил Майкл.

– Болдини, – ответил Болидар. – Как только вы прибыли, он рассказал ему, что вы знаменитая шайка лондонских воров и бежали от английской полиции в легион. Они сговорились вместе с Гунтайо и Готто добыть этот камень…

– И послали тебя украсть его в Сиди-Бель-Аббесе? Так? – спросил Майкл, но Болидар яростно опроверг это недостойное предположение.

– Мы уклоняемся от дела, – вновь прервал его Майкл. – Что же нам, собственно, делать? Дезертировать, конечно, нет смысла. Может быть, нам удалось бы убедить милейшего Лежона, что никаких бриллиантов в Зиндернефе нет?

– Сделать вид, что вы спрятали его в Сиди-Бель-Аббесе? – сказал Болидар. – Это мысль.

Майкл рассмеялся.

– Вы в самом деле оставили его в Сиди? – спросил Болидар

– Во всяком случае, здесь у меня никаких бриллиантов нет, – ответил Майкл.

– Вы готовы поклясться Богом, любовью к Пресвятой Деве, верой в небесное провидение?

– Не собираюсь клясться, – ответил Майкл, – я просто даю слово, что бриллиантов у меня нет.

– Боже мой, – зашептал Болидар, – ведь, может быть, он поверит… Я скажу ему, что вы оставили камень в Сиди.

– Говори что хочешь, – сказал Майкл, и Болидар задумался.