Перл Бак – Восточный ветер – Западный ветер (страница 9)
– Нет, – тихо молвила я. – Позвольте мне самой.
– Не волнуйся. Я врач, помнишь?
Однако я не соглашалась. Тогда он внимательно посмотрел мне в глаза и серьезно сказал:
– Гуйлань, я знаю, тебе нелегко пойти на это ради меня. Позволь помочь, насколько в моих силах. Я твой муж.
Не находя больше слов, я сдалась. Он взял мою ногу, бережно снял туфлю, чулок и размотал бинты. На его серьезном лице отразилась печаль.
– Сколько ты выстрадала! – нежно проговорил он. – Какое мучительное детство – и все напрасно!
От его слов у меня на глазах выступили слезы. Муж перечеркнул все мои жертвы, а теперь требовал еще одной!
Когда он омыл мне ступни и наложил более слабую повязку, началась невыносимая пытка. Процесс снятия бинтов был почти столь же болезненным, как само бинтование. Привыкшие к давлению ступни понемногу распрямлялись, и в них снова начала циркулировать кровь.
В течение дня я порой срывала бинты, чтобы перевязать их потуже и таким образом облегчить боль. Однако при мысли о муже и о том, что вечером он обо всем догадается, я дрожащими руками возвращала повязки на место. Единственным облегчением было сидеть, поджав ноги под себя, и раскачиваться вперед-назад.
Теперь меня уже не заботило то, в каком виде я предстану перед мужем. Я перестала следить за собой и больше не смотрелась в зеркало. По ночам глаза у меня опухали от слез, а голос охрип от рыданий, которые рвались из груди. Как ни странно, муж, равнодушный к моей красоте, был тронут моими страданиями. Он утешал меня, как ребенка, и я прижималась к нему, не помня себя от боли.
– Вместе мы справимся, Гуйлань, – говорил он. – Мне больно видеть, как ты мучаешься. Попробуй хотя бы утешиться мыслью, что все это не только ради нас, но и ради других… Мы восстаем против старого и зловредного обычая.
– Нет! – всхлипнула я. – Я делаю это только ради вас. Чтобы вы считали меня современной женщиной.
Муж рассмеялся, и его лицо немного просветлело, совсем как в тот день, когда он разговаривал с нашей гостьей. Ради такого стоило потерпеть боль. С того момента я легче переносила все тяготы.
И действительно, по мере заживления плоти я начала познавать вновь обретенную свободу. У женщин более зрелого возраста бинтование зачастую вызывает некроз, а иногда и потерю ступней. Однако я была молода, и ноги у меня еще не утратили чувствительности. Вскоре мне стало легче ходить, а лестница уже не казалась такой крутой. Не только ноги – все тело окрепло. В один из вечеров я, сама того не сознавая, вбежала в комнату, где муж сидел за столом и что-то писал. Удивленно вскинув глаза, он расплылся в улыбке.
– Ты бегаешь! Что ж, вижу, самое трудное позади.
Я в недоумении посмотрела на свои ноги.
– Но ведь они по-прежнему меньше, чем у госпожи Лю.
– Да, и такими останутся, – подтвердил супруг. – Ее ступни развивались естественным образом, а твои мы не в состоянии сделать больше.
Я немного расстроилась, что у меня никогда не будет таких ног, как у нее. Но я нашла выход. Поскольку теперь все вышитые туфли стали мне малы, я решила купить кожаные, как у госпожи Лю. На следующий день я в сопровождении служанки пошла в магазин и вернулась с туфлями нужного мне размера. Они были на два дюйма длиннее стоп, так что пришлось набить кончик ватой. Зато, когда я их надевала, никто не догадался бы, что раньше я бинтовала ноги.
Мне не терпелось показать их госпоже Лю, и я спросила у мужа, когда смогу нанести ей ответный визит.
– Завтра. Я пойду с тобой, – ответил он.
Я немало смутилась. Он хочет сопровождать меня на улице? Это ведь не совсем прилично… Однако я уже начала привыкать к его странным поступкам.
Итак, на следующий день мы отправились в гости. В присутствии хозяйки дома муж обращался со мной очень любезно. Правда, несколько раз он привел меня в сильное замешательство, например, когда пропустил вперед в комнату, где находилась госпожа Лю. Уже после возвращения домой он объяснил, что таков западный обычай.
– Но почему? Не потому ли, что женщины на Западе, как я слышала, во всем превосходят мужчин?
– Нет, не поэтому.
Дело в проявлении вежливости, объяснил он, так повелось с древних времен.
Его слова меня чрезвычайно удивили. Я и не подозревала о существовании древних цивилизованных народов, кроме нашего. Оказывается, у иностранцев тоже есть своя история и культура, и они не совсем варвары. Муж обещал почитать мне о них.
Вечером я легла спать с легким сердцем. До чего приятно стать чуточку современнее! И дело не только в кожаных туфлях. Без румян на лице и украшений в волосах я выглядела совсем как госпожа Лю. Уверена, супруг тоже это заметил.
С того момента, как я приняла решение измениться, передо мной словно распахнулась новая жизнь. Муж начал разговаривать со мной по вечерам, и я нахожу беседы с ним очень увлекательными. Он знает все на свете! А какие диковинные вещи рассказывает о далеких странах и их обитателях!
Мое удивление изрядно его забавляет.
– Они считают нас не менее странными.
– Как! – воскликнула я, изумившись еще сильнее. – Они считают нас странными?
– Конечно, – со смехом ответил муж. – Послушала бы ты их! Они потешаются над нашими обычаями, нашей внешностью, нашей едой и всем, что мы делаем. Им и в голову не приходит считать нас такими же людьми, как они сами.
Услышанное меня поразило. Поразительно! Они считают свою манеру одеваться, свой внешний вид и поведение достойными человека?
– Мы испокон веков придерживаемся обычаев, – возразила я. – И всегда выглядели так: черные волосы, глаза…
– И они тоже! Вот в чем вся штука!
– Я думала, они приезжают сюда, чтобы приобщиться к культуре. Так говорит моя мать.
– Она заблуждается. Скорее наоборот: они приезжают с намерением окультурить
Все, о чем говорил муж, было крайне занимательным и полным новизны. Мне никогда не надоедало слушать его рассказы об иностранцах, и прежде всего – об их чудесных изобретениях: кранах, из которых – стоит повернуть ручку – льется горячая или холодная вода, и печах, работающих на невидимом топливе. «Водопровод» и «отопление» – вот как они называются. А еще поразительные истории о машинах, которые передвигаются по воде и под водой (не говоря уже о тех, что летают по воздуху), и других подобных чудесах!
– Вы уверены, что дело не в волшебстве? – с тревогой спросила я. – В старинных книгах говорится о магических трюках с огнем, водой и землей, но их всегда совершают феи.
– Нет, магия тут ни при чем, – ответил супруг. – Все достаточно просто, если понимаешь принцип действия. Это наука.
Опять наука! Я невольно вспомнила о брате. Он до сих пор живет в чужой стране, ест незнакомую пищу и пьет воду, к которой его организм не привык с рождения, – и все ради науки! Мне стало очень любопытно посмотреть на эту науку и узнать, как она выглядит. Когда я сказала об этом мужу, он громко рассмеялся.
– Какой ты ребенок! – воскликнул он, поддразнивая меня. – Наука не вещь, которую можно взять в руки, потрогать или рассмотреть, как игрушку.
Затем, видя, что я ничего не понимаю из его слов, он подошел к книжному шкафу, взял несколько томов с картинками на страницах и начал мне подробно объяснять.
С тех пор он каждый вечер понемногу обучает меня науке. Неудивительно, что брат, увлекшись ею, отправился за Тихий океан вопреки материнской воле. Я и сама была очарована и начала чувствовать, как становлюсь мудрее. В конце концов мне захотелось с кем-нибудь поделиться, и я, за неимением никого другого, обратилась к нашей старой кухарке.
– Ты знаешь, что земля круглая, а наша великая страна находится не в центре мироздания, а вместе с другими странами занимает участок суши, окруженный водой?
Она промывала рис в маленьком пруду во дворе кухни. Прервав занятие, женщина недоверчиво взглянула на меня.
– Кто так говорит?
Очевидно, мои слова ее не слишком убедили.
– Наш господин, – твердо ответила я. – Теперь ты мне веришь?
– Ох, – с сомнением откликнулась кухарка. – Он, конечно, человек образованный… И все-таки с одного взгляда понятно, что земля не круглая. Стоит хотя бы подняться на вершину пагоды на холме Полярной звезды, и увидишь, что земля со всеми озерами и реками на тысячу миль вокруг плоская, как пленка на поверхности кипяченого молока. За исключением гор, которые уж точно не назовешь круглыми! А что касается нашей страны, то она непременно расположена в центре, иначе с чего бы древним мудрецам называть ее Срединным государством?
– Более того, – с нетерпением продолжила я, – земля настолько велика, что путешествие на другую сторону занимает целый месяц, и когда здесь темно, там светит солнце.
– Вот вы и ошиблись, госпожа! – торжествующе воскликнула кухарка. – Если путь в дальние страны занимает месяц, то как солнце успевает добраться туда за час, когда оно тратит целый день на короткое расстояние между Пурпурной горой и Западными холмами?
И она снова принялась трясти корзинку с рисом в воде.
Я, конечно, не могла винить ее в невежестве, ибо из всех удивительных рассказов моего мужа самым чудным открытием для меня стало то, что у западных народов есть те же три великих небесных светила: солнце, луна и звезды. Я всегда верила, что Паньгу, бог-творец, создал их для китайцев. Но мой муж мудрый человек. Он знает все и говорит правду.