Пенелопа Дуглас – Пламя (страница 67)
– Я забыла! – закричала она, развернувшись. – Пошел ты, студент.
Мои глаза округлились, я запустил пальцы в волосы и сжал их. Господи Иисусе! В чем моя ошибка? Кэт сама позвонила.
Она двинулась обратно в гараж. На ее обтягивающих голубых джинсах живого места не осталось, руки были до локтей покрыты пятнами машинного масла, а темно-серая футболка спадала с плеча, обнажив кожу. Я не до конца понимал, что чувствовал: злость, возбуждение или все сразу. Каждая мышца моего тела пылала и напряглась, будто окаменев. Все до единой.
Бросившись следом, я схватил Кэт за руку, развернул ее, забросил себе на плечо и обхватил бедра руками. Она взвизгнула:
– Что ты делаешь? – Ее черная бейсболка упала на землю, кончики темных волос колыхались на уровне моей талии.
– Не знаю, но это весело, – ответил я. – Могу держать тебя так всю ночь. Вообще-то, мне даже нравится.
– Отпусти меня!
– Еще чего.
– Джейс! – снова возразила девушка.
По-моему, я не представлялся. Однако потом вспомнил, что написал свое имя и номер сотового на обратной стороне визитки.
Я стоял на месте, будто в ожидании гребаного автобуса, предоставив ей шанс успокоиться и перестать вести себя как ребенок.
– Если честно, становится тяжеловато, – проворчал я, слегка ее встряхнув. – Может, если тебя раздеть, будет легче? Ты «за», принцесса трейлер-парка?
– Не называй меня так.
– Тогда перестань называть меня студентом.
Девушка попыталась высвободиться из моей хватки, из-за чего я чуть не потерял равновесие.
– Пожалуйста! – выкрикнула Кэт.
Когда я не поддался, ее дыхание замедлилось, и она наконец-то произнесла нормальным тоном:
– Джейс. – Мои пальцы крепче сжались; мне нравилось слышать свое имя из уст этой девушки. – Я разрешу тебе подвезти меня домой, ладно?
Ладно. Но я все равно ее не отпустил. Вместо этого отнес к машине, чтобы она не сбежала. Сзади раздался ее тихий рык; Кэт поняла, что я не доверяю ей.
Она вызвала меня в такую даль, втянула в свои проблемы. Я отвезу ее домой целой и невредимой. Поставив девушку на ноги, открыл дверь и помог ей забраться в салон. Точнее, Кэт плюхнулась на сиденье, надувшись. Ну, по крайней мере, она была в машине. Я направился к водительской двери, тоже сел, пристегнул ремень безопасности и завел мотор.
– Кто эти парни? – спросил, включив фары, и вырулил на темную дорогу.
– Неважно.
Вскинув бровь, я повернулся к ней.
– Я задал тебе вопрос. – Мне пришлось раскошелиться на четыре сотни долларов, чтобы уберечь ее от неприятностей – понятия не имею, что Кэт сделала с деньгами, которые получила от меня на прошлой неделе, – но она могла хотя бы ответить.
– Дилеры, – наконец произнесла девушка. – Мой бывший задолжал им, поэтому они решили потрясти меня в попытке найти его.
– Ты знаешь, где он?
– Всегда где-нибудь поблизости.
Покачав головой, я перевел взгляд на дорогу. Дилеры. Она говорила так, словно это совершенно нормальная ситуация.
Что бы сделали те парни, не окажись меня рядом? А вдруг они заявятся к ней домой, пока ее сын будет там? Кэт хотела растить его в подобном окружении? Среди долбаных неудачников, мусора и разборок…
Я сжал руль с такой силой, что услышал скрип кожаной обивки.
– Ты – ходячая катастрофа, – заявил едва слышно. – Как, черт возьми, можно жить в таких условиях?
Боковым зрением я заметил, как она повернулась ко мне.
– Ты меня не знаешь. Не забывай об этом.
После этого Кэт надела свою бейсболку и сложила руки на груди.
Мы сидели в тишине. Устремив взгляд вперед на белую разметку, мелькавшую посреди дороги, я задумался о своих действиях. Она права. Я не имел права судить ее. Реальность Кэт кардинально отличается от моей. В моем распоряжении деньги, образование и опыт, постоянно напоминающий, насколько огромен мир. А она еще подросток. И ей, вероятно, придется до конца своих дней преодолевать всевозможные тяготы.
Однако… вопреки различиям случай свел нас вместе, так ведь? Девушка обратилась ко мне за помощью, несмотря на наше непродолжительное знакомство. Вряд ли Кэт когда-нибудь в этом признается, но она не сомневалась, что я приеду. Я же помчался ей на выручку посреди ночи, потому что никакие деньги, образование или опыт не купят тех чувств, которые Кэт пробуждала во мне.
– Ошибаешься, прекрасно тебя понимаю, – признался я. – Ведь в моей жизни творится такая же неразбериха.
Я чувствовал ее взгляд на себе и гадал, что она обо мне думает. Считает заносчивым богачом, желающим воспользоваться ею, или идиотом, которого может развести на деньги, чтобы прокормить своего ребенка?
Или Кэт чувствовала мое присутствие каждым миллиметром кожи, как я чувствовал ее? Занимал ли я ее мысли всю неделю? Потому что она не выходила у меня из головы.
Заметив, как девушка взяла что-то с центральной консоли, я оглянулся и увидел, как она открыла мой бумажник.
– Ты прав, – сказала Кэт, достав фотографию моего сына. – Они, похоже, ровесники. – Убрав снимок, она положила кошелек обратно. – Когда-нибудь… наши дети повзрослеют, у них появятся собственные проблемы, и все это закончится. – Кэт запрокинула голову назад. – Порой я молюсь, чтобы время пролетело быстрее, знаешь? Хочется перемотать жизнь вперед, к сорока годам. Надеюсь, тогда трудности останутся позади.
Я кивнул.
– Как будто происходящее сейчас – лишь предисловие к чему-то лучшему.
– Да. – Ее голос прозвучал тихо и нежно. – Мы разберемся в себе, найдем свой путь и будем с радостью ждать завтрашнего дня…
Ее слова повисли в воздухе, пока я ехал дальше.
Она знала, точно понимала мои чувства, ведь мы были не такими уж и разными.
Свернув в сторону города, я направился к ее дому. Судя по всему, Кэт не показалось странным, что я знаю, где она живет. Начал моросить дождь; я включил дворники и сбавил скорость.
– Почему ты вышла за него замуж?
Девушка глубоко вздохнула, однако вопрос ее не рассердил.
– Думала, он изменится. В редкие моменты искренности ему удавалось убедить меня в своей любви. Если бы я прислушивалась внимательнее, то поняла бы, что он просто хотел обобрать меня до нитки. Готовка, уборка, моя зарплата в мастерской, секс… – она умолкла, затем продолжила: – Сейчас мой муж вспоминает о моем существовании, только когда нуждается в деньгах. Он не прикасался ко мне с пятого месяца беременности. Ему больше не нравилось, как выглядело мое тело.
Не удержавшись, я бросил взгляд на гладкую, сияющую кожу ее плеча. У Кэт была красивая фигура. Ее бывший – гребаный идиот.
– Почему ты женился на ней? – тоже поинтересовалась девушка.
Я посмотрел на дорогу, прокладывая путь по ее району.
– Потому что люблю ее, – я сказал правду. – Мы выросли вместе, она из хорошей семьи. Мой отец думал, будет…
– Да, я поняла… – перебила меня Кэт.
Только я сомневался в том, что она понимала. Я действительно любил мать своего сына, но любовь к Мэдди являлась одной из неизменных обыденных составляющих моей жизни. Она никогда не заставляла меня преодолевать преграды, не причиняла боли, не будоражила.
Я не чувствовал голода и дикой страсти. Никогда не тосковал по ней.
Эта любовь просто существовала, как мой дом, работа, машина…
Я остановился перед домом Кэт. В окне гостиной горел небольшой светильник. Остальная часть улицы утопала в темноте. Усилившийся дождь уже заливал лобовое стекло.
Несколько мгновений мы сидели в тишине. Зная, что она хотела что-то сказать, я повернулся к девушке.
Кэт смотрела в окно, не торопясь уходить, и едва слышно спросила:
– Чего ты хочешь от меня?
Я чуть не рассмеялся. Не потому, что вопрос меня позабавил, просто он оказался чересчур заманчивым. Чего я хотел? Ничего. И всего.
– Когда узнаю, обязательно тебе сообщу.