Пенелопа Дуглас – Пламя (страница 65)

Выйдя из-под машины, она бросила инструменты на полку и с нескрываемым нетерпением нажала на кнопку управления, чтобы опустить автоподъемник.

– Мой сын почти его ровесник, – сказал я.

– Он дома с твоей женой?

Мое веселое настроение улетучилось. Я посмотрел девушке в глаза. Она смышленая, стоит отдать ей должное. Неспешно подойдя ближе, я вытащил из кармана ее водительское удостоверение и бросил его на ящик с инструментами, стоявший перед ней.

– Беседа с женщиной, которая не приходится мне женой, – не преступление, – произнес угрожающе. – В отличие от попытки украсть мою машину.

Кэт стояла на месте, пристально глядя на документ с ее именем и адресом. Ее грудь поднималась и опадала, пока она часто и поверхностно дышала. Теперь тебе страшно, не так ли?

– Чего ты хочешь? – спросила девушка.

– А чего я, по-твоему, хочу?

На мгновение у нее перехватило дыхание, затем она повернулась ко мне лицом, стиснув зубы с такой силой, что я заметил, как заиграли ее желваки.

– Извинений, разумеется, – ответил я. Словно никаких других вариантов не было.

– Я хочу, чтобы ты ушел.

– Тогда тебе нужно закончить с моей машиной, – парировал я. Мой взгляд опустился к черному масляному пятну на ее тонкой шее.

Глаза девушки полыхнули яростью. После секундной заминки Кэт открыла капот и продолжила работу. Двинувшись к пассажирской стороне, я прислонился спиной к ящикам с инструментами и скрестил руки на груди.

Я знал, что должен уйти. Она была напугана. Ей и без того жилось несладко.

Просто сядь в машину, поезжай домой и оставь девчонку в покое.

– Что ты собираешься делать? – Кэт склонилась над капотом, заливая свежее масло. – Зачем пришел сюда?

– Давно ты замужем? – спросил я, проигнорировав ее вопрос.

Сглотнув, она быстро ответила:

– Немногим больше года. Но браком это уже не назовешь. Пытаюсь развестись.

– Пытаешься?

– Не твое дело.

Нет, не мое. Однако я сделал его своим.

– Считаешь свой поступок разумным? – произнес с напором. – То, что позволила ему втянуть себя в криминальную деятельность, чтобы он раздобыл деньги на наркоту?

Кэт сердито оглянулась на меня, продолжая опустошать канистру.

– А чем ты лучше? – Ее голос прозвучал жестче. – Не думай, будто я не понимаю, чего ты хочешь. Если бы тебе было важно добиться правосудия, ты бы уже вызвал полицию. – Выпрямившись, она схватила салфетку и вытерла руки. – Нет, ты решил, что я уязвима, и планируешь этим воспользоваться.

Ничего подобного. Я не пытался использовать ее. Черт, зачем же тогда приехал в мастерскую?

– Разве не так? – дразнящим тоном спросила Кэт, медленно приближаясь. – Тебя это заводит… девка из грязного трейлерного парка? Думаешь, я буду дикой, да? – Она остановилась передо мной, коснувшись грудью моих сложенных рук, и прильнула так близко, что я ощутил тепло, исходящее от ее тела. Голос девушки стал тише, сексуальнее. – Ты ведь об этом думал? На церковной службе в воскресенье, целомудренно целуя свою приличную жену в щеку, – Кэт слегка улыбнулась, – ты думал о моей заднице. О том, какой грязной и развратной я окажусь, как приятно тебе будет со мной…

Мое дыхание участилось. Я смотрел на ее полную нижнюю губу, чувствуя, что внезапно обрек себя на проблемы.

Она облизала губы, прильнув еще ближе, и прошептала:

– Жалкий, гребаный студент. Тебе никогда не справиться с этой задницей.

Девушка провокационно качнула бедрами, невесомо дотронувшись до меня. Неровно дыша, я испустил стон. От этого контакта мое тело взбунтовалось, вспыхнув и затвердев от нужды.

С ухмылкой на лице Кэт неторопливо отстранилась, прекрасно зная, что со мной сделала. За образом стойкой маленькой хулиганки таилась сексапильная соблазнительница, твою мать.

И она только что бросила мне вызов.

Убрав пустую канистру из-под машинного масла, она вставила щуп обратно и захлопнула капот.

– Ключи в зажигании. – Девушка обернулась. Ее глаза до сих пор злорадно сияли.

Не отводя от нее взгляда, вновь достал из кармана пиджака бумажник, вынул оттуда визитку и положил на стойку.

– Звони в любой момент, когда будешь готова извиниться.

Пожалуйста, не потеряй ее.

И, пожалуйста, не воспользуйся ею.

Глава 3

– Ух, ого. – Положив книгу на кровать, Дилан поворачивается ко мне с широко распахнутыми глазами. – Это было горячо. Как думаешь, что случится, когда он снова с ней встретится?

Она хихикает и перелистывает страницу, но я выхватываю роман у нее из рук.

– Ты ведь не всерьез? Главный герой – просто гад.

– Нет, – возражает Дилан и тянется за книгой, – он замечательный.

– Без разницы. – Я смеюсь, переворачиваюсь на спину и поднимаю руку, уклоняясь от племянницы. – Он пытается заплатить ей за секс.

– Нет, не пытается.

– К чему тогда все те деньги? – напоминаю ей.

Дилан пожимает плечами и опять пробует забрать роман.

– Он знает, что она в них нуждается. Мне все равно. Я хочу узнать, что произойдет дальше!

Обняв и прижав книгу к себе, я смеюсь, когда она начинает ее дергать.

– Ой, да ладно тебе. – Сдавшись, Дилан дуется, затем ложится на спину рядом со мной. – Представь, если бы на его месте оказался Лукас и ты… меняла бы ему масло.

Я закатываю глаза и бормочу:

– Заткнись.

Естественно, она не умолкает, перевернувшись на бок, подпирает голову рукой и смотрит на меня.

– Одни, ночью в автомастерской, – дразнит девушка. Ее голос звучит знойно и игриво. – Мужчина постарше в сексуальном костюме, опытный…

Внутренности в животе переворачиваются; я не могу остановить образ, возникший в мыслях. Лукас… видит меня впервые через много лет… и все меняется.

– Представь, он смотрит на тебя так же, как Джейс смотрел на Кэт, – говорит Дилан. – Словно ты женщина, и он хочет того, чего мужчина может хотеть от женщины, потому что его тело пылает. Ему необходимо дотронуться до тебя.

Взгляд Лукаса скользит по мне, будто внезапно не в силах остановиться. Весь воздух покидает мои легкие от одной мысли о его потемневших из-за желания глазах. Он смотрит на меня собственнически, подобно взгляду Джейса на Кэт.

Под кожей пробегают электрические разряды, но я встряхиваю головой, разгоняя мечты о Лукасе.

Джейс и Кэт. Моих родителей Джейсона и Кэтрин вполне могли называть такими же именами в другой жизни.

Однако я редко слышала, чтобы к моему отцу обращались как к «Джейсону», не говоря уже о чем-то столь неформальном вроде Джейса. Он «папа» – для меня и Мэдока, «Джейсон» – только для моей мамы, для всех остальных – «мистер Карутерс».

– Ага, ну, я не такая, как Кэт.

– Какая?

– Горячая. – Я вздыхаю. – Во мне нет ничего сексуального. Я всего лишь милая, добрая и скучная.

Дилан падает на кровать, и мы обе смотрим в потолок.