Пенелопа Дуглас – Невыносимая шестерка Тристы (страница 116)
Он сидит там, ссутулившись и расставив колени, наблюдая, как будто это шоу, и он не находится в меньшинстве.
— Это было горячо, — обращается он к Клэй.
Его глаза сверкают, когда Даллас движется позади него, и я наблюдаю, как мой брат смотрит на него сверху вниз. По его взгляду нельзя понять, о чем он думает.
Клэй встает перед ним, все еще держа нож в руке.
— Ты правда хочешь это сделать? — спрашивает Каллум. — Угрожай сколько хочешь. Пообещай, что утопишь меня в болотах с аллигаторами. Мы оба знаем, все, что можешь сделать ты, могу сделать и я.
Я опускаю взгляд на телефон, медленно провожу по экрану пальцем.
— Ты так и не научилась, да? — спрашивает он. — Вот почему ты всегда выбираешь слабых, Клэй. Ты не сумеешь победить меня, если игровое поле будет равным.
И я нажимаю кнопку
— Ты знала, — раздается голос Каллума из моего телефона, — что сооружение может считаться историческим памятником и не может быть разрушено после того, как ему исполнится сто лет?
Все поворачиваются ко мне, обращая внимание на телефон в моей руке. Каллум с яростью в глазах смотрит на меня.
— И в то время как секс для меня принесет тебе роль Меркуцио, секс со мной принесет тебе встречу с Рэймондом Фитцхью, чтобы протолкнуть твою петицию о защите маяка? И, по сути, твоей земли?
Тело Мэйкона напрягается, Даллас рычит.
— На самом деле, хороший секс со мной гарантирует это.
Я останавливаю запись, вставая рядом с Клэй.
— Игровое поле… — качаю головой и наслаждаюсь тем, как он поджимает губы, и улыбка сходит с его лица — совсем не равно, Каллум.
Чувствую исходящий от Мэйкона жар и практически вижу, как вращаются шестеренки у него голове. Он хочет что-то сделать, но, может, если мне удастся вытащить его сейчас отсюда, я сумею их всех успокоить.
— Не здесь, — шепчу я брату.
В другой раз. В другой день. Где-то, где не будет камер.
Каллум вздергивает подбородок, зная, что сейчас преимущество у меня.
— Убирайтесь отсюда, — наконец произносит он.
Клэй не двигается с места, и я медленно беру ее за руку, мы отступаем.
Но мои братья остаются, Даллас шагает к Каллуму, а Мэйкон, Айрон и Трейс окружают его с обеих сторон.
— Даллас, нет, — предупреждаю я.
Но никто не смотрит на меня, когда говорит Мэйкон.
— Арми, отвези девочек домой. Мы скоро вернемся.
— Мэйкон…
— Сейчас же! — требует Мэйкон, игнорируя меня.
Каллум смеется и качает головой, когда мои братья подходят к нему.
— Четверо против одного. Играете грязно.
— Только ты, — уверяет его Даллас, хрустнув костяшками. — И я. Заходи внутрь.
— А что, если я откажусь?
Даллас закипает и ударяет тыльной стороной ладони по щеке Каллума. Стул Каллума резко опрокидывается, заставляя его упасть на землю.
Я ахаю, когда изо рта Каллума вытекает струйка крови и он приземляется на четвереньки. Придурок хватается за лицо, кровь сочится сквозь пальцы, когда он пристально смотрит на Далласа.
— Чтобы я никогда этого от тебя не слышал, — выплевывает Даллас. — Попробуй. И увидишь, что случится потом.
И впервые, как бы ни волновалась, я не могу сдержать улыбку. Приятно видеть, как Каллум истекает кровью.
— Заходи внутрь, — повторяет Даллас.
Каллум слегка дрожит, но, когда он поднимается, его взгляд становится твердым, а челюсть сжимается. Я жду, что он будет сопротивляться, скажет моему брату «нет», но он этого не делает. С легкой улыбкой, изогнувшей уголок его рта, он наконец-то поворачивается и направляется к зданию клуба.
Даллас идет за ним.
— Следи за дверьми, — просит он Мэйкона, Айрона и Трейса.
Арми оттягивает меня и Клэй, пока я наблюдаю, как брат исчезает в клубе с Каллумом.
— Останови их, — призываю я Арми, пока мы уходим.
Но он лишь усмехается.
— Ты под кайфом, что ли? Да ни за что.
Мэйкон, Айрон и Трейс задерживаются за дверью, наблюдая, как Даллас дает Каллуму все, чего он заслуживает, и даже больше.
— Ты уверена, что в порядке? — Клэй берет меня за руку, как только мы отходим. — Они не…
— Я буду в порядке, — я целую ее.
— Видео у нас, — говорит Арми. — Хочешь, чтобы я его стер?
Я поднимаю взгляд на брата, понимая, что, когда Клэй позвонила, он понял, куда меня увезли.
— Видео? Какое видео? — спрашивает Клэй.
— С камер, — объясняю я. — О том, что Каллум говорил в «Мариетте». Насчет проникновения. Он дал мне ключ от Фокс Хилл. Если бы я развлеклась там с их проституткой, он бы вел себя хорошо. Отдал бы мне свою роль в пьесе.
— И ты согласилась на это?
— Конечно, нет. — Я беру ее за руку, пытаясь успокоить. — Этого бы никогда не произошло. Мои братья воспользовались этим ключом, чтобы расставить камеры по всему зданию. Теперь мы можем накопить достаточно секретов и видеоматериалов, чтобы держать Сент-Кармен подальше от нас. Каллум продолжит устраивать вечеринки. И я уверена, что это даже не самое худшее из того, что там происходит.
— Но ты получила роль?
— Да, черт возьми. Он пытался лишить меня достоинства, — резко отвечаю я. — Много раз за последние четыре года, Клэй.
Она закрывает рот, ее взгляд смягчается, и я уверена, она понимает, что все эти годы делала то же самое. Комментарии, взгляды, ехидные улыбки.
Но она берет меня сзади за шею и прижимается своим лбом к моему, закрывая глаза, и я больше ничего этого не вижу. Все, что я вижу перед собой, это мой любимый человек во всем мире.
Через мгновение я смотрю на Арми, совсем не уверенная в том, что когда-нибудь рискну посмотреть, что могло случиться со мной в той комнате, но это первый козырь в нашем рукаве. Мы не можем удалить его.
— Оставь видео, — решаю я.
Снова беру ее за руку, и мы садимся в один из фургонов.
— Мы должны, по крайней мере, арестовать Майло, — говорит Клэй.
— Ты знаешь, что закон будет защищать его, — возражаю я. — Мы закончим здесь, и, надеюсь, так оно и останется. Для нас секреты — лучшее оружие.
— А если нет… — добавляет она, бросая нож на приборную панель.
Я просто смеюсь, забираясь в кабину следом за ней.
— Ты действительно собираешься утопить его в болоте, надев на него пару цементных галош? — поддразнивающим тоном спрашиваю я.