Пенелопа Дуглас – Испорченный (страница 66)

Мои колени подогнулись, и я сломалась. Рыдая, запустила руки в волосы и впилась пальцами в кожу, ощутив укол боли.

– Майкл! – не сдерживаясь больше, позвала я.

– Майкл? – кто-то повторил за мной.

А затем другой голос пропел:

– Майкл, где тыыыыы?

– Маааайкл! – раздался третий голос, и они эхом разнеслись по холлу, вверх по лестнице, отражаясь от стен.

– Сомневаюсь, что он придет!

– О, он уже здесь! – с издевкой сообщил Уилл.

– Остановитесь! – Я взорвалась гневом. – За что вы так со мной?

Чья-то голова уткнулась мне в ухо, отчего я дернулась.

– Расплата, – резко прошептал он.

– Маленькая месть, – добавил Уилл.

– Искупление за отбытый в тюрьме срок, – закончил Кай.

Слезы катились по моему лицу. О чем они говорят?

Где Майкл?

Внезапно кто-то схватил меня за бедра и прижал к себе, обхватив руками талию.

– Ты принадлежишь нам, Рика, – выдохнул он мне в ухо. – Вот, что сейчас происходит.

Мои глаза округлились, в животе полыхнуло пламя, и отчаяние зародилось глубоко в душе.

Этот голос принадлежал Майклу. Нет.

– Теперь ты собственность Всадников, – произнес Кай, – и если хочешь получать деньги на еду, то будешь так же любезна с нами, как была с Майклом в прошлые выходные.

– Он сказал, ты сносно трахаешься, – встрял Дэймон, – но мы доведем тебя до надлежащего уровня.

– Только придется потренироваться! – предупредил Уилл, в его голосе звучало предвкушение.

– Но тебе не понравится, – прорычал Кай сбоку. – Я тебе обещаю.

– А если захочешь получить деньги на колледж… или на аренду квартиры… – пригрозил Дэймон, – тогда тебе лучше быть особенно услужливой.

Я согнулась пополам, ощутив тошноту. Мне хотелось упасть.

Какого хрена?

– Эй, а что мы будем делать, когда она нам надоест? – спросил Уилл у кого-то справа. – Мы не можем платить ей ни за что, верно?

– Нет, конечно.

– Полагаю, мы могли бы пустить ее по рукам, – предложил Уилл. – У нас есть друзья.

– Черт, да, – вставил свое замечание Дэймон. – Моему отцу нравятся молоденькие.

– Раньше он отдавал тебе свои «обноски», – пошутил Кай. – Теперь ты можешь отплатить ему тем же.

Руки Майкла крепче сжались вокруг моей талии, меня едва не вывернуло наизнанку. Я постаралась напрячь мышцы живота, чтобы сдержать рвоту.

Подняв руку, я ухватилась за рукоятку кинжала.

– Ну же, Рика, – зарычал кто-то, схватив меня за запястья.

Я вскрикнула, когда меня с силой бросили на пол. От удара плечом о твердый мрамор у меня дыхание перехватило.

– Дэймон! – услышала я низкий рык.

Мое лицо было мокрым от слез; босые ноги скользили по полу. Кашляя и отплевываясь, я с трудом постаралась перевернуться.

Но на меня сверху навалилось огромное тело. Я начала ерзать в попытке отпихнуть его от себя и отползти в сторону.

Только он оказался сильнее. Его рот накрыл мою шею, рука проскользнула под задницу, и он вжался в меня.

– Ты знала, что это когда-нибудь случится между нами, – выдохнул Дэймон, прикусив мочку моего уха, одновременно пытаясь раздвинуть мои ноги другой рукой. – Откройся, детка.

Я закричала до боли в горле, что было мочи.

Вскинув руку вверх, схватила кинжал, сорвала его с предплечья и вонзила Дэймону в бок.

– Ох, черт! – взвыл он, мгновенно убрав руки и отпрянув назад. – Дерьмо! Твою мать! Она порезала меня!

Работая руками и ногами так быстро, как только могла, я отползла от него как можно дальше. Мои пальцы разжались, и кинжал выпал на пол. Рубашка сползла с плеч, и я осталась в одной майке. Перевернувшись, я поднялась на ноги.

И побежала.

Без оглядки, ни секунды не раздумывая. Я промчалась через весь дом, ворвалась в зимний сад, распахнула двери и выскочила на улицу. Сердце громыхало с такой силой, что в груди защемило. Я чувствовала на себе чей-то взгляд, пока бежала по траве через двор, мимо деревьев.

Рубашка пропиталась чем-то влажным. Я знала, что это была кровь.

Капли дождя моросили по коже, ноги скользили в мокрой траве. Я пару раз упала на колени, не имея ни малейшего представления о том, куда я направлялась.

Моей матери грозила опасность, у меня не было денег. К кому мне обращаться за помощью?

Впереди замаячил садовый домик. Я сбавила скорость; внезапно нахлынувшее чувство отчаяния лишило меня последних сил.

Моя мама.

Эти четверо обладали бесчисленным запасом денег и власти, чтобы замять этот инцидент. На сей раз не останется никаких видео, доказывающих их вину. Всадников не арестуют.

Я никогда не найду свою маму. Никогда не верну все, что мне оставил папа. Майклу было плевать на отца и Тревора. Когда они вернутся домой, он не станет их слушать, и к тому времени, возможно, будет уже поздно спасать мою мать.

Мне некуда было пойти. Никто не мог мне помочь.

Проведя ладонями по лицу, я вытерла слезы, желая заорать от злости.

Что я должна делать? Найти телефон и позвонить Ною? Единственному человеку, с которым я, вероятно, имела шанс связаться?

А потом что? Куда я пойду? Как найду маму?

Мне никто не поможет.

Мне никто не поможет, кроме меня самой. Его слова всплыли в памяти. Ты не жертва, а я не твой спаситель.

Обернувшись, посмотрела на дом и увидела, как внутри постепенно загорался свет.

Однажды я стала одной из них. Однажды я была с ними заодно, ни в чем им не уступала, стояла плечом к плечу. Я не жертва Всадников. И я обратила их внимание на себя. Я научилась сражаться.

Настал мой черед. Я не упрощу им задачу и не сбегу.

Я никогда не сбегу.

Я была создана для этого.

Глава 20

Майкл