Пелем Вудхауз – Весенняя лихорадка. Французские каникулы. Что-то не так (страница 48)
– Да так. Что-то ем, а главное – жду рассвета.
– Рассвета?
– В прозе это значит: «Надеюсь продать роман».
– Ты его и пишешь?
– Что ты! Это статейка. Роман – там, в Америке. Послал такому Клаттербаку.
– Клаттербак? – прикинул маркиз. – Что ж, можно и Клаттербаку! Я вот знал одного Квокенбуша. Кстати, твой отчим, один из мужей твоей любезной мачехи. Ты что, видел этого Клаттербака?
– Нет, мы не знакомы. У нас есть общий приятель. Месяца два назад он передал роман – и ни ответа, ни привета. Видимо, Клаттербак учится читать. А почему ты здесь в это время дня? Ты же на службе.
– Нет, я не служу. Не надо было туда идти. Это большая ошибка.
– Тебя что, выгнали?
– Ну, что ты! Директор чуть не плакал. Но я был тверд.
– Что же ты будешь делать?
– Думал отдохнуть в Сэн-Роке. Там князь Бламон-Шеври. Кстати, Жефф…
– Сколько? – быстро спросил Джефферсон.
– Тысяч десять.
– А пять нельзя?
– Десять как-то лучше.
– Ладно. Бери.
– Спасибо. А ты не знаешь, часом, кого-нибудь богатого?
– Нет, разве что тебя. Зачем он тебе нужен?
– Да вот, зонтичный клуб…
– Что это?
– Тут дело в человеческой природе. Человек по природе не хочет мокнуть, но по той же природе ему лень захватить зонтик. Основываем клуб. Каждый что-то платит и получает значок или повязку. Его застает дождь. Он входит в ближайшую лавочку и получает зонтик. Дождь кончился – отдаешь в другую лавочку. Просто, казалось бы, а какой доход! Миллионы членов…
– Откуда ты их возьмешь?
– В том-то и суть. Нужен начальный капитал. Ах, если бы ты женился!
Джеф вздохнул.
– Я так этого жду!
– Ты хочешь, чтобы я себя продал?
– Естественно.
– А как у тебя, кстати, с душой?
– С душо-ой?! Да у меня такая душа, прямо девать некуда!
– Я бы не назвал тебя романтиком. Маркиз снисходительно помахал рукой.
– В нашем жестоком мире, Жефф, не до романтики. Голова важнее сердца.
– Ты не всегда так думал.
– Это когда я женился на маме? Ну, знаешь! Я был молод и глуп.
– Вот и я молод и глуп. Маркиз забеспокоился.
– Ты что, влюбился в какую-нибудь нищенку?
– Нет-нет. Я вообще молод и глуп, не в частности. Маркиз с облегчением вздохнул.
– А то я уже испугался. С вами, писателями, глаз да глаз… А вообще, никак не пойму, что плохого в богатой невесте. Что-то в тебе от этих Поттеров… такое, прости, мещанское. Чем плох брак по расчету? Один дает знатность, другой – деньги. Нормальное соглашение. Ах, что с тобой спорить! Упрямый, как мул. Вылитая мать. Как заладила – Жефферсонг, и все тут! Помню, сказал я что-то, а она схватила ведро воды и меня облила. Озеро было, а не комната! Помню, кошка взлетела на шкаф, а хвост у нее – во‑от такой. Ты что, не знал? Мокрый хвост значительно больше. Да-да. – И, сообщив это сведение из естественной истории, маркиз удалился.
А Джеф продолжил статью.
Глава IV
Говоря о том, что в Сэн-Роке к концу июля праздник, Джо не ошибалась. Тихий и мирный городок внезапно пробуждался, и все до единого – и жители, и отдыхающие – веселились, как только могли. Кем был святой Рох [46] и за что его канонизировали, не знал почти никто из местных, тем более – из приезжих, но кому это мешает резвиться сутки напролет?
Об этом и думала Кейт, сидя в номере у Джо в отеле «Манифик».
– Ради бога, закройте окна! – застонала она, когда духовой оркестр грянул марш прямо над ухом.
– Мы задохнемся, – отвечала Терри.
– Лучше задохнуться, чем оглохнуть. Они не утихнут до ночи. Я утром выглянула на улицу, и какой-то корсиканский бандит пустил мне в лицо такую штуку… Тещин язык, что ли.
– Наверное, он очень робкий. Боялся познакомиться. Жаль, что тебе это все не нравится!
– А это может нравиться?
– Я вечно себя корю, что вытащила тебя.
– Теперь поздно об этом думать.
Терри вздохнула. Сегодня Кейт была совсем не в духе. День святого Роха выманил на свет худшие ее свойства.
– Может, Ровиль тебе больше подходит…
– Я думаю, меньше.
– Там хоть тише. Ты послушай, какой шум. Интересно, в чем дело? Схожу, посмотрю.
– Ничего подобного! Это опасно. Все с ума посходили. Мне очень не нравится, что Джо ушла.
– О, с ней все в порядке! Она в ресторане с Честером Тоддом.
– Так она и сказала. Что еще за Тодд?
– Ты его видела. Он вчера заходил.
– Меня не было.
– Да, правда. Ну, он приятель Карпентера, у которого та огромная яхта. Они приплыли из Канн.
– Какой он
– Молодой, приятный, богатый. Мозгов немного, но Джо он нравится. Надеюсь, дело выгорит.
Кейт сердито фыркнула.
– Ну и выражения! Охотиться за мужем… Чудовищно! Она еще не договорила, когда вошла Джо, причем такая, что Терри пискнула от восторга.
– Джо-о! Вот это платье!
– Хорошее?