Пелем Вудхауз – Девушка с корабля (страница 37)

– Но кто-то чихал?

– Мне кажется, кто-то чихнул сзади, за вами, – нервно заметила миссис Хайнетт.

– За мной никого нет, – возразила Джэн. Лицо ее приняло загадочное выражение. – О, – продолжала она, – понимаю… – Она подняла ружье и взвела курок. – Ну-ка выходите! – крикнула она. – Выходите из этого вооружения и дайте взглянуть на себя.

– Я сейчас объясню вам все, – проговорил глухой голос, шедший из забрала шлема. – я… Апчхи! – Дым папироски щекотал ноздри Сэма, и он снова расчихался.

– Я буду считать до трех, – заявила Джэн Геббард. – Раз… два…

– Выхожу, выхожу.

– Так-то лучше.

– Я не могу спять с себя этот проклятый шлем!

– Если вы не выйдете сейчас, так я собью его с вас выстрелом.

Сэм предстал перед ними, являя собою странную комбинацию костюмов двух разных эпох. От пола до воротничка это был современный человек, а головой тонул в средних веках.

– Руки вверх, – приказала Джэн Геббард.

– У меня и так руки подняты, – недовольным тоном возразил Сэм, стараясь снять с себя шлем.

– Можете остаться в шляпе, – объявила Джэн, мы не формалисты. Нам важно знать, что вы делали здесь в такой поздний час и где ваши сообщники.

– Меня зовут Марлоу, Самюэль Марлоу!

– А еще как?

– Больше никак. Говорю вам, меня зовут Самюэль Марлоу

– Негодяй! – воскликнул мистер Беннетт, – я знаю его, я запретил ему посещать этот дом.

– По какому праву вы запретили посещать ему мой дом, мистер Беннетт? – ядовито спросила миссис Хайнетт.

– Я снял этот дом у вашего сына…

– Ладно, ладно, – вмешалась опять Джэн Геббард.

– Так вы знаете этого человека?

– Я не знаю его.

– Но вы сказали, что знаете?

– Не хочу знать его, – продолжал мистер Беннетт. – Не желаю! Отказываюсь иметь с ним какое-либо дело.

– Но вы можете удостоверить его личность?

– Если он говорит, что он Самюэль Марлоу, то, вероятно, так оно и есть, – неохотно согласился мистер Беннетт.

– Неужели вы – мой племянник Самюэль? – спросила миссис Хайнетт.

– Да, – ответил Сэм.

– Что же вы делали у меня в доме?

– Я явился сюда, – проговорил Сэм, приподнимая забрало, чтобы легче было говорить, – с визитом…

– В такой поздний час? Вы всегда были легкомысленным мальчиком, Самюэль.

– Я хотел справиться о здоровье бедного Юстеса, так как только что услышал о его болезни.

– Он поправляется, – более дружелюбно ответила Джэн. – Если бы я знала, что вы так любите Юстеса…

– Значит, он здоров? – спросил Сэм.

– Почти. Мы с Юстесом – помолвлены.

– Великолепно! Я не особенно ясно вижу вас сквозь эту дурацкую штуку, но все же мне кажется, что вы как раз подходящая для него девушка. Я уверен, что вы будете с ним счастливы!

– Благодарю вас, мистер Марлоу, я убеждена, что мы будем счастливы.

– Юстес – очень хороший человек.

– Это очень мило с вашей стороны.

– Все это так, – прервала разговор миссис Хайнетт, – но скажите, зачем вы танцевали в сенях и завели оркестрион?

– Перестаньте надоедать ему, – взмолилась Джэн Геббард. – Будьте же человечны. Дайте ему лучше инструмент для вскрывания консервов.

– Ничего подобного я не сделаю, – заявила миссис Хайнетт – Я никогда не любила его и не люблю теперь. Он сам попал в эту глупую историю.

– Но не его же вина, что у него другой размер головы? – заметила Джэн.

– Пусть снимает, как хочет, – возразила миссис Хайнетт.

– Хорошо, – с горечью в голосе промолвил Сэм. – Не стану никогда более злоупотреблять вашим гостеприимством. Надеюсь, что местный кузнец поможет мне снять эту проклятую штуку с головы. Я пришлю вам этот шлем по почте. Спокойной ночи!..

Между тем Билли и Брим пришли в гараж, чтобы пустить в ход машину. Но автомобиль, давно уже прозябавший в бездействии, отказывался работать.

– Должно быть, разряжена батарея, – сказала Билли.

– Хорошо, – ответил Брим.

Билли бросила на него презрительный взгляд. Она подошла к фонарям и зажгла их, а затем снова попробовала пустить в ход мотор, но автоматический двигатель положительно не желал работать.

– Ступайте и поверните ручку, – обратилась Билли к Бриму.

– Хорошо, – ответил он.

– Так вылезайте же.

– Хорошо, – ответил он.

– Покрутите посильней.

– Хорошо, – ответил Брим все тем же беззвучным голосом, не приступая к работе.

Билли выскочила из автомобиля, чтобы завести машину сама.

– Позвольте помочь вам?..

Это говорил не Брим, а какой-то другой странный замогильный голос.

Вынырнувшая из мрака фигура произвела на Брима буквально потрясающее впечатление. Он издал нечеловеческий визг и сделал такое антраша, что, будь он танцором из русского балета, антрепренер несомненно повысил бы ему жалованье.

Билли же, наоборот, приняла предложение благосклонно.

– Очень вам благодарна, – вежливо произнесла она.

В свете головных фонарей автомобиля появилась какая-то странная фигура в средневековом шлеме. На Брима она произвела жуткое впечатление. Он не стал даже всматриваться в нее; точно кошка метнулся он в сторону, вбежал в дом, отворил дверь в свою комнату, запер ее на ключ и возвел перед ней баррикаду из кровати, комода, двух стульев, вешалки для полотенца и трех пар ботинок.

Между тем незнакомец в шлеме взялся за ручку мотора и, сильно повернув ее, заставил загудеть машину.

– Почему это… почему это на вас такой странный головной убор? – с некоторым смущением спросила Билли.

– Потому что я не могу снять его.