Пелем Вудхауз – Билл Завоеватель. Неприметный холостяк. Большие деньги (страница 85)
Джордж тревожно переступил с ноги на ногу.
– Надеюсь, венчания, Феррис, вы одобряете?
– Нет, сэр.
– Отчего же?
– Мне они представляются печальными событиями.
– А вы сами, Феррис, вы женаты?
– Вдовец.
– Разве вы, когда женились, не были счастливы?
– Нет, сэр.
– А миссис Феррис?
– Ей церемония как будто бы доставляла определенное удовольствие, сэр, но скоро все развеялось.
– Чем же вы это объясняете?
– Не могу сказать, сэр.
– Жалко, Феррис, что венчания навевают на вас грусть. Конечно, когда двое людей любят друг друга и намереваются любить вечно…
– Брак, сэр, не способствует длительной любви. Он мумифицирует ее труп.
– Но, Феррис, если б не было браков, что сталось бы с потомством?
– В потомстве, сэр, я не вижу необходимости.
– Вы его не одобряете?
– Вот именно.
Задумчивый и печальный, Джордж отправился на подъездную дорогу перед домом. Он понимал, как сильно упало блаженное состояние души, подвигнувшее его завязать беседу с дворецким. Теперь он отчетливо видел, что беседовать в день венчания с Феррисом – грубейшая ошибка. Феррис – собеседник подходящий, и даже идеальный, в день похорон – резко диссонировал со звоном свадебных колоколов.
Сдержанно, протрезвевшим взглядом Джордж оглядел красивый сад; а оглядывая, наткнулся на приближающегося Сигсби X. Уоддингтона, производившего впечатление человека, услышавшего дурные вести или сделавшего открытие, сорвавшее его планы.
– Тэк, тэк-с! – закричал Сигсби. – Какого такого дьявола этот чертов дворецкий толчется в комнате со свадебными подарками?
– Караулит их.
– И кто это распорядился?
– Я.
– Черт раздери!
И, одарив Джорджа непонятным взглядом, Сигбси исчез. Будь наш жених более расположен анализировать взоры своего будущего тестя, он, пожалуй, разглядел бы в них сильнейшее отвращение. Но не в таком расположении духа пребывал Джордж. Вдобавок, не того сорта человек был Сигсби, чтобы его взоры еще и анализировать; не успевал он скрыться с глаз, как о нем забывали. И Джордж почти немедленно стал забывать о нем. Он еще забывал, когда из-за поворота показался автомобиль и, затормозив рядом с ним, высадил Молли, миссис Уоддингтон и человека с лошадиным лицом. Замена заболевшему, сообразил Джордж по его клерикальному одеянию, священник из Флашинга.
– Молли! – закричал Джордж.
– Вот и мы, мой ангел!
– И мама с вами, – с меньшим пылом добавил Джордж.
– Мама! – совсем уж холодно повторила миссис Уоддингтон.
– А это – его преподобие Гедеон Вулес, – представила священника Молли. – Он нас поженит.
– А это, – адресовалась к священнику миссис Уоддингтон тоном, показавшимся чувствительному уху Джорджа слишком уж виноватым, – наш жених!
Преподобный Гедеон Вулес глянул на Джорджа глазами снулой рыбины. Человеком, брызжущим жизнерадостностью, он жениху не показался. Но в конце концов, когда вы женитесь, то женитесь, и не все ли равно, если священник походит на снулую рыбину?
– Как поживаете? – вяло осведомился Гедеон.
– Превосходно! – откликнулся Джордж. – А вы?
– В преотменном здравии, благодарю.
– Вот и расчудесно! С лодыжками порядок?
Преподобный Гедеон покосился вниз и остался вполне доволен видом этой части нижних конечностей, хотя они и были скрыты белыми носками.
– Да, с ними все в порядке, спасибо.
– А то сейчас столько священников, – пояснил Джордж, – грохаются со стула и растягивают себе лодыжки. А потом передвигаться не могут.
– Нет, я со стула никогда не падал.
– Тогда вы – именно тот человек, которого я искал! Будь все священники вроде вас…
– Не желаете ли стакан молока? – пробудилась к жизни миссис Уоддингтон.
– Нет, благодарю вас, мама, – поблагодарил Джордж.
– Я не вам предлагала, – вскинулась миссис Уоддингтон, – а мистеру Вулесу! Он совершил длинную поездку, и ему, конечно, хочется освежиться.
– Конечно, конечно! – подхватил Джордж. – О чем я только думаю! Да, вам непременно следует подзаправиться, чтобы сохранить силы. А то еще в обморок хлопнетесь посреди церемонии.
– У него будут все основания, – подпустила шпильку миссис Уоддингтон.
И направилась в столовую, где на столике были расставлены легкие закуски, а сам столик украшен присутствием Сигсби. Он потягивал джин с тоником и косился на массивного, непрошибаемого дворецкого. Феррис свадебных подарков не одобрял, но сторожил их зорко и преданно.
– Чего вы тут толчетесь, Феррис? – осведомилась миссис Уоддингтон.
Дворецкий вскинул преданные глаза.
– Охраняю подарки, мадам.
– Кто распорядился?
– Мистер Финч, мадам.
Миссис Уоддингтон метнула гадливый взгляд на Джорджа.
– В этом нет ни малейшей необходимости.
– Слушаюсь, мадам.
– Только слабоумный мог отдать такое распоряжение.
– Именно, мадам.
И дворецкий удалился. Сигсби, проводив его взглядом, печально вздохнул. Вот, теперь Феррис ушел… В комнату сейчас набьется полно народу. Уже начали подкатывать автомобили, и поток свадебных гостей устремился к столику с закусками.
Преподобный Гедеон Вулес, вдумчиво набивая бездну желудка сэндвичами с ветчиной, увлек Джорджа в уголок и попытался познакомиться с ним поближе.
– Мне всегда нравится поболтать немножко перед церемонией с женихом, – поделился он, – так приятно почувствовать, что он, в некотором роде, твой личный друг.
– Очень любезно с вашей стороны, – ответил тронутый Джордж.
– Венчал я недавно во Флашинге молодого человека по имени Миглетт… Клод Р. Миглетт. Вам не знакомо это имя?
– Да нет…