Пегги Эбринг – Темный шкаф моей души. История, которая поможет начать все с чистого листа (страница 9)
– Нет, мне нужно поговорить с тобой. Это очень важно. Я кое-что разузнала. Ты мне врала, и я хочу, чтобы ты сказала зачем.
Мари-Анна нехотя пропустила ее внутрь. Пройдя в гостиную, она попыталась образумить дочь:
– Нэнси, я не понимаю, о чем ты говоришь. Не знаю, что тебе там наговорили, но это все вранье. Я не лгала тебе. Успокойся, не шуми… Не кричи на меня – я все еще твоя мать.
– Ну вот, опять вранье.
Мари-Анна, сбитая с толку таким ответом, чуть слышно пробубнила:
– Но ведь это я твоя мама. Я воспитала тебя. Кто назвал тебе это имя?
– А что? Знакомое, да?
– Эээ… Нет, я просто хочу узнать, кто тебя надоумил. Это какая-то ошибка.
– Единственная ошибка – это то, что я верила тебе все эти годы.
– Успокойся. Нечего так нервничать. От этого никому не лучше.
– Да, не то что от твоего вранья.
Они сели друг напротив друга. Мари-Анна обеспокоенно смотрела на дочь. Нэнси казалась совсем другой. Мари-Анна больше ее не узнавала. Лицо очерствело, а вулкан гнева, готовый взорваться в любой момент, прибавил дочери десяток лет.
– Сегодня я ездила в Мулен, встретилась со священником, который знал мою мать. Он дал мне этот медальон.
Нэнси достала золотой медальон и показала его матери. Мари-Анна встала и подошла ближе, чтобы получше его разглядеть.
– Очень красивый. Неужели он принадлежал твоей биологической матери?
– Да, это ее. А как ты узнала?
– Ну, если его дал священник, разве это не логично? Иначе зачем бы он это сделал?
Нэнси открыла его и показала фотографии внутри.
– Это мои родители.
При виде фотографий Мари-Анна покраснела. Заметив это, Нэнси добавила:
– Уверена, что никогда раньше не видела эту женщину? Кажется, она тебе знакома.
– Нет, я никогда ее не видела. Я ведь уже говорила.
– А где ты меня удочерила?
– Я же сказала: в приюте «Маленькие сестры милосердия».
– То есть ты сама пошла туда и подписала бумаги об удочерении?
– Да, почти. Ты была самая красивая девочка, которую я когда-либо видела. Я сразу поняла, что ты моя, что нам суждено быть вместе.
– Кто дал тебе подписать бумаги? С кем ты разговаривала?
– Боже, да как я вспомню-то. Это было так давно…
– Мама, мне кажется, меня похитили или что-то в этом роде. Отец Филипп сказал, что я исчезла вместе с отцом. Мать годами искала меня и в конце концов умерла от горя.
– Господи! Нет, этого не может быть. Ты уверена? Я ничего не знала…
– Я пропала, когда мне было года три. В каком возрасте ты меня удочерила?
– Говорю же: точно не знаю. Так ты просто пропала? Не было законного удочерения?
– Похоже, меня никто не бросал. Не знаю точно, что произошло и как я исчезла. Неизвестно, был ли это несчастный случай или похищение.
– Какой кошмар! Боже правый, клянусь, я не знала. Да и откуда я могла…
– Но как в приюте узнали, что ты хочешь взять ребенка? Они же не трезвонили в дверь, как продавцы ковров: «Добрый день! Ребеночка не желаете?».
– Это все моя подруга. Она им рассказала. Как ее звали? … Кажется, Мелани Джордан. Мелани убедила их, что я буду хорошей матерью. В этом она не ошиблась.
– У тебя не осталось ее номера?
– Нет, тридцать лет назад я уехала с Барбадоса и больше о ней не слышала. Даже не знаю, жива ли она…
– Очень жаль.
– Прости, с тех пор утекло много воды. Это было так давно.
– А ты не сохранила мою одежду или какие-нибудь украшения?
– Нет, на тебе не было украшений, а одежда была такой изношенной, что я сразу же выкинула ее и купила тебе новую.
– Меня разлучили с моей мамой. Неужели я не плакала, не кричала, не звала ее?
– Нет, ты была очень спокойным ребенком. Редко плакала. Правда, неразговорчивая была. Не то что сейчас.
Пропустив шутку матери мимо ушей, Нэнси продолжила:
– Значит, ничего не показалось тебе странным?
– Нет, иногда ты была грустной и немногословной, но я думала, что это нормально. Ты не сразу ко мне привыкла, но это естественно. Тогда я решила, что это пройдет: нужно только немного времени и много заботы.
– Не верю. Неужели я не хотела к маме?
– Да, кажется, поначалу ты несколько раз звала маму, но я подумала, что речь о сестрах из приюта – возможно, ты приняла за маму одну из сестер, которые за тобой присматривали. Через несколько недель ты успокоилась и привыкла ко мне.
– Подумай хорошенько – может, вспомнишь еще что-нибудь? Любая деталь, любая мелочь.
– Постараюсь вспомнить…
Мари-Анна потерла виски, пытаясь вытащить из глубин памяти факты, которые она изо всех сил старалась забыть, чтобы исполнить свою мечту – стать матерью.
– Нет, прости.
– Ладно. Вспомнишь что-нибудь еще – звони.
– Конечно, милая, – оживленно ответила Мари-Анна, довольная тем, что ей удалось пережить разговор, походивший скорее на променад по раскаленным углям.
– Что ж, продолжу поиски дома. Я поеду.
– Хорошо. Расскажи, если что-то узнаешь. Хотелось бы разобраться во всем этом. Прямо детективный роман какой-то, а?
– Ага. Спокойной ночи, мам, – ласково заключила Нэнси.
– Спокойной ночи, милая.
В этот короткий миг Мари-Анна была на седьмом небе от счастья. В сложившихся обстоятельствах ласковое «мам» было особенно приятно. Одно маленькое слово может сделать человека счастливей всех на свете.
Вернувшись домой, Нэнси решила подвести итоги дня. Что она узнала? Имя матери. Кроме того, открылись некоторые подробности удочерения. Но как объяснить ее исчезновение? Мать, которую она считала виновницей всей этой гнусной истории, в итоге оказалась не при чем. Что теперь? Нужно отправляться на Барбадос. Это единственный выход. Нужно брать отпуск. Боссу это не понравится, но в кои-то веки Нэнси было плевать.
Несмотря на поздний час, она заварила себе чашку чая, села за компьютер и начала поиски, сама не веря в их успех. После двух часов бесплодных скитаний по интернету усталость взяла верх. Она отложила ноутбук и легла спать. Утро вечера мудренее.
Проснулась Нэнси около шести. Даже конец света не мог нарушить ее привычки, поэтому она бодро приступила к обычным утренним делам. Приняв душ и одевшись, она составила расписание на день. Нужно будет позвонить начальнику, чтобы взять отгул, отменить встречу с онкологом и, конечно, забронировать билеты на самолет и гостиницу. Сколько времени займет поездка? Черт его знает. Трех недель отпуска должно хватить. С расписанием было покончено за пару часов: пятизвездочный отель забронирован, билет на самолет куплен, разумеется, в бизнес-классе – «скотовозка», как она любила называть эконом, была ей не по статусу. На следующий день Нэнси вылетела на Барбадос.
Глава 4
Встреча
«Кажущееся обманчиво, а божья благодать подчас идет путями необычными».