Пугающие звуки!
Росаура
Кларнет! Бежим от страха и от муки!
Кларнет
Я, право, так робею,
Что и бежать, наверно, не сумею.
Росаура
А если б и решился,
То между двух огней бы очутился…
В подобном положенье
Полезно вспомнить это выраженье.
Кларнет
Но случай тот с моим…
Росауpа
Неодинаков?
Кларнет
Нет, между двух я очутился мраков.
Росаура
Не огонек ли эта
Полоска бледная слепого света,
Дрожащий луч туманный
Глухой звезды, мерцающий и странный,
Что делает лишь гуще
Темницы мрак, печальный и гнетущий?
Наверно… Отблеск слабый
Мне позволяет (издали хотя бы)
Все ж разглядеть темницу,
Живого трупа мрачную гробницу.
Глазам своим не веря,
Я вижу человека в шкуре зверя,
Звенящего цепями
Под бледным светом в этой темной яме.
Бежать нельзя отсюда:
Давай, Кларнет, послушаем покуда
Его рассказ ужасный.
Створки двери раскрываются; виден Сехизмундо, в цепях, одетый в звериную шкуру. В башне мерцает свет.
Те же и Сехизмундо.
Сехизмундо
О горе, горе мне! О я, несчастный!
Разрешите мои сомненья,
Небеса, и дайте ответ:
Тем, что родился на свет,
Я разве свершил преступленье?
Но все же, по размышленье,
Я мог и сам убедиться,
Что грозная ваша десница
Меня покарать должна:
Ведь худшая в мире вина –
Это на свет родиться.
Все же я знать хочу,
Чтоб не терзаться вечно
(Хоть я признаю, конечно,
Что за рожденье плачу),
За что я свой век влачу,
В вечную тьму погружен?
Я разве один рожден?
Ведь родились и другие…
В чем их права такие,
Каких я небом лишен?
Родится птица, и, богатой
Своей красотой блистая,
Она – лишь ветка живая
Или цветок пернатый,
Когда свой полет крылатый
Мчит в высоту она, 
