Павел Вяч – Сердце рода (страница 11)

Между воротами в решётчатый коридор и ближайшей стеной было минимум метров двадцать, и именно там и образовался бойцовский круг.

То есть можно было спокойно сходить в левое крыло ангара, но мы почему-то двигали в другую сторону.

– Леший, введёшь в курс дела?

– В курс дела? – усмехнулся мужчина. – Три золотых.

– Идёт, – вздохнул я и достал из кармана три золотых монеты.

– Пошли, подойдём вон к тому толстяку, – негромко сообщил Леший, направляясь к настоящему сумоисту, сидящему на крепкой дубовой лавке.

Лавка, хоть и была дубовой, но внушительно прогнулась под весом заключённого.

– Держи, Варлаам, – Леший положил три золотых на край лавки и посмотрел на толстяка. – Отдаю долг.

– Две занимал, – низким голосом отозвался толстяк, скользнув по мне невыразительным взглядом.

– Долг платежом красен, – одними губами улыбнулся мужчина и почесал свою татуировку.

Некоторое время они смотрели друг на друга, после чего толстяк неохотно кивнул.

– Ты закрыл свой долг, Леший.

– Отлично, – кивнул в ответ Леший и направился к виднеющемуся около стены бараку.

– Правило первое, – заговорил мой проводник, стоило нам отойти подальше от остальных заключённых, – не бери здесь в долг. Ни у кого.

– Не вписываться в мутные схемы, – я прикрыл глаза, и принялся цитировать по памяти, – не участвовать в боях, не связываться с зельеварами, не сбегать, татуировку делать только у Ворона, не доверять никому, не показывать боль, не вестись на провокации.

Про Макса я говорить не стал, но и этого хватило за глаза.

Леший замер как вкопанный, после чего с подозрением на меня посмотрел.

– Кто ты такой, Михаил?

– Обычный гимназист, – усмехнулся я.

– Ну-ну, – поморщился Леший, – это я должен был заплатить тебе три золотых, а не ты.

– Расскажешь про местные расклады и инфраструктуру, и будем квиты.

– Договорились, – тут же согласился Леший. – Только сначала займём тебе койку.

– В бараке? – догадался я.

– В бараке, – подтвердил Леший и до самого барака не проронил ни слова.

– Выбирай свою цифру, – сказал мой проводник, стоило нам зайти внутри трёхэтажного помещения.

– В смысле цифру? – переспросил я, разглядывая стену барака, внутренняя часть которого была похожа на пчелиный улей.

– Но самые нижние брать не рекомендую, – тут же предупредил Леший. – Считается зашкваром.

– Что за цифра-то?

– Твой порядковый номер, – терпеливо объяснил Леший. – Огрызок что, не сказал его тебе?

– Огрызок – это тот хорёк-охранник с хлыстом? – усмехнулся я, разглядывая огромную версию японского капсульного отеля.

На расстоянии в один метр друг от друга, в стене находились круглые люки, с намалёванными на них цифрами.

Большая часть люков была закрыта, а открытых было совсем немного. Почти весь первый «этаж», который располагался на уровне колен, и несколько почти под самым потолком.

Между люками к стене крепились стальные лестницы, превращая улей в эдакую стальную решётку.

– И здесь живут? – удивился я.

– Спят, – поправил меня Леший. – Занимай своё койко-место и привяжи себя к ней.

Я не стал переспрашивать, что значит «привяжи», и молча полез наверх.

Поначалу, я хотел поменять своё спальное место на что-нибудь пониже, но после недолгих размышлений, решил, что на самом верху будет безопасней.

Забравшись на последний «этаж», я ловко ввинтился в нору, на люке которой было нарисовано «215» и принюхался.

К удивлению, пахло чистотой.

Внимание! Привязать капсулу № 215 к заключённому по имени Михаил Иванов?

– Привязать, – подтвердил я.

Внимание! Закрыть капсулу для сна?

– Пока не надо, спасибо, – вежливо отказался я и пополз обратно на выход.

Да уж, не позавидую тем заключённым, кто боится высоты, да ещё и замкнутых помещений!

Выбраться из капсулы было тем ещё квестом, но я всё же справился. После чего захлопнул свой люк и ловко спустился вниз.

– Ты в курсе, что здесь есть стела? – поинтересовался я у Лешего.

– Не совсем так, – покачал головой мой проводник. – Пошли, получим полагающийся тебе набор, покажу что где, ну а после ужина я расскажу тебе всё, что знаю.

Специальный острог для Одарённых представлял собой огромный ангар в горах, поделённый на две части.

Если напрячь воображение и посмотреть на него как бы сверху, то наш острог походил на лёгкие.

Причём в левой его части обитали представители Ночного братства, Гильдии убийц, Союз Свободных Воров Великих княжеств и прочие артели и гильдии.

Ну а в правой части отсиживали срок обычные Одарённые, приговорённые Судом к тюремному заключению.

Вся контрабанда и, как выразился Леший, ништяки шли именно с воровской части острога. И тот же самый Варлаам являлся представителем одной из воровских группировок.

Эдакий филиал Воровской гильдии.

Помимо воров в законе, как я мысленно назвал гильдейских, и обычных сидельцев, в остроге существовали ещё несколько группировок.

Самыми мелкими по количеству членов были полицаи – заключённые, работающие на охрану.

Самые мелкие, но самые опасные. Эти ребята, по словам Лешего, сдавали всех и вся только в путь.

Вторая по значению группировка состояла из вояк.

Бывшие военные, осуждённые княжеским воеводой. Обычные вояки содержались в другой тюрьме, а вот Одарённых решили сбагривать сюда.

В третью входили, ни много, ни мало – Инженеры, которых с завидным упорством пытались подмять под себя как Вояки, так и Воры в законе.

Были ещё зельевары, эти варили запрещённые и не очень зелья, включая местную наркоту.

И… дворяне.

Эти и вовсе держались особняком, заняв самый дальний и самый удобный угол амбара.

Вход на их территорию был запрещён, и добрая половина вольников не просто отсиживала срок, а работала на этих аристократов.

Были ещё и другие группировки, банды и товарищества, но они были не так важны.

Обе части ангара были идентичны и состояли из общего зала, столовой, спортивного зала, умывальной, совмещённой с туалетами и душем, и многочисленными мастерскими.