Павел Вяч – Элитная школа «Сигма». Двойная игра (страница 20)
Здоровяк, пропустив мощный удар в челюсть, поплыл и, покачнувшись, отступил к стене. Удар Алекса его дезориентировал, и он не спешил продолжать бой.
Воспользовавшись моментом, я тут же бросилась к Алексу. Он тяжело дышал, на лбу выступили бисеринки пота, а в глазах до сих пор полыхал гнев. Он хватал ртом воздух, не в силах восстановить дыхание, и сам едва держался на ногах.
Потянув его за собой, я уверенно, насколько это было возможно, произнесла:
— Хватит! Пошли отсюда!
Он перевёл взгляд со здоровяка на меня. В его глазах уже не было слепой ярости, только усталость, боль и какая-то… пустота?
— Пойдём, — повторила я уже тише и, с новой силой потянула его за собой в сторону лестницы.
Алекс, к счастью, не стал сопротивляться. Он словно выплеснул все свои силы во время этой дикой драки, и сейчас на смену ярости пришли усталость и опустошение. Мы пошли с ним прочь от этого места, и я, как могла, поддерживала его, пока он, пошатываясь, поднимался по лестнице.
Так мы и дошли до его комнаты.
Зайдя внутрь, я закрыла за нами дверь и только тогда позволила себе выдохнуть.
Алекс же, сев на край кровати, наклонился вперёд и, оперевшись локтями о колени, уткнулся лбом в сложенные вместе ладони.
— Ты в порядке? — протянула я, подходя ближе.
Его кулаки были разбиты, а из одной костяшки даже бежала кровь.
Парень на мой вопрос не ответил, лишь чуть дёрнулся и, не меняя позы, издал саркастический смешок.
Я зашла в ванную, взяла там аптечку и, вернувшись в комнату, присела к нему на кровать.
— Дай хоть посмотрю, — я осторожно отняла его руку от лица. На скуле темнела свежая ссадина, губа снова была разбита, а из носа шла кровь.
Теперь мне стало понятно, откуда у него постоянно появляются эти синяки… Но в такой драке и убить случайно можно…
Пряча страх за маской цинизма, я открыла аптечку и, достав оттуда ватку, протянула ему:
— Вот, возьми. У тебя из носа идёт кровь.
Он посмотрел на меня, на ватку, и, словно не сразу поняв, о чём идёт речь, взял её у меня из рук. Вставив её в нос, он запрокинул голову назад.
Я же достала ватный диск, намочила его перекисью водорода и протянула:
— Тебе надо раны обработать.
Алекс, сидящий с запрокинутой головой, не обратил на мои слова внимания, и тогда я осторожно взяла его руку, готовая к тому, что он тут же её отдёрнет. Но он этого не сделал.
— Потерпи, — предупредила я и осторожно прижала диск к разбитой костяшке.
Алекс недовольно цокнул, но не отстранился. Лишь слегка опустил голову, чтобы посмотреть на меня.
— Не надо было вмешиваться, — хрипло произнёс он. — Могло случайно прилететь.
— Если бы не вмешалась, — покачала головой я, — ты бы его убил.
— Какой там… — Алекс криво усмехнулся. — Он, зараза, живучий.
Я не обратила внимания на его иронию, да и вообще не понимала, как он сейчас может так спокойно… шутить?!
И вообще, что произошло только что внизу? Почему он чуть было не убил человека? И что сейчас с тем парнем?
— Ты ничего не хочешь мне рассказать? — я пристально посмотрела ему в глаза, и он не стал отводить взгляд.
В комнате повисла тишина.
Глава 9
Алекс отдёрнул руку и, выхватив у меня ватный диск, сам приложил его к разбитым костяшкам.
— Что он тебе сказал? — парень посмотрел мне прямо в глаза.
Я думала, вопросы буду задавать я, но Алекс неожиданно уверенно перехватил инициативу.
— Сказал, что ты у него что-то украл, — честно ответила я. — И хотел вернуть это моими руками.
На скулах у Алекса дёрнулись желваки.
— Вот же мразь…
Его пальцы так сжали ватный диск, что на белой поверхности тут же проступило новое пятно крови.
— Если он к тебе ещё хоть раз подойдёт, — процедил Алекс, не сводя с меня взгляда, — я его реально убью.
Не знаю, от чего я больше опешила, от самой фразы или от интонации, с которой он её произнёс.
Неужели, это он из-за меня так печётся? Хотя, нет, сколько раз я уже видела его с разбитыми кулаками… Вряд ли это из-за меня. Значит, дело в той вещи, которую они, видимо, не поделили.
— Ты и вправду у него что-то украл? — едва заметно прищурилась я, игнорируя его предыдущую фразу.
— Нет, — отрезал Алекс. — Я вернул своё.
— А он, видимо, считает иначе? — невольно хмыкнула я. — Поэтому вы постоянно дерётесь?
— Не твоё дело, — скривился Алекс.
— Кажется, уже моё! — вырвалось у меня. — Что это за вещь? Неужели она настолько ценная?
— Не важно ценная она или нет, важно то, что она МОЯ! — последние слова он произнёс особенно жёстко.
А потом устало провёл ладонью по лицу и уже тише добавил:
— И всё, давай закроем тему. Этот урод тебя больше не тронет.
Я промолчала.
Было видно, что тот разговор задел его за живое. Я понимала – продолжать копать дальше не только небезопасно, но ещё и бессмысленно. Алекс не намерен был посвящать меня в свои тайны.
Поэтому я просто опустила взгляд на его руки, потом на раскрытую аптечку.
— Надо перебинтовать, — тихо сказала я, доставая из аптечки уже начатый бинт.
— Не надо.
Ответ прозвучал привычно резко, но в этот раз
Осторожно взяв его руку, я почувствовала, как он едва заметно напрягся, но сопротивляться не стал.
Несколько секунд он смотрел на то, как я аккуратно, слой за слоем оборачивала бинт вокруг его разбитых костяшек так, чтобы не причинить ему лишней боли, а потом отвернулся.
Повисла тишина, прерываемая лишь нашим дыханием, и мне, почему-то, захотелось её развеять.
— У меня в детстве тоже была вещь, которую у меня украли, — неожиданно для самой себя произнесла я.
Алекс повернул голову и посмотрел на меня с лёгким недоумением, будто не сразу понял, что я сказала, но перебивать не стал.
Я осторожно поправила бинт на его руке и продолжила:
— Это была кукла. Звучит, наверное, глупо… но именно с ней у меня были связаны самые счастливые воспоминания из детства.
Я невольно усмехнулась краем губ, хотя внутри неприятно кольнуло от нахлынувшего воспоминания.
— И как-то к нам приехали знакомые родителей со своей дочкой. А потом они уехали… и кукла исчезла, — я провела пальцами по наложенному бинту. — Я сказала об этом родителям, но они ответили, что купят мне другую. А эту, мол, сама где-то потеряла.