Павел Вяч – Элитная школа «Сигма». Будь как они. (страница 26)

На следующий день я была уверена, что Алекс выберет момент и попробует вывести меня на чистую воду. Но уроки шли, а он лишь ограничивался тем, что изредка бросал на меня задумчивые взгляды.

К шестому уроку – это была физкультура, и Алекс на неё не пошёл – я уже было расслабилась, и, как оказалось, зря.

Вот только беда пришла не со стороны Алекса, а со стороны Крис и… Мирона. А началось всё с дурацкой шутки.

Наш физрук, Владимир Иванович Бодров, называл фамилию, дожидался отклика ученика и шёл дальше. И когда очередь почти дошла до меня, Крис громко произнесла:

— Кстати, у нас новенький, Владимир Иванович! Миша Шарлинский!

Кто-то из одноклассников хихикнул, кто-то усмехнулся, ну а я лишь молча закатила глаза. Устраивать разборки на глазах учителя в мои планы не входило.

— Во-первых, Кристина, — Владимир Иванович мазнул по Крис нечитаемым взглядом, — я хорошо вижу и умею читать. Во-вторых, в этом году в вашем классе четыре новеньких, но упомянуть ты решила одного, точнее одну и почему-то только сейчас.

Владимиру Ивановичу было лет сорок, но выглядел он моложе. Высокий, подтянутый, накаченный, в чёрном спортивном костюме – он будто только что вышел с тренировочной площадки, а не из учительской.

Тёмные, коротко подстриженные, волосы, серьёзное лицо с волевым подбородком, голубые глаза. В общем, идеал мужчины.

Да и с чувством юмора, как оказалось, у него всё в порядке.

Владимир Иванович, не дождавшись от Крис ответа, усмехнулся и продолжил идти по списку:

— Мишель Шарлинская!

— Я!

— Итак, ребята, — Владимир Иванович, закончив перекличку, повысил голос, — я сейчас принесу реквизит для ОФП, а вы пока разбейтесь по парам.

Он направился в тренерскую, а Крис и не подумала успокоиться:

— А что, — усмехнулась она, обращаясь к своей компашке, — Михаил Шарлинский! Хорошо звучит!

— Кристофор Одинцов тоже звучит неплохо, — отозвалась я. — Хуже, конечно, чем Колумб, но всё же.

— Ты мою фамилию не трожь, девочка, — улыбка Крис превратилась в оскал.

Какая интересная логика, мою фамилию ей можно трогать, а мне её – нельзя? Ну-ну…

— Я слышала, что дети золотодобытчиков считают себя лучше других, — холодно улыбнулась я. — Но чтоб настолько…

— Ты меня плохо поняла? — недобро прищурилась Крис.

— Честно говоря, есть такая проблема, — кивнула я. — У тебя либо сложности с выражением своих мыслей, либо ты просто привыкла нести всякую чушь.

Крис вспыхнула, но не успела мне ответить, как в нашу перепалку ворвался Мирон.

— Закрой рот, Шарлинская, — грубо бросил он. — Уж кто бы говорил про родителей, но не ты.

Я осеклась и бросила на Мирона испуганный взгляд. Неужели он узнал?!

— Недвижка в Дубае, — продолжил тем временем Мирон, — она же ничего сейчас не стоит! И как твои предки наскребли на твоё обучение?

— Не стоит грубить девушке, Мирон, — спокойно произнёс Костя, дождавшись, когда Мирон закончит говорить. — Да и вообще, не стоит влезать в чужой разговор.

— О, наш олимпиадник очнулся! — расплылся в улыбке Мирон. — У тебя какие-то проблемы?

Костя не ответил, и Мирон недобро прищурился.

— Или ты из тех, кто только болтает и не отвечает за свои поступки?

— Какие громкие слова, — едва заметно улыбнулся Костя. — Скажи, Мирон, чего ты добиваешься? Хочешь подраться? Если да, то мне это не интересно.

— А мне без разницы, что тебе интересно, — Мирон шагнул к Косте. — Пришла пора отвечать за свои слова.

— Как интересно, — мы все, увлёкшись перепалкой, и не заметили появления Владимира Ивановича. — И как вы себе это представляете?

— Да врежу ему пару раз и всё, — самоуверенно заявил Мирон. — У нас же как раз физра, разве нет?

— Во-первых, не физра, а физкультура, — поправил Мирона учитель. — А во-вторых, для занятия боксом у нас есть отдельная секция. Приходите после уроков.

— Хотелось бы решить этот вопрос здесь и сейчас, — кровожадно заявил Мирон. — Давайте проведём демонстрационный поединок?

— В принципе, можно, — задумался Владимир Иванович. — Но ты, Мирон, насколько я знаю, занимаешься фехтованием. Уверен, что хочешь решить вопрос в боксёрских перчатках?

— Если он, — Мирон пренебрежительно кивнул на Костю, — умеет фехтовать, я только за.

Владимир Иванович с интересом посмотрел на Костю, и не рассчитывая получить положительный ответ, но Костя неожиданно кивнул.

— На шпагах или саблях не доводилось, а вот с ножом работать приходилось.

— Да ладно? — удивился физрук. — И где же?

— Друзья сертификат подарили, — смущённо улыбнулся Костя. — Отходил весь месяц.

— На ножах, говоришь, — протянул Владимир Иванович, — а что, это будет интересно. И даже полезно! Так, ребята, встаём в круг, я сейчас принесу тренировочные ножи.

Тренировочные ножи? У физрука в тренерской? Эта школа начинает пугать меня всё больше и больше…

Одноклассники тем временем встали в круг, внутри которого оказался Мирон и Костя. Костя спокойно ждал возвращения Владимира Ивановича, а Мирон, победно улыбаясь, перебрасывался шуточками со своей компашкой.

Я же, поймав взгляд Кости, одними губами произнесла:

— Может, не надо?

В ответ Костя лишь подмигнул.

— Держите! — вернувшийся из тренерской Владимир Иванович протянул парням ножи. — боевая часть резиновая, так что это практически полностью безопасно. Но в лицо бить запрещено. Поняли меня?

— Поняли, — кивнул Костя, а Мирон ограничился коротким кивком.

— Итак, — Владимир Иванович посмотрел на нас. — Почему именно ножевой бой? С одной стороны, дадим ребяткам выпустить пар. С другой, на их примере я научу вас, что делать в такой ситуации.

— Бежать? — фыркнула Ника.

— На самом деле да, — кивнул физрук. — Но что, если бежать некуда?

— Молиться? — пошутил Женя.

— Это успеется, — покачал головой Владимир Иванович. — Главное в такой ситуации – не получить смертельно опасных ран. И как это сделать, мы сейчас с вами и посмотрим.

Я стояла и не могла поверить своим ушам. Неужели Костя с Мироном и вправду будут биться на ножах, а мы будем за этим наблюдать? Это точно элитная школа?

Хотя… уж лучше так, чем драться за школой, как детдомовские пацаны.

— Бить только в корпус, — Владимир Иванович перешёл к объяснению правил. — У каждого изначально по десять жизней. Попадание в корпус – минус три балла. В руку – минус один. Ниже пояса и в голову бить запрещено. Вопросы?

Вопросов не было, и Владимир Иванович скомандовал:

— Начали!

Мирон сразу рванул вперёд и, сделав неожиданный выпад, уколол Костю в живот. Точнее, попытался.

В самый последний момент Костя ловко утёк в сторону и махнул своим ножом по руке Мирона.

— Стоп! — тут же отреагировал учитель. — Мирон минус одно очко! Обратите внимание, ребята. Если у злоумышленника нож, а у вас нет возможности убежать, то нужно использовать для обороны подручные средства, например, сумку, книгу или камень. Или, как вариант, постоянно уклоняться от ударов, уменьшая при этом площадь поражения.

Физрук сделал паузу, давая нам осмыслить услышанное, и продолжил:

— Видели, что сделал Костя? Он повернулся боком и, пропустив выпад Мирона, ударил его по руке. Готовы? — он посмотрел на парней. — Бой!