Павел Волчик – Путь Скорпиона (страница 98)

– А как ты? – спросил он, чувствуя, что знакомая Лемпи, с которой они не один месяц жили под одной крышей, не так уж проста, как казалось.

– Просто чудесно! – всплеснула она руками. – Клиентов хоть отбавляй. Мой нынешний наниматель просто душка. Отменно кормит, защищает от особенно наглых клиентов, предоставил все удобства. И потом: прямо под боком море, а не глухая чаща с комарами. Что может быть лучше?

«Дорога, – неожиданно для себя понял Ахти. – Лучше только нескончаемая дорога».

Лемпи взъерошила ему волосы:

– Так, сладенький, печальными вздохами ты от меня не отделаешься! Лемпи помнит старых друзей! Сейчас я отпрошусь с работы, и мы посидим с тобой за мензуркой в «Розовой бестии».

– Где-где?

Прежде чем Ахти успел хоть что-то возразить, Лемпи уже схватила его под руку. Помахала кому-то в толпе и потащила его в переулок.

Они поплыли вперёд в потоке горожан, то попадая в широкие озёра площадей, то петляя в ручейках улочек, пока не приблизились к зданию с фасадом, покрытым розовой глиной. Стены были усыпаны морскими камушками и ракушками так, что в глазах рябило.

Лемпи плюхнулась за свободный столик под навесом в прохладной тени, посадила Ахти напротив.

– А теперь рассказывай, что с тобой случилось с того момента, как дубогорцы увезли меня из «Мамочкиного приюта». Я хочу знать всё.

Она положила локти на стол, прижала указательные пальцы к губам и впилась в него глазами. К их столику подошла хозяйка корчмы. Судя по её растрёпанной причёске и ярко размалёванному лицу, именно она и была здесь розовой бестией. Правда, довольно-таки добродушной.

– Лемпи, Рыжая Лиска, ты стала приходить по утрам? Осторожно, розовая шипучка даёт в голову! А это кто тут у нас?

Она прищурилась на Ахти, протёрла прямо перед ним стол, подняв при этом облако пудры.

– Лемпи, чтоб тебя! Твои клиенты становятся всё моложе.

Ахти чихнул.

– Это не мой клиент, – хищно улыбнулась Лемпи. – Старый друг. Хватит во всё совать свой нос, Фрона! Просто принеси шипучку и что-нибудь на зубок.

Фрона хмыкнула, подмигнула мальчику и вперевалку понесла своё тучное тело в тень корчмы.

– Сын твой, что ли? – раздался голос из дверного проёма, прежде чем хозяйка скрылась.

Лемпи закатила глаза. Тронула Ахти за руку:

– Ну, давай!

Ахти начал свой рассказ, нескладно, спотыкаясь, как будто всё произошедшее с ним случилось много лет назад, а не прошедшей зимой.

Он начал с того, как ухаживал пару месяцев за Стригунком, как мерно текла их жизнь с Кукушкой и Тойво.

Лемпи нетерпеливо махнула рукой, мол, что дальше.

– А дальше вернулся он, – сказал Ахти.

– Гаспар?

Мальчик кивнул. Лемпи с шумом выдохнула и откинулась на спинку стула. Как всегда бывало, когда она волновалась, она намотала свой рыжий локон на палец и чуть прикусила.

– Вот так дела… Похоже на Чемпиона. Сгинуть, а потом через полгода вернуться.

Фрона принесла запотевший кувшин с розовым вином, в котором резвились весёлые пузырьки, и блюдо с такими же розовыми червячками и половиной лимона.

– Что это? – поморщился Ахти.

– Креветки, дорогой. Очень полезно для… – Она опустила глаза под стол. – Ешь от пуза.

– А устриц или осьминогов нет?

– Чего-чего? – хлопнула глазами Лемпи.

– Неважно, – махнул рукой Ахти. Он был голоден и набрал сразу пригоршню. Не сказать, что ему понравилось, но вполне съедобно.

– Рассказывай, – поёрзала на стуле Лемпи и отхлебнула из мензурки розовой шипучки.

Ахти пил сладковатый сок с пузырьками, его язык становился всё подвижнее и, казалось, сам подбирал слова. Мальчик рассказал о возвращении Гаспара и о том, как вслед за ним пришли чудовища с той стороны реки. Как случился пожар и Ку-Ку выкрикивала свои предсказания. Как погиб Тойво и едва не погиб он сам.

Пузырьки из розового приятно щекотали горло, голову будто обволакивал туман. Ахти рассказал о найденной девочке, о дороге через лес, о погоне и ранении Чемпиона. О Канто и сражении с колдуном на озере. Дойдя до убежища, он внезапно замолчал, думая, а не выболтал ли он лишнего? Но Лемпи… Она же была своей. И ему так хотелось обо всём рассказать кому-то! К этому моменту ему казалось, что он лучший рассказчик на земле, и он продолжил. Быстро, взахлёб, упуская детали. Перескакивая от сражений в руинах города Хато к погоне через Лысые холмы и полной победе кулкури. Он не рассказал почему-то лишь о мече нефилимов, который нашёл в фонтане, и о том, как толкнул колдуна с обрыва.

Ахти замолчал, и перед его внутренним взором отчётливо возникло лицо Ориоля.

– Я смотрю, – кашлянула в кулак Лемпи, – ты с ними успел сродниться?

– С кем? – тряхнул головой Ахти.

– С Бродягами, – слабо улыбнулась Лемпи, рассеянно глядя сквозь толпу.

– Они… Они странные, – выдавил из себя мальчик. – Не такие, как все.

– Это-то в них и привлекает, – проворковала Лемпи. Она посмотрела на него с хитрым прищуром: – Они уже приняли тебя? Ты кулкури?

Ахти поперхнулся шипучкой. Раскашлялся.

– Я? – просипел он, вытирая выступившие слёзы. – Я ещё это… Решаю. Должен выбрать и всё такое.

Лемпи откинулась на спинку стула, расчесала пальцами свои густые рыжие волосы.

– Узнаю старину Ориоля, – усмехнулась она. – Меня когда-то тоже вербовали, но старые привычки, знаешь ли, взяли верх… Ориоль уже рассказал, от чего ты должен отказаться?

Ахти кивнул. Задумчиво посмотрел на пёструю толпу, плывущую по улице:

– Я вспомнил, кто я, Лемпи, и зачем мне нужно было в Тихую Гавань.

– О! – Лемпи закрыла рот ладонью, икнула. – И кто же?

– Сын княгини Фредриики. Я наместник и главный страж Зелёной Пирамиды. По праву крови. Вот так.

Лемпи присвистнула и широко улыбнулась:

– Ты имеешь в виду Пирамиду, которой больше нет, малыш?

Лицо Ахти застыло.

Лемпи внезапно стала серьёзной:

– Это неважно. Если это правда, если право крови докажут, тебя примут с почестями в любом крупном городе Тауруса. Конечно, Зелёную твердыню это не вернёт, но ты можешь поселиться при дворе какого-нибудь местного князька, хотя бы в Афалине, и у тебя будет всё – пропитание, одежда, развлечения… и будущее.

– Будущее?! – перебил её Ахти и вскочил с места. – Развлечения? Лемпи, ты не понимаешь! Эта Чёрная Язва, этот зелёный туман, этот Мероншох, – произнёс он жуткое имя, похожее на колдовской шёпот, – всё это придёт сюда, сожрёт этот город. И другие города тоже.

Лемпи улыбнулась, но улыбка получилась вымученной. Она, конечно, тоже думала об этом. Она ведь жила на окраине Глухолесья и видела, что стало с союзными армиями, и, главное, чувствовала, как и он, присутствие зла.

Ахти показал на толпу:

– Они готовятся к празднику, они пьют и веселятся. Но они не видели, а я видел. Я заходил в этот туман…

Он замолк, разволновался. Лемпи положила ему ладонь на руку, вздохнула, опустила голову и долго так сидела, а потом посмотрела прямо на него.

– Я говорила им, но они только смеялись надо мной, – задумчиво сказала она. – Афалина всегда получала прибыль от моря, а не от столицы. А поставки зерна и муки… Этого добра полно и в Гейзерграде. Прежде они даже называли императора Эрхо «большой блохой». Считали, что Исполина никак им не помогает, лишь сосёт налоги, как кровь. Идиоты! Столица столько лет прикрывала им спину со стороны суши! А они так к этому привыкли, что решили обойтись без неё. В колдунов, вражескую армию и Чёрную Язву здесь не верят, Ахти. Только в чистую прибыль. Афалинцы давно хотели отделиться – и теперь у них настоящий праздник!

Она обвела ненавистным взглядом толпу и добавила:

– Признаюсь, их пример заражает. Мне хорошо здесь, и я не хочу думать о будущем. В этом городе быстро забываешь о той мерзости, что пухнет на северо-востоке. Она кажется дурным сном.

Лемпи осушила мензурку и поморщилась, как будто шипучка потеряла свою сладость.

– Хотя гладышей и нелюдей тут уже видели и не принимают, как и везде, на задней городской стене уже висит несколько тел. – Она передёрнула плечами, как от холода. – Гаспар уже здесь? Ему следует быть осторожным.