Павел Виноградов – Творчество (страница 41)
«Как же ему повезло родиться в Союзе! С его агрессией и наслаждением от реального боя в любой другой стране он давно бы докатился до криминала самого худшего толка. А тут — оценили, направили, воспитали. И всем хорошо. Ну, кроме тех, кто по другую сторону прицела».
Вот-вот, всякий труд у нас в почёте и всем найдётся место в советском обществе. Даже прирождённым головорезам.
Независимо от того, что я думаю о содержании рассказа и внутреннем мире его автора, написан текст неплохо. Начало вообще очень хорошее, «мускулистое». Дальше более вяло. И сцена боя в конце подана довольно скомкано.
Любовная пастораль, неплохо написанная, хотя с несколько бредовой фабулой. Опять лесник — похоже, второй по популярности после шпионов ГГ сборника. Уже в годах, одинокий и мучимый любовной истомой. И дама, по нему воздыхающая и для сближения использующая крайне изощрённый метод: регулярно появляется перед ним в виде купающейся русалки. А он верит и чуть не сходит с ума. Рассказ усложняется любовной линией дочери лесника и юного армянина. Всё кончается хорошо — все переженились. Однако, опять же, причём тут СССР-2? Такое могло случиться и в дебрях Амазонки…
Не очень понятная авантюра неких наёмников в глухих африканских джунглях. «Дикие гуси» попадают в переделку, из которой их спасает парочка бескорыстно трудящихся среди звероподобных аборигенов советских врачей. В столкновении социалистического гуманизма и капиталистического индивидуализма побеждает сами понимаете что. ГГ — наймит буржуазии, под влиянием передовой советской этики, делает первые шаги на пути перевоспитания. Кроме социализма, в тексте прослеживается и феминизм — в речах советской врачихи. Смесь гремучая. Написано хорошо, но сюжет и мотивация героев искусственны до зубной боли. И опять большие, маловразумительные и ненужные специальные вставки — на сей раз медицинские.
Опять что-то Азимовым пахнуло: охота на дикого робота в Антарктиде. Герои честно трудятся на полярной станции, свободное время посвящая разгадке интригующей тайны. А что же им, водку жрать что ли?.. Таинственный робот оказался причудой электронной сети. Довольные герои разъезжаются, чтобы продолжить трудиться на благо СССР-2. Антарктида остаётся советской. Нагнетаемая в тексте социальная эйфория выглядит удручающе искусственной. Написано на среднем уровне.
Опять детская НФ «ближнего прицела». Мальчик не стал на физкультуре прыгать с вышки. Девочка, с которой он дружит, думает, что тот струсил и начинает его презирать. Но мальчик не струсил, просто он работает над неким изобретением и перед прыжком его посетила мысль, которую он и побежал реализовывать. Зато потом он на благо этого изобретения сигает с парашютом и, увлекшись, чуть не гибнет. Девочка осознаёт свою неправоту и гордится своим другом. Занавес. «Приключения Электроника» помните? Там тоже про это, но куда интереснее.
Опять советские спецы круче всех, на сей раз на Луне. Две биолога из СССР (один из них негр) летят на спутник Земли, чтобы выяснить, что за странная эпидемия началась в корейском лунном посёлке. Заболевают сами, чуть не умирают, но выясняют, что болезнь — обычная… (спойлер). А виноваты опять американцы.
В общем-то, всё неплохо, но напряжение от сюжета ничтожно в силу уже традиционной для сборника мелочности конфликта. Однако почему те же АБС умели создавать конфликт на почти таком же материале?.. Умилил один из примеров упомянутого выше ретрофутуризма: герой курит сигареты «Союз-Аполлон». Сразу вспомнились эти сырые, с привкусом псины, табачные палочки, которые еле раскуривались, если не размять их. Неужели в СССР-2 нет курева лучше? И вообще, там что, ещё кто-то курит?..
Из неприятных мелочей — опять повышенная буква в «вы» и кореец Нань Чжонг. Это китайское имя, да ещё написанное в соответствии с английскими правилами.
Производственная драма. Инженеру поручают проектировать магистраль на Крайнем Севере. Инженер — мужчина сложной судьбы. Когда-то он уехал в США и был там успешным спецом на работе и злобным боксером в свободное время. Но потом во Вьетнаме, где до сих пор помнят покойный СССР-1, познакомился с неким товарищем Фи, пробудившим в нём гордость за свою страну. И вернулся в СССР-2. И перестал бить людям морды.
Интрига сюжета — в необходимости вынести проект ГГ на всеобщее обсуждение. Таковы реалии СССР-2 — сложные технологические проекты обсуждают всенародно. Палки в колёса проекту ставит некий высокопоставленный коррупционер и очковтиратель — такие-то как сохранились в обществе победившего социализма?.. Он уже почти добился своего, но ГГ с друзьями с помощью вполне буржуазных спин-технологий супостата посрамляют.
Текст вялый, изобилующий не относящимися к сюжету напрямую технологическими описаниями. Особенно затянут рассказ о проекте в сцене его презентации.
Ну и вишенка на торте — одно из крайне редких в сборнике упоминаний религии:
«— Ладно, убедил. По тонкому лезвию ходим, в прелесть бы не войти, — практически сам себе сказал Юрий.
— Ты что, религиозный? Такими словами кидаешься, — неожиданно посерьёзнел Анатолий».
Похоже, у коммунистов всех времён аллергия на упоминание любой другой религии. Дедушка Маркс конкуренции не терпит.
Советский лётчик сбит над горами Памира некой диверсионной группой — то ли американской, то ли европейской. Суть конфликта не разъясняется, и так понятно, что если СССР возрождён, во всём мире идёт война разной степени интенсивности. Летчик с переломанными костями лежит рядом со своей догорающей машиной и трупами товарищей и вспоминает свою жизнь. Мы узнаём, что он воевал с контрреволюционерами на Кубе (опять?!) и женился на кубинке. Но больше мы о нём ничего не узнаём — приходят диверсанты и ГГ героически гибнет.
Имеется описание различных военных вундервафель и генномодифицированных солдат (империалисты их используют, а Союз — ни-ни). Ещё летают синие птички, название которых мучительно вспоминает умирающий герой. В общем, всё.
Текст вполне может иметь место в этом сборнике. Однако совсем не цепляет. Замечание не по поводу литературы: почему все авторы, касавшиеся этого вопроса, свято уверены, что Китай будет верным союзником СССР-2? Они что, историю СССР-1 плохо знают?
Бонд, Джеймс Бонд. Причём, совершенно намерено — в пику Флемингу, заставившему своего героя в ранних романах противостоять страшной советской спецслужбе СМЕРШ. А тут такой же Бонд, но из СМЕРШа. Впрочем, СМЕРШ этот даже не подчиняется советскому правительству. Вообще-то, в бондиане аналог подобной организации — международный криминальный синдикат СПЕКТР…
Итак, Мур, Алекс Мур. Красавец, хоть куда:
«Среди азиатов он выделялся высоким, под два метра, ростом, светло-голубыми глазами и резкими, чуть грубоватыми чертами лица, присущими классическому европейцу. Придирчивый антрополог не преминул бы отметить, что молодой мужчина похож на кельта, но сам Мур предпочитал считать, что унаследовал хоть немного славянской мягкости от отца. Возможно, так и было, ибо женщинам внешность высокого молодого мужчины нравилась».
Похоже, авторский «Марти Сью», но это грех для писателя небольшой.
Однако до Бонда ГГ как-то не дотягивает — пошловат. Ну, например, небрежно-высокомерно беседует с намеренным убить его громилой. А диалог происходит в мужском сортире… После того, как он громилу оприходовал:
«Он аккуратно взял „Беретту“ с пола и шагнул к туалетным кабинкам. Протерев рукоять рукавом пиджака, Алекс бросил пистолет в ближайший унитаз».
И воду спустил, надо думать… Всё-таки плебейство неизлечимо (это так, в сторону).
Ну и далее таким же манером:
«Чего только не натерпишься ради мировой революции», — произносит великолепный Алекс, оказавшись в низкопробном публичном доме.
«Лезвие вошло в живот легко и быстро… Убийца широко раскрыл рот и гулко взвыл:
— У-у-ы!
— Засосало под ложечкой? — спросил Алекс, выдергивая нож и толкая противника в грудь».
Нет, я не против чёрного юмора и треша, но делать это надо с великим чувством меры. Которого у автора, похоже, нет.
Алекс благополучно выполняет задание в Токио, оставляя за собой несколько трупов и перевербовывая главного супостата, и вновь растворяется в неизвестности, как все его коллеги — бойцы невидимого фронта.
«Пусть каждый из них может сгинуть, не признанный Родиной, если провалится. Зато будут жить другие».
Да ладно, не надо тут норм советской морали, ГГ им чужд. Просто автору захотелось написать непритязательный «крутой боевичок», а тут конкурс подвернулся. Понимаю и не осуждаю.
Но написано не очень. Особенно ненатурально выведен китаец. Не разговаривают так они, и не думают так. Автор, похоже, читал триллеры Ластбадера, но тот, в отличие от него, изображал психологию восточного человека не топорно.
Девушка учит детей в «двадцать восьмой средней школе имени Иосифа Сталина». Юноша… нет, он не воспитатель в детсаду имени Лаврентия Берии, он простой инженер на производстве, изготовляющем зеркала. «Пускаю солнечных зайчиков», — как говорит он девушке. Та несколько разочарована приземлённостью профессии. А зря… Но спойлерить не буду. Скажу только, что объяснение в любви, на которое ГГ решался в муках на всём протяжении рассказа, произошло в момент его профессионального триумфа.