Павел Вербицкий – Финансовые проблемы (страница 4)

Несколько раз я снова прикасался к купюре. Затем, недолго думая, сбегал на кухню, взял глубокую тарелку, налил в нее воды и положил туда купюру. Странности продолжались! Купюра не опускалась на дно. Подобно медузе она слегка подрагивала в воде и оставалась на поверхности. Иногда на мгновение погружалась в воду, но тут же всплывала, отталкиваясь от дна тарелки другой стороной. Легкими рывками от нее отделялись новые купюры, заполняя тарелку. Особая купюра чуть подергивалась, пытаясь отделаться от них сразу, чтобы они, вероятно, не мешали ей двигаться и не тянули на дно. Удивительно!

Приходилось вылавливать обычные денежки и класть сушиться на подоконник. Я чувствовал себя словно путешественник-натуралист, который готов кропотливо, без сожалений, сна и отдыха наблюдать за животными, чтобы успеть поймать в объектив фотокамеры самый лучший кадр. Думалось мне, эта купюра – что-то наподобие водоросли, раз так воду любит.

Нужно было собираться в университет. Одеваясь, я вдруг почувствовал в душе первые нотки беспокойства. Что будет дальше? Хотя нет! Нужно было подумать о настоящем! Двадцать обычных купюр я уложил в кошелек. А необычную денежку завернул во влажную выжатую тряпочку и положил во внутренний нагрудный карман ветровки. Поближе к сердцу, как бы странно это ни звучало!

Собравшись, я отправился в учебное заведение. Пара слов об Эдембурском университете. Это было огромное историческое здание с белыми колоннами у парадного входа. Учеба протекала в привычном ритме: лекция за лекцией. Учился я хорошо, не пропускал пары, да и с дисциплиной у меня все было в порядке, не считая редких пропусков по уважительным причинам. И целый день лица, лица, лица – знакомые, преподаватели и просто массовка, которых я толком не знал. Да и не хотел знать. Иногда я общался с одногруппниками, но лишь на учебные темы. Ничего личного.

– Привет, Марк, – послышался нежный звонкий голосок.

Это была Барбара Сварова. Моя старая знакомая, еще со школы. Совсем маленького роста, слегка полноватая, но фигуристая девушка. Длинные шелковистые светло-коричневые волосы. Крупные губы, изобилие косметики на лице. Карие глаза. Само спокойствие, а не девушка. За все годы нашего знакомства я ни разу не видел, чтобы она злилась или кричала на кого-то.

– Привет, Барбара. Как учеба, как дела? – спросил я приветливо. Мы любили поболтать о пустяках. По сути, она была единственный моим другом в университете.

После нескольких минут обмена любезностями, она с широкой улыбкой задала ключевой вопрос:

– Я, собственно, хотела тебя попросить… Не дашь в долг пятьсот эдов? До выходных. Ты знаешь, я долги всегда возвращаю вовремя.

Я еле сдержался, чтобы не засмеяться. Вот с чем действительно у меня больше не было проблем, так это с деньгами. Я сразу вытащил из кошелька две купюры. В четыре раза больше. Барбара сначала отнекивалась, но потом взяла их.

Глядя ей вслед, любуясь ее фигурой, я вспоминал, что все-таки для меня она была больше, чем просто друг. Жалко, что это чувство, хоть и ослабевшее за годы, которое я лелеял в душе, Барбара не разделяла совсем. Когда-то, еще в школе, в старших классах, я признался ей в своих чувствах, но был отвергнут.

– Мы хорошие друзья, Барбара, но мне хотелось бы большего…

– Ну, в этом и беда, Марк… Только один из нас хочет этого. Все же должно быть по обоюдному согласию.

Трудно было не согласиться с ней. Но оглядываясь сейчас на прошлое, трудно понять, что было верно, а что нет. Временами я думал, что моя отстранённость от людей и общества проникла во все уголки моего характера именно из-за отказа Барбары еще в школе. Когда эти мысли требовали разобраться с ними, я просто брал в руки книгу и погружался в выдуманные фантастические миры.

Даже не знал, как эти мысли возникли во мне. Деньги и Барбара! Да я же мог попробовать все заново с ней! Наверное. Но это рискованно! Может, стоит? Может, все это было знаком свыше?..

Глава 3

Во время большой перемены я пошел в кафешку недалеко от университета. Глядя на витрины, я вдруг поймал себя на мысли, что мог бы заказать не то, что беру обычно. Черт возьми, да я же мог купить себе все, что угодно! Эта мысль пьянила подобно алкоголю. Непроизвольно подергивая пальцами, я никак не мог решить, что выбрать. И здесь ничего нет страшного. Я ведь не ошалело скупал все подряд, а просто хотел попробовать что-то новое. Дальше раздумий уже не было. Лишь звук открывающегося кошелька у кассы и шелест купюр в руках. Пока я оплачивал заказ, мой взгляд гулял по небольшому, заполненному светом и посетителями залу.

– Марк, что ты делаешь? – проговорила удивленно Барбара, когда я появился за ее столиком, где сидела и вся ее кампания.

– Ого! Это кому, нам? – за столиком сидели еще четверо студентов.

– Ну, вообще это тебе, Барб, но другие могут тоже угощаться… – проговорил я немного смущённо, поставив ломящийся от всяких угощений, от конфет до чипсов, поднос.

– Спасибо, спасибо! – дернула меня за руку девушка.

– Вот не ожидал, Марк… – проговорил длинноволосый высокий парень в джинсовой куртке.

Ухоженное лицо и руки. Могу поклясться, у него был маникюр. Впрочем, это дело каждого, не мне в это лезть. Его звали Женя Бранов. Единственный, кого я знал из всей этой четверки студентов. Не меньше меня друг Барбары. Если бы давали по сотне за каждый раз, когда он приглашал меня на свои тусовки на первых курсах, я был бы уже миллионером. Впрочем, изумление, что так и читалось в его глазах, было следствием именно того, что такой тихоня, как я, вдруг угощал всех за свой счет, да еще на приличную сумму.

– Нехило, – проговорил Женя. – С чего такая щедрость?

– Да вот, захотелось угостить знакомых, приятное сделать… – пожал я плечами, сам уже не понимая своего поступка.

Мне хотелось внимания или просто бескорыстно сделать приятное Барбаре? Может, те, казалось, высушенные чувства к ней, которые таились в бескрайней пустыне личной жизни, еще подавали признаки жизни? Или это какой-то новый порыв? Я уже не узнавал себя!

– А деньги откуда? – атаковал расспросами Женя со странной улыбкой. – Ты же всегда на мели был…

– Точно, Марк! Он мне еще и одолжил больше, чем я просила… – добавила Барбара с улыбкой.

Совсем не ожидал такого развития событий. Фактически сам себя загнал в эту дурацкую ситуацию. Стало не по себе. Они смотрела на меня с интересом и доброжелательно, а у меня в голове перекати-поле возникло.

– Лотерея! – ответил я вполне себе убедительно.

У нас с Женей были нейтральные отношения. Он мог полюбезничать со мной, но делал это, пожалуй, только чтобы произвести хорошее впечатление на Барбару. Я лично этому не противился. Все-таки мы с ней были лишь друзья.

– Это нужно отпраздновать… Нужна вечеринка. Сегодня организуем! – засмеялся Женя. – Присоединишься к нам?

Вся суть его жизни в последней фразе. Насчет всех этих гулянок у меня было свое твёрдое мнение. Потому вынужден был отказаться, но пожелал Барбаре приятного дня.

Тем временем противоречивые чувства продолжали бурлить во мне. Химическая реакция, которая еще не дала окончательных результатов. И все из-за этой особой купюры. Нашел ее вчера, но по ощущениям словно прошла неделя.

Очередная лекция по журналистике. С трибуны лилась медленная, густая, изрядно приправленная скукой речь преподавателя. Казалось, женщине и самой было совершенно это не интересно. Я же был словно в другом мире! В пространстве томительного ожидания. Ни на секунду не забывал, что особая купюра лежала у меня в кармане. Неожиданно я вздрогнул, будто от лёгкого укуса, и схватился за грудь. Купюра в тряпочке за пазухой начала дергаться, подобно маленькому зверьку.

– С тобой все в порядке? – искренне забеспокоилась Барбара, сидящая рядом.

– Наверное! – кивнул я, а затем отпросился у преподавателя в уборную.

В легком испуге я вытащил тряпочку. Она была уже полностью сухой. Осторожно развернул ее. Вместе с особенной купюрой делили место еще с десяток обычных, а вот она сама была сухой на ощупь и конвульсивно подрагивала. Мое сердце сжалось от увиденного, и я быстро смочил необычную купюру и высохшую тряпочку. Чувствовал себя чуть ли не живодером. Ох, как не хотелось возвращаться на нудную лекцию! Кроме того, она была последней. В итоге я просто отправился домой, точнее, понёсся вихрем. Ни единой секунды не хотелось больше мучить свое сокровище! Свою прелесть!

Даже не сняв ботинки, я влетел в комнату и осторожно уложил в тарелку, словно в постельку, мою купюру. Вздохнув с облегчением, стал наблюдать за ней.

– Думаю, ты все-таки живой организм! Больше не буду носить тебя вот так… И все же кто ты?!

И тут я заметил, поднеся руку близко к ней, что край купюры потянулся к моему пальцу. Я ошарашено отвел руку, потряс головой… Да быть такого не может! Подвел руку снова – купюра опять потянулась к ней, как муравей инстинктивно поднимает голову, принимая боевую стойку, если провести рукой над муравейником. Помню это еще из детства в деревне. Присмотревшись, неожиданно заметил, что купюра стала чуть толще… Совсем немного, но заметно на глаз. Зрение у меня было отличным.

Если она так любила воду, то, может, стоит?.. Недолго размышляя, я достал со шкафа запылившийся аквариум, который мне давно подарила мама. Ее звали Лена. Надеялась, что я заведу рыбок. «Наблюдай за рыбками – это успокаивает нервы!» – говорила она в письме. Эх, если бы она только знала, кто у меня вместо рыбок будет.