Вверху живой источник света,
Внизу густой свинцовый пласт.
Мне неприкаянно и больно.
Не все разделят и поймут,
Что я на плечи добровольно
Взвалил увесистый хомут —
То дань жадобе, самоедству,
И зависти в узле тесьмы,
Что переходят по наследству
Из века в век от князя тьмы.
Но мой вояж не воля беса,
Не власть иных лукавых, но,
Скорее, прихоть интереса:
А есть ли в самом деле дно?
На глубине пучины мрака,
Покрытой пылью вековой,
Ни тли, ни плесени, ни рака —
Нет совершенно никого!
И шепчет глас: «По крайней мере
Не размазня, не жалкий трус!
Ну что, попробовал? Измерил?
Тогда бросай ненужный груз,
Лишь ноги тверди дна коснутся;
Тартар – безжизненная пасть!»
Чтоб хорошенько оттолкнуться
Порой приходится упасть…
Не скули
Не скули, что жестока судьба —
То любимый предлог самоеда;
Чем труднее по сути борьба,
Тем величественнее победа!
Засучите рукава
Установив себе режим
С утра до ночи без обеда,
Он был карьерой одержим.
Неискушённый непоседа
Наивно верил, что труды
В душе простого мещанина
Способны возвести в ряды
Элитной знати. Но равнина
Была бессмысленна, скучна
Да без особых просветлений.
И стала опустевшая мошна
Итогом неудачи, а не лени.
Вздохнув сердито через нос
И хмуро насупонив брови,
Он вновь трудился на износ,
Пока не потерял здоровье.
Тогда сменил он ремесло,
Но на пути из грязи в князи
Ему, увы, опять не повезло —
Решают всё везение и связи!
Мораль короткой притчи такова:
Покуда пустословно не судача,
По локоть засучите рукава,
Как если бы близка была удача.
Фонарь, поликлиника, улица
Фонарь, поликлиника, улица,
Аптека, витрина, крыльцо;
Прохожий хромает, сутулится,
Скрывая под маской лицо.
Носитель тяжёлого бремени
Несчастен, уныл и убог;
А где-то вне рамок и времени
Увлёкся проектами Бог… 
