Павел Терёшин – Император 2.0 (страница 5)

– Ты… хочешь их найти?

Павел посмотрел на него так, что профессор почувствовал холодок по спине.

– Я должен знать, – тихо сказал Император. – Должен увидеть, во что вылилась их подлость. Их кровь.

Лазарев сглотнул. – Я могу узнать… —

Узнай.

Павел отвернулся к окну.

Ночь сгущалась за стеклом. Современный город сиял огнями, полными тайн.

Но главная тайна ждала его впереди.

– Узнай всё, профессор, – прошептал он. – Я не намерен оставлять этот мир без ответов.

Павел на мгновение закрыл глаза, сдерживая бурю эмоций. Всё внутри него кипело, но он не мог позволить себе терять самообладание. Открывая глаза, он холодно посмотрел на Лазарева.

– Профессор, кажется, вы забываетесь.

Лазарев напрягся.

– Простите?

– Ваш тон, – Павел слегка склонил голову. – Я не потерял память, не стал другим человеком. Я всё тот же Император. И пусть теперь мне придётся подстраиваться под этот мир, пусть я вынужден соблюдать осторожность, но одно остаётся неизменным – я требую должного уважения.

Лазарев молча кивнул.

– В приватных беседах вы можете обращаться ко мне «Ваше Величество» или «Государь». Но публично… Вынужден допустить, что времена изменились. Так что «Павел Петрович» будет приемлемым компромиссом.

Лазарев сглотнул.

– Я понял.

– Прекрасно, – Павел прищурился. – Теперь ответьте мне.

Он шагнул ближе, его голос зазвучал низко и угрожающе.

– Что стало с моей империей?

Лазарев глубоко вздохнул.

– Россия… – он помедлил. – Она больше не империя.

Павел медленно выпрямился, на лице его не дрогнул ни один мускул.

– Разъясните.

– Империя пала в 1917 году, во время революции. Династия Романовых была свергнута, Николай II отрёкся от престола.

Павел нахмурился.

– Николай II?

– Последний российский император. Ваш потомок.

Павел молча смотрел на него.

– Его убили, – Лазарев сжал пальцы в кулак. – Его семью тоже.

Повисла тишина.

Павел шагнул к окну, вглядываясь в огни города.

Кто?

– Большевики.

– Кто? И что теперь?

– Теперь Россия – республика. Её возглавляет президент.

– Президент… – Павел процедил слово, словно пробуя его на вкус. – Какой он по счёту?

– Двадцатый.

Павел чуть качнул головой.

– Двести лет… И всё разрушено.

– Не всё, – осторожно сказал Лазарев. – Россия по-прежнему великая страна. Она прошла через многое: войны, кризисы, перемены. Но она существует.

Павел медленно повернулся к нему.

– И она всё ещё принадлежит Романовым?

Лазарев отвёл взгляд.

– Нет.

Император усмехнулся, но в его глазах не было веселья.

– Значит, настало время узнать, кто стоит во главе моего народа… И понять, какую роль я должен сыграть в этом новом мире.

Павел стоял у окна, его силуэт был чётким на фоне света города. Он смотрел вниз, на проносящиеся машины, на неоновые вывески, на суету улиц, но не понимал. Это не был его мир.

Он повернулся к Лазареву.

– Большевики, говорите?

–

– Да.

– Что это?

Лазарев провёл ладонью по лицу, понимая, что предстоит долгий разговор.

Большевики – это радикальная политическая группа. Они верили, что власть должна принадлежать рабочему классу, что нужно свергнуть царей, аристократов, дворян…

– И кто же они такие, чтобы решать судьбу Империи? – Павел сжал руки в кулаки.

– Их лидером был Владимир Ленин, – осторожно продолжил Лазарев. – Он создал новую идеологию – коммунизм. Согласно её принципам, все люди должны быть равны, не должно быть монархии, богатства, а власть должна принадлежать народу.

Павел усмехнулся.

– Очередные мечтатели. Всякий, кто утверждает, что все люди равны, либо лжец, либо глупец. Мир не может быть построен на равенстве. Он строится на порядке.

Лазарев пожал плечами.

– Возможно. Но большевики не просто говорили. Они действовали. В 1917 году произошла революция. Николая II свергли, династия Романовых пала.

– Революция… – Павел помолчал. – Меня хотели свергнуть, и вот спустя более чем столетие мой потомок разделил мою судьбу. Случайность?

– История любит повторяться, – тихо сказал Лазарев.

Павел кивнул, обдумывая услышанное.