Павел Тен – Ключники (страница 4)

– Кто, кто?

Паша до сих пор не мог поверить своим глазам. И ему показалось, что чем чаще он будет задавать вопросы, тем скорее рассеется туман у него в голове.

– Вот же глупые пошли детишки, я же уже представился, или ты глухой?! Ну, конечно же, я снова забыл – современные дети. Вы ничего не знаете о волшебных Лунных почтовых голубях, – ответив на собственный вопрос, голубь, неуклюже хлопнув себя по лбу крылом, и вновь прогнусавил, – Мы Лунные почтовые голуби, переносим послания и знания между мирами. Нам доверяют лишь самую важную информацию.

Мальчик был уверен, в этот момент пернатый вестник стал ещё шире и пушистей. Это вызвало у него лёгкую улыбку, чем он очевидно задел гордую птицу. Потому что та вся нахохлилась и грубо спросила:

– А ты действительно ждёшь послание от папы?

Заносчивый тон разозлил мальчика, а надменный вид почтовой птицы начал раздражать. Улыбка мгновенно исчезла с его лица, и в сердцах он топнул ногой. Приблизившись вплотную к почтарю и нависнув над лунным вестником, мальчик сердито проворчал:

– Ах ты глупая птица, давай быстрее письмо!

– Ух, как страшно. Сразу видно, чья кровь течёт в твоих жилах. Закипает чуть что не по ней. Мало того, что ты не ведаешь про то, как устроены наши миры, так ещё грубишь и обзываешься. Я не могу тебе отдать послание, мы их отражаем…

Храбро ответив мальчику, голубь упёр крылья в бока и угрожающе поджал хохолки. Паша понял, что переборщил, и решил сгладить ситуацию.

– Извини меня, пожалуйста! Я очень, очень жду вестей от папы. Пожалуйста, покажи мне их.

Птица в свою очередь ощутила укол смущения, она не могла не заметить переживания мальчишки. Не сказав больше ни слова, почтарь повернулся спиной к окну. Широко распахнув крылья, голубь подставил их под лунные лучи. Оперенье птицы ярко засияло, ослепляя мальчика. Свет, пронизывая птицу насквозь, создавал на противоположной стене хаотичные цветные переливы и искажённые тени. Смешиваясь, они вырисовывали на светлых обоях слегка размытую картинку. Чем светлее становилось в комнате, тем контрастней проявлялось изображение, заполняя всю комнату. Постепенно реальная обстановка комнаты совсем растворилась. Паша уже не мог различить письменный стол, компьютерное кресло, ватман с карандашами на полу. Его окружали серые неуютные каменные стены, а пол комнаты был устелен прогнившей и пересохшей соломой. Преобразив комнату, голубь медленно снизил яркость освещения, позволив глазам мальчика привыкнуть к мрачным тонам. По мере того, как к нему возвращалось зрение, Паша ощутил вокруг себя нотки неприятного запаха. Затхлый кислый аромат подстилки и вонь давно не принимавшего душ человека заставили мальчика обратить внимание на тёмный мужской силуэт, сгорбленный на коленях в центре каменной камеры. Лишь совсем привыкнув к полумраку и перестав морщить нос, Паше удалось хорошенько разглядеть человека. Одежда на мужчине висела располосованными клочьями, грязные длинные волосы и не бритые щёки почти полностью скрывали осунувшееся лицо. С болью и злостью в душе Паша узнал в измождённом мужчине своего отца. Было непривычно видеть его в таком запущенном виде. И если бы тёмные папины глаза не смотрели на него с той же теплотой и уверенностью, то Паша скорей всего не смог бы сдержать слёз. Сжав кулаки, он поборол в себе желание броситься на шею лунной проекции, изображение выглядело поразительно реалистично. Однако, мальчик боялся своим необдуманным поступком испортить хоть что-нибудь и не увидеть всё послание до конца. Когда образ отца перестал колебаться, наступила пора проявиться звукам. Пашу окружили приглушённые стоны и неприятные завывания, сквозь которые прорвался знакомый голос. Он совсем не утратил своей шутливой манеры и звонкости, и всё так же согревал, когда папа прямо обратился к Паше:

– Привет, малой. Не пугайся, со мной всё в порядке. Здесь просто мода на бороды и небрежную одежду. Я хочу, чтобы ты знал. Я не бросал тебя и не забывал о тебе. Ты должен помнить и верить в это. Мне всегда хотелось быть рядом с тобой и успеть самому показать тебе, что магия и чудеса всё ещё существуют в нашем мире. К сожалению, теперь тебе придётся самостоятельно в этом убедиться. Научись видеть красоту окружающего тебя мира и почувствовать его волшебство. Эти знания и навыки обязательно приведут тебя в новые волшебные миры. Многие уверены, что магия покинула наши миры, что мы её утеряли. Так считают только те, кто потерял веру и дар. Тот, кто испугался искать свой путь. Я сейчас застрял в одном из далёких миров. Но, клянусь, никто и ничто не сможет помешать мне вернуться к тебе. Уверен, к тому времени ты уже откроешь для себя удивительную вселенную из множества планет, и мы сможем вновь мечтать о новых открытиях. Помни, ты тот, кому дано открывать миры! Никогда не забывай этого! До скорого!

Изображение стало тускнеть, и папа начал таять на глазах.

– Нет, стой! Покажи его! Где он? Он в темнице, он в беде? – отчаянно закричал Паша.

Резко сорвавшись с места и подбежав к голубю, он попытался схватит птицу. Та испуганно отпрянул к окну и жутко заверещала:

– Успокойся, успокойся, ты меня пугаешь. Мы хоть и очень важные, но очень хрупкие. У меня есть для тебя ещё одно послание, оно отчасти всё объяснит. А будешь меня пугать, я сразу исчезну.

– Ещё раз извини. Не думал, что такие важные вестники такие трусливые.

– Мы не трусливые, мы хрупкие, – обиженно пробурчал голубь.

Но глянув на растерянного мальчика, почтарь дальше спорить не стал. Молча он снова расправил крылья и почти мгновенно спроецировал картинку на стену. На этот раз перед Пашей во весь рост предстал ДракоКрол. Его изображение было тусклым и плоским, как картинка с древнего проектора.

– Ещё раз, добрый вечер. Прошу прощения за свой поспешный визит, – не менее важно, чем голубь обратилась проекция к Паше, – Пока, мы не можем открыто встречаться и разговаривать. Как видишь мир, к которому ты привык не так однозначен, как большинство людей себе представляют. И тебе ещё предстоит найти в нём множество удивительных вещей. Сегодня я укажу тебе направление, которое со временем выведет тебя на путь, о котором говорил твой отец. Начну с того, что на Земле со времён её существования обитают магические существа и народы. Часть из них считает Землю своим родным домом, их мы называем Многоликими, но большинство из нас явились сюда с иных планет. Земля – это Перекрёсток, где пересекаются переходы и порталы из сотен Открытых миров. Поэтому на Земле ты найдёшь бесчисленное количество племён и народов именуемых Пришлыми. Все обитатели Открытых миров очень давно заключили договор меж собой и мирно уживаются на Перекрёстке.

Тут ДракоКрол взял паузу, словно решаясь с чего вновь начать. Правда, долго томить Пашу он не стал, спустя несколько секунд кролик продолжил:

– К нашему общему стыду, к перемирию нас вынудил более страшный и жестокий враг, а не наша мудрость. Тёмные миры ворвались внезапно, опустошая и захватывая наши владения. В те времена погибло множество миров, ещё больше потеряли связь с Перекрёстком. Ради спасения наших народов нам пришлось объединиться под руководством самых сильных и достойнейших из нас. Лучшие войны, колдуны, шаманы, маги, кровососы и многие другие вошли в Совет Старейшин и сплотили народы в борьбе с монстрами из Тёмных миров. Нам удалось изгнать врага. И, как нам казалось, навсегда закрыть порталы в пугающие просторы.

Тут проекция вновь замерла, ДракоКрол как-то печально взглянул на мальчика и только после этого заговорил:

– Время показало, что вечного ничего не бывает. Буду с тобой откровенен, то, что я скажу тебе не понравиться. Но ты обязан знать правду. Твой отец не просто покинул Землю, он покинул Открытые миры и ушёл во владения нашего древнего врага. Своим поступком он всколыхнул давно запечатанные порталы, и теперь Перекрёсток открыт для Тёмных миров. А самое ужасное, что без него мы не можем вновь запереть образовавшуюся брешь. Для всех нас жизненно важно отыскать твоего отца до того, как Тёмные миры изменят его. Переродившись, он станет во главе чудовищ и поведёт их в Открытые миры.

– Стой, ДракоКрол, в послании мой отец был в заточении? Я не верю, что он по собственному желанию подверг Землю опасности. Мой папа хороший человек, он никогда не станет помогать монстрам, – всё внутри Паши протестовало против обвинений в адрес отца.

Однако, где-то глубоко внутри в нём пробудились старые страхи и сомнения. В памяти всплыл далёкий зимний вечер и пугающие слова страшного гостя дедушки с бабушкой. Он их почти забыл, и в последнее время они перестали тревожить его по ночам. Вот и сейчас он пытался прогнать их прочь, цепляясь за образ папы в проекции.

ДракоКрола никак не отреагировала на возглас мальчика, только на секунду сделав паузу, монотонно продолжила свой монолог:

– У нас нет возможности собственными силами найти его или связаться с ним. Нам неведомы врата в Тёмные миры, и мы неспособны их отыскать. Такое под силу только существу одного с ним роду. По твоим венам течёт кровь твоего отца, и лишь она способна распознать путь к нему. Только с твоей помощью мы сможем уберечь всех нас от Тёмных миров.

Паша слегка нахмурил брови, в какой-то момент речь ДракоКрола показалась ему фальшивой и наигранной, будто игра актёра в детской театральной постановке. Но так как изображение не отзывалось на его призывы, он был вынужден дослушать её до конца.