Павел Тен – Барголы. Алтарь Смуты II (страница 6)
В растерянности Верон глянул прямо в лицо Охотнику. В эту секунду, он отчётливо понял, что сегодня не сможет выйти из камеры, не разобравшись в себе раз и навсегда. Не желая ходить вокруг до около, он в лоб спросил у Воина Смуты:
– Ты считаешь меня чудовищем, извращенцем? Тебе кажется всё, что я всё делаю ради власти и гордыни?
В ответ Охотник хищно улыбнулся и прорычал:
– Ты тот, кто ты есть! И следуешь своей природе и своим желаниям. Тебе всё равно на судьбы других, они тебя не беспокоят, но об этом не волнуйся – это истинный дар Дарующей всем своим потомкам. Ведь и для неё человечество не более чем батарейка для подзарядки. Одного ты не хочешь до сих пор признать, что давно уже следуешь собственной извращённой морали, но всё ещё меришь себя и свои поступки по чужим канонам.
В резком выпаде баргола не чувствовалось упрёков или издёвок, лишь немного сочувствия. Что в очередной раз всколыхнуло в душе Верона множество вопросов:
– Почему ты так откровенен со мной? В какие-то моменты мне кажется, что тебе не всё равно на мою судьбу?
– Мне плевать на твоё будущее. А вот то, что ты можешь натворить, заполняя пустоту в своей душе, меня сильно беспокоит. В тебе сокрыта ужасная сила, но пряча свои сомнения, ты уродуешь всё к чему прикасаешься. Обладая непомерной властью, ты разбрасываешься на жалкие мелочные амбиции, которые несут лишь смерть. Только поверив в свой путь и приняв его, у тебя получиться создать что-то новое. А пока тебя питает раболепие сломанных душ, теша твоё самолюбие, не будет порядка ни среди твоих людей, ни в галактике. И очень скоро, вся твоя голодная до крови стая кинется рвать этот мир на части.
Каждое слово баргола больно ранило Верона и вызывало жгучую боль внутри него. Он будто лицом к лицу столкнулся со своим детским страхом – вот перед ним стоит баргол и полностью изобличает всё уродство принца. Только теперь Верон не желал прятаться или скрывать свою сущность, он больше не хотел жить в страхе. Скрипя зубами, Владыка Смуты направил всю свою обиду и ярость, накопившуюся за все эти годы, по своим жилам, заставляя трещать и набухать всё своё тело. Верон не видел, как за приоткрытыми дверьми напряглись его офицеры, он не мог отвести взгляда от злобного оскала Охотника. Лишь спустя некоторое время к нему вернулось ощущение реальности и до него донеслись слова одобрения из уст пленного:
– Наконец-то, ты перестал притворяться. Теперь вся твоя чёрная натура проявилась на свет.
Встряхнув голову и взяв себя в руки, принц оглянулся вокруг. Первое, что бросилось ему в глаза – ужас застывший на лицах его почётного караула. Казалось, акурианцы готовы были бежать со всех ног от своего Владыки. Заподозрив неладное, Верон глухо прорычал:
– Зеркало мне.
Разом прочь от камеры кинулись выполнять приказ Владыки по меньше мере половина его офицеров, назад вернулся только один из них. В полуобморочной состоянии он поднёс к лицу принца небольшое зеркальце. Верон не сразу оценил свой новый образ, но чуть повертев зеркалом в изуродованной руке, с ухмылкой обернулся к Охотнику.
– Такой лик тебе больше по нраву, – глухо поинтересовался Верон у баргола.
– Это лишь начало твоего преображения, – холодно выдавил Охотник.
Чуть призадумавшись, Владыка очень серьёзно заявил:
– Я ещё до конца не понял, но почему-то у меня складывается ощущение, что это не я загнал тебя в клетку, а ты заманил меня в ловушку. Только это уже не важно, в скором времени ты всё равно умрёшь.
– Надеюсь, это принесёт освобождение для нас обоих, – почти про себя процедил баргол.
Верон не стал комментировать слова Охотника, расправив набухшие плечи, он гордо покинул его камеру.
Переговоры Акуро и Креона
Последние события, связанные с бунтом принца Верона, вынудили давних соперников откинуть все недопонимания и противоречия. Правителям Акуро и Креона ранее не приходилось сталкиваться с угрозами их могуществу, свою власть они получили из рук самих богов. И к своему положению Император с Креонами относились, как к естественному течению миропорядка. Мятеж, затронувший обе империи, сильно ударил не только по имиджу правящих элит, но и потряс великих правителей. Особой неприятной неожиданностью стала выходка Верона для его родителей. Для императорской семьи мятеж в двойне стал неожиданным сюрпризом, ведь его возглавил один из младших Даров. Два с лишним тысячелетия преданность Императору со стороны его сыновей являлась основой исполнительной власти Акуро, на их надёжных плечах держалась вся структура жизнедеятельности государства. Дары управляли войсками, возглавляли судебную систему, отвечали за особо важные сектора империи и участвовали в дипломатических миссиях. Под их началом многие поколения верно служили Патриархи, что держали под контролем обычных людей. Верону удалось в один день разрушить все устои Дарующей. У Кренов дела обстояли не лучше. В своё время полностью положившись на Мехов, кристаллоиды были вынужденны признать, что так и не смогли до конца убить человеческие порывы в полностью модернизированных людях. Ради своего будущего обе стороны были вынужденны вспомнить о былой взаимовыручки при правлении Странствующих и начать переговоры.
Для начала Император с Креонами прекратили все стычки и притязания на приграничных территориях, этот шаг позволил им оттянуть часть войск для решения внутренних проблем. Взяв в жёсткий кулак все центральные регионы, где их влияние почти не подверглось влиянию смуты, Дары с кристаллоидами общими усилиями подавили все возможные очаги мятежа на приграничных планетах. Эти кардинальные меры чуть снизили поток отступников и на время утихомирили самых ярых бунтарей. Однако, для всех оставалось очевидным: одними репрессиями не остановить волнения в галактике. Как ни прискорбно было признаваться императорской семье, но факт оставался фактом – не ликвидировав первоисточник всех их бед, мятеж не остановить.
Щепетильный для Акуро вопрос временные союзники решили обсудить вдали от собственных владений. Новые обстоятельства не смогли до конца уничтожить многовековое недоверие с обеих сторон. Две огромные эскадры выскочили из варп в пустом пространстве одновременно, мгновенно замерев друг от друга на расстоянии торпедного выстрела. Проявляя толику уважения к иерархической системе человечества, Креоны явились на императорских флагман. По случаю прибытия делегации на корабль Императора не стали раздувать особой помпезности, наоборот, императорский двор постарался изолировать послов от любого контакта с подданными Акуро. Старший Дар Грегор лично встретил Креонов у стыковочного терминала и сопроводил их в приёмную Императора.
Сектор с покоями Императора был особо изолирован от флагманского корабля, по сути он являлся самостоятельной боевой единицей в корпусе носителя. В экстренных ситуациях он мог отделится от флагмана и в стационарном режиме возвратится в столицу Акуро. Необычное техническое решение позволяло личной гвардии Императора строго отслеживать всех посетителей важных покоев и не допускать ненужных утечек за его стены. В отличии от своего сына Верона Император придерживался традиционных канонов и свои апартаменты оформлял масштабно и со всеми атрибутами власти. Креонов Император встречал в величественной зале, во главе которой возвышалась многометровая аллориновая статуя Дарующей. У её стоп жалко ютился трон Императора и пара кресел два Даров. Одно из них поспешил занять Дар Грегор, во втором уже восседал его младший брат Краус. Помпезная обстановка нисколько не смутила кристаллоидов, они как ни в чём не бывало выстукивали на своих остроконечных конечностях по мраморному полу, оставляя на его поверхности глубокие трещины. Неспеша продвигаясь меж замерших у стен гвардейцев в аллориновых доспехах, Креоны равнодушными взглядами окидывали почётный караул с обнажёнными мечами в руках. Представ перед Императором, послы, не тратя зря времени, сухо поприветствовали повелителя Акуро. А выслушав ответное холодное приветствие, кристаллоиды прямо заявили о своих требованиях. Общая суть которых сводилась к одной мысли: бесполезно гонять по всей галактике бунтарей, не покончив сначала с самим источником возникших проблем. И они все в первую очередь обязаны направить общие усилия на поимку принца Верона. Император был вынужден согласиться с решением Креонов остановить его сына любимы способами. Заручившись Императорской поддержкой, Креоны перешли к деталям предстоящей карательной операции. Они открыто высказались о готовности их флота в любую минуту выдвинуться на охоту за Владыкой Смуты. Загвоздка была лишь в двух деталях: присоединиться ли к ним акурианское войско, и где сейчас прячется Верон со своими людьми. С совершенно невозмутимым видом Император дал обещание отправить свои корабли для воссоединения с флотом Креона и тут же представил старшего сына Грегора, как главу его карательного флота. В свою очередь получив мандат от своего отца, Дар Грегор уверено заявил, что добудет координаты базы Верона. Креоны, удостоверившись в единой позиции по всем вопросам, поспешили откланяться. Не задерживаясь ни минуты на флагмане, они погрузились на свой катер и немедленно присоединились к своей флотилии.