Павел Смолин – Фантастика 2026-43 (страница 206)

Не приходило до тех пор, пока я с изумлением не заметил, что даже третья подряд бесплодно протянутая рука на жажду никак не повлияла. Чертыхнувшись, я напился самостоятельно и сходил до сумки с припасами, достав оттуда упаковку влажных салфеток с охлаждающим эффектом. Вернувшись, поделился находкой со своими тренерами и тренерами Яна, и решил, что «разжираться» обратно в нормальные люди не хочу: удобно, как ни крути, чисто своим прямым делом занимаюсь, а товарищи получают высокооплачиваемые, необременительные, престижные и интересные в силу доступа к халявным путешествиям и телу суперзвезды рабочие места. Спроси любого из них — «не чувствуешь себя классово угнетенным?», и получишь в ответ только кручение пальцем у виска.

На корте тем временем закончился очередной розыгрыш — на этот раз в пользу Яна.

— 15–30!

Не очень у него дела в этом гейме шли, но в целом доминирует. В ответ на объявление судьей счета ожили громкоговорители, издав записанные шумы полных трибун. Такая вот деталь на этой Олимпиаде — типа спортсменам при пустых трибунах играть психологически некомфортно, а эта вот фигня, по мнению Оргкомитета, помогает.

Соперник Яна, испанец Пабло Карреньо Буста, подал снова, а я воспарил мыслями над трибунами, проигнорировал представшую глазам Японию и поднялся повыше, чтобы увидеть две огромные и родные страны. Занятно получилось с этими вакцинами: большая часть мира закрыта, а вот тур потоки между Россией и Китаем растут. Росли еще до Ковида, причем сильно, и я вижу здесь свою заслугу — долго Ван «на два дома» жил, значит и другим хотя бы попробовать нужно. Теперь набитые туристами самолеты без остановки летают туда-сюда, и было бы здорово установить безвиз, но последний в силу непонятных мне причин ни одна из сторон принимать пока не хочет. Пофигу, не мое дело, главное что сотрудничество крепнет. Именно «сотрудничество», потому что никакой «дружбы» в международных отношениях нет и быть не может.

— Второе место в общем медальном зачете — великолепный результат, и я горжусь результатами, которые показали мои соотечественники, — чесал я языком на камеру в последний день этого убожества, по недоразумению прозванного «Олимпиадой». — Но, при всем уважении к хозяевам нынешней Олимпиады, я считаю ее худшей на моей памяти. Япония не виновата — она сделала все от нее зависящее, чтобы в условиях чудовищных ограничений провести Игры хоть как-то.

— Вы считаете, что ковидные ограничения не нужны? По-вашему люди не гибнут? — зацепился журналюга.

Ну а че с него взять, бейджик конторы CNN обязывает обслуживать нарративы глобалистов.

— Я вообще не про ковид, а про совершенно позорные ограничения, наложенные на русских спортсменов, — ответил я. — Предшественники нынешнего Олимпийского комитета ворочаются в своих гробах от этого позора. Олимпиада задумывалась как инструмент объединения человечества…

— Ваша жена русская, если я не ошибаюсь? — перебил журналист.

Называется «маргинализация спикера».

— Русская, — подтвердил я.

— Предположу, что русская жена накладывает некоторый отпечаток на мировоззрение мужа, — зацепился адепт святой и неполживой западной журналистики.

Все они там профессионалы, которые «просто преподносят информацию с разных сторон, позволяя потребителю самому делать выводы».

— Безусловно, — улыбнулся я. — Моя супруга — кандидат биологических наук и один из умнейших людей в моем окружении.

Кому надо, тот услышит, а сектантов переубеждать все равно бесполезно — этим даже священники не занимаются, у них в Библии написано что-то вроде «дважды еретика вразумив, отступайся».

— Желаю вам семейного счастья, — улыбнулся журналюга как слабоумному.

— Спасибо, — спокойно поблагодарил я.

На этом наше общение закончилось, а журналюга принялся отрабатывать в камеру «послесловие». Для меня в свое время это стало открытием: нынче считается правильным не только поговорить о фактах, но и добавить сегмент о чувствах, которые испытал журналист во время общения с интервьюируемым. Для многих сектантов «свободных СМИ» этот блок, как ни странно, самый значимый — подкармливает эмоциональную наркоманию, на которой плотно сидит подавляющее большинство жителей стран первого мира. Реальность им уже давно не важна, важны чувства.

Ну а мне важно вернуться домой — повторять одно и то же как попугай Попка без всякой пользы дело конечно увлекательное, но лучше заниматься тем, от чего есть толк или хотя бы простое личное удовольствие.

Церемония закрытия — то, что организаторы назвали «церемонией закрытия» — при пустых трибунах ничуть не прикольнее других этапов этой лишенной атмосферы Олимпиады. Мне здесь было скучно, а местами даже противно — как говорил Дон Корлеоне «Посмотри, что они сделали с моим мальчиком» — но хватило и приятных минут: у меня достаточно эмпатии, чтобы «присасываться» к радующимся медалям членам нашей сборной. Для маленького рисового народа с задворок Азии второе место в общем зачете и впрямь отличное достижение, но здесь нужно делать поправку на то, что спортсмены русские приехать смогли совсем не все, а еще выступали под диким моральным прессингом. Когда соперник скован утяжелителями, в победе над ним не больно-то много чести.

Нужно отдать должное победителям общего зачета — американцам: со многими тамошними ребятами я пообщаться успел, и ни разу никто из них не рассказал о том, как сильно он поддерживает решение комитета душить российских спортсменов. Максимум — осторожное блеяние о «политической целесообразности», сдобренное сморщенным на самого себя носом: чего несу? Зачем? Какая нафиг «политика», когда собственные спортивные результаты отсутствием стабильно топовых соперников обесцениваются?

А иначе и быть не могло: нормальные люди эти американцы и европейцы в массе своей. Почти с каждым можно нормально поговорить, и даже извлечь из этого позитивные эмоции. В нашем мире вообще хороших людей гораздо больше, чем плохих, иначе человечество давно бы сожрало само себя с концами, но именно на «хорошем» гниды-элитарии свое податное население и ловят. Ай, да к черту — перед своей совестью я чист, сделал и делаю всё от меня зависящая во имя улучшения мира, а за остальное переживать только нервы портить. Ха, сколько миллионов раз я себе это говорил и еще скажу?

Было бы здорово отпраздновать второе «медальное» место всей делегацией прямо здесь, в Японии. Эти островные карлики украли и извратили нашу культуру, письменность, традиции, учения и кухню, но в последней, нужно признать, добились немалых успехов. Только самый фашистский китаец откажется совершить турне по Токийским ресторанчикам, и дядюшке Вэньхуа бы кусок в горло не полез, но я-то не такой, и всегда рад вкусно пожрать. Увы, локдаун, поэтому наша делегация не стала задерживаться в Японии больше необходимого, и мы дружно, но на разных самолетах, вернулись домой, чтобы наверстать упущенное в Пекине.

Островные карлики неплохо кормят, но кулинарные традиции Поднебесной уходят корнями туда же, куда и остальное — на тысячи лет вглубь веков. Римская Империя еще не развалилась, а наши предки уже почти весь лес вырубили — разве не внушает? И другой факт вдогоночку — когда европейцы открыли Америку и начали везти оттуда ништяки, везли они их не столько на родины, сколько в Китай, чтобы обменять на наши отборные товары. Картошку, между прочим, первыми в мире за пределами Америки начали выращивать и кушать именно китайцы!

— Надоел этот холод, — бурчала Дзинь.

— Надоело мерзнуть бесплатно, — бурчала с ней в унисон Донгмэи.

Наряженные в белые лыжные комбинезоны («Анта») и песцовые пушистые шапки близняшки сливались бы со снегом вокруг, но этому мешали «лыжные» очки и красные шарфики — первые закрывают верхнюю половину лица, вторые — нижнюю.

— Когда о чем-то просит родня, это всегда означает бесплатную работу, — с высоты своего жизненного опыта «успокоил» я сестренок.

Фигня, не сломаются, а на бурчание каждый право имеет.

— Это мы давно поняли! — фыркнула Донгмэи.

Чем старше человек, тем сложнее ему переезжать в другое место. Как и при любом обобщении, здесь есть место исключениям, но тесть с тещей мои из таких. Что Катя, что Сашка в Китае чувствуют себя отлично, а их родители — нет. Что ж, их право. Родню не выбирают, ее просто любят. По крайней мере до тех пор, пока родственничек не становится «семейным уродом» заоблачного уровня — в этом случае не вижу ничего дурного в том, чтобы порвать с ним все связи, потому что взрослому человеку быть источником бесконечных проблем для окружающих как-то неправильно.

Я мог бы просто продолжить засыпать родню по Катиной линии деньгами и подарками, но они — люди гордые в хорошем смысле. Им такое неловко, поэтому гораздо лучше выдать им «удочку» и помочь нагнать на наживку рыбку. В нашем случае — туристическое агентство «Сибирский вояж», собственником которого является Александр Иванович.

Красноярск в плане туризма город неплохой. Центр застроен Имперскими еще зданиями, имеется сеть театров на любой вкус, за шоппинг (хотя я в упор не понимаю нафига китайцам ездить шопиться в Россию, где все дороже, а разнообразия товаров меньше, однако факт — ездят!) отвечают несколько торговых центров, но основной достопримечательностью является конечно же природа. Во-первых — Енисей. Великая сибирская река здесь широка и прекрасна, сам Конфуций велел записаться на дневной круиз и прокатиться по ней. Во-вторых — заповедник Столбы со скалами, нетронутыми лесами, и порой даже медведями. Потенциальная встреча с последними отпугнет клиентов потрусливее, но станет дополнительной заманухой для других.