Павел Смолин – Фантастика 2026-43 (страница 176)

Ян молодец — пока я преумножал славу Китая на высшем уровне, «падаван» занимался тем же на уровнях пониже, взяв два турнира ATP 250 и столько же чемпионатов «ATP 500». Радости полные штаны — и у него, и у Ассоциации, которая надеется к следующему сезону «нагриндить» Яну достаточно очков, чтобы попытаться снова засунуть его на «Австралию Опен», но уже без взяток и политического давления.

Не плошает и «падаван поменьше» — Цай Киу «разнес» несколько ITFоф, и навострил лыжи на попадание к следующему сезону на турниры ATP 250. Сегодня с ним встречусь — я же обещал Цай Киу «снова испытать его через несколько месяцев», а слово надо держать. Помимо него, мой короткий отпуск скрасит свежая партия талантливых ребят, которых нужно «отфильтровать», попытавшись найти алмаз. Хорошо, что женский теннис существует как бы параллельно, и учениц «Женской школы теннисисток Шу Жу» мне «фильтровать» не надо. Но все равно зайду, бывшая «младший тренер» очень об этом просила. Почему бы не пофоткаться и не поговорить со спортивными старшими школьницами?

«Nike», походу, решил взять меня измором — шлют кучи подарков, снабжая их пространными поздравительными письмами и стабильно, раз в неделю, бомбардируя предложениями моих юристов. Предложения в какой-то момент стали прямо вкусными, на голову лучше актуальных, и к ним добавился «выкуп» меня у «Анты» за счет «Найка», но я неизменно отвечаю отказом, чуть ли не в реальном времени наблюдая, как после каждого из них на мой счет капает очередная премия от стремительно наращивающей обороты «Анты». Совсем скоро она станет главной китайской спортивной фирмой, что очень нравится партийным шишкам — отечественный производитель же, не какие-то западные поделки. Ну и что, что и то, и другое в Китае и шьется? Суть-то в бренде. Ну а подарки я не открывая «оптом» отправляю в Цинхуа и Ассоциацию, где их раздают ребятам.

В родной деревне тоже все отлично — просторные загоны для козочек построены, сейчас идет оборудование кожевенной фабрики, тянется собственная железнодорожная ветка для экспорта продукции, а еще заработал в полную (пока — в дальнейшем придется расширять) мощность молочный завод, выдавая козье молоко, не менее козий сыр и прочее.

А главное — наконец-то в деревню прибыли невесты. В первой партии — супруга моего кореша Лю Гуана. Уже беременна, и на следующей неделе мне придется пропустить их свадьбу — в деревню-то я бы съездил, но «сочетаться» они будут в Камбодже, потому что по нашим законам Лю Гуану придется ждать 22-х лет. Я бы тоже так хотел, но увы — будучи крайне публичным лицом, я должен дождаться нужного возраста, потому что «расписавшись» за бугром я как бы покажу свое пренебрежение родными законами.

Сибирские друзья удивили — супруга Петра Ивановича забеременела. Возраст у нее опасный, поэтому с подачи тещи мы отправили их на Хайнань, жить в квартире Оюнов и тщательно «наблюдаться» в тамошнем родильном центре. Я в тамошних врачей, признаться, не поверил, поэтому раскошелился на двухгодичную (чтобы не только Людмила понаблюдаться успела, а еще и жители Хайнаня — они это оценят) командировку туда для крутейшего специалиста из Пекина. Экономика нынче в экономически развитых странах (если принять в расчет только городское население) не располагает к родам в молодом возрасте, и «старородящих», сначала озаботившихся образованием и карьерой дам у нас много, и поэтому выписанный специалист обладает изрядным опытом. Время от времени прошу предков в обмен на «денежные переводы» присмотреть за развивающимся в Людмиле малышом.

Катин брат Вова тоже радует — недавно он взял второе место на краевом шашечном турнире, и скоро поедет на такой в Китай, на кубок Синьцю. Желаю удачи, но в высокие результаты не верю — у нас сильные шашечники и вообще «настольщики». Опыт, однако, в любом случае Вова получит полезный, а еще он теперь плотно засел за китайский язык: мне ничего не мешает и даже не стоит пристроить его в Цинхуа.

А еще я подружился с «донором памяти» Иваном. Давнее уже интервью телевизионщикам понравилось — «Енисей» расщедрился на час двадцать хронометража, а выкупивший материалы «Первый канал» пожертвовал десятью минутами, куда не попало ничего «теннисного», зато монтажеры умудрились запихать в него почти все важное из «общечеловеческого». «Теннисная» часть разошлась по Российским спортивным каналам, и именно они смогли решить простенькое уравнение: Ван запросил в интервьюеры Ивана, а значит, если нанять его в штат и отправлять освещать топовые турниры, «пробиться» к Вану ему труда не составит. Расчет оправдался — Иван и прикрепленный к нему оператор довольно занятно смотрятся в окружении всегда допускаемых ко мне в первую очередь китайских журналистов. Язык потихоньку учит, чтобы по собственному выражению «понимать, когда меня помоями между собой поливают». Да не поливают — мой личный иностранный друг все-таки, и высказаться о нем в негативном ключе — верный способ потерять лицо и распрощаться с карьерой. Надеюсь, Иван в будущем не разобьется тупо из-за недостатка времени и любви к своей новой работе: нравится ему «движуха», новые контакты, новые перспективы и возможность общаться с вершиной теннисного мира. Да, не так, как он мечтал в юности, но главное — ощущение сопричастности к спорту высоких достижений. Даже девушку себе нашел, журналистку из Беларуси, и я надеюсь однажды побывать на их свадьбе — не похоже это на короткий служебный роман.

Регулярная, плотная «бомбардировка» моими рассуждениями российских СМИ и интернета принесла свои плоды: российские мои соцсетки ожили и радуют активом. В гости зовут регулярно, причем не частные лица (это понятно, приятно, но «увы»), а официальные органы. Пока никак — придется русским ждать турнира или хотя бы Ваниной свадьбы. А, стоп, еще же питомник есть — на его открытие в принципе можно съездить, чисто на выходные, Катю к родителям свозить без урона учебе.

Питомник строится нашими, китайскими подрядчиками за мои деньги, то есть — строится жесть как быстро. Местные даже поглазеть приходят, типа временная достопримечательность. Наши строители, в вере в профессионализм которых я расписался во время короткого видеосозвона со всем коллективом (как-то неловко просить мужиков не косячить, получится что я совсем в них не верю), от этого веселятся и наваливаются на работу еще сильнее, демонстрируя чудеса производительности и неутомимости.

Работать питомник будет тоже за мой счет, а жить в нем будут вышедшие на пенсию служебные собаки — их охотно разбирают кинологи, их сослуживцы и простые люди, но хозяев на всех не хватает: собачка обучена, послушна, поможет в трудной ситуации, но все-таки старенькая. Морально тяжело привязываться к питомцу, который умрет через год-два жизни в семье, поэтому лучше завести щенка. Называться заведение будет «Рысь», в честь собаки, которая спасла мою маму. Как я с самого начала и предполагал, питомник красноярцы моментально нарекли «рисовым» — слово похоже, строят китайцы, тут и думать нечего!

А еще в начале апреля по совокупности побед я так влетел на первую строчку теннисного рейтинга планеты Земля. Цель теперь другая, но тоже простенькая: сидеть на этой строчке как можно больше лет. В идеале — до завершения карьеры. В китайской Ассоциации в день моего возвращения в Пекин по этому поводу закатили грандиозный банкет. Председатель Си Цзиньпин оказал нам всем невероятную честь, заглянув «на огонек» на двадцать минут, семь с половиной из которых уделил целиком мне, многословно рассказав, насколько Партия гордится мной, моей семьей и пожелал мне дальнейших побед.

Немного стыдно чувствовать себя верноподданическим холуём, но от речи Председателя меня переполнил восторг, и на глазах выступили слезы. Ну очень приятно было, блин, и все находившиеся рядом в тот момент отнеслись к этому с пониманием и даже добавили мне в репутацию «плюсик»: именно так на товарища Кси и должен реагировать нормальный китаец. Совместная фотка в Председателем получена, а значит я покорил очередную ступеньку на социальной лестнице.

Благодаря Председателю была покорена еще одна, очень важная для меня вершина. В семье должны царить гармония и взаимопонимание, и я был очень рад, что взял с собой на прием Катю и бабушку Кинглинг. Парочки формальных комплиментов Катюшке от товарища Кси хватило, чтобы натянуть сову на глобус, тихонько заявив счастливой до безобразия — нифига себе, такой человек так долго внука хвалит! — бабушке:

— Катя понравилась господину Председателю.

— Хвала Небу! — с широкой как никогда улыбкой ответила бабушка. — Катя хорошая девушка, за эти месяцы она доказала, что достойна тебя.

Быстро же Кинглинг переобулась, но осуждать ее за это я не буду, потому что понимаю: она от чистого сердца желала мне только хорошего, и я рад, что она признала главное — со мной все это время было не «хорошее», а «лучшее»!

Настроенные на Непальское время часы показали 11.56, и я внутренне сжался в тугую пружину, начав с утроенной силой «рефрешить» новостные сайты. В 11.59 появилось то, чего мы с Фэй Го так напряженно ждали: короткая строчка «В 11.56 в Непале началось землетрясение».

— Охренеть! — выдохнул я, откинувшись на диване и вытерев выступивший на лбу пот.