Павел Славский – Архивы НИИиГЕ (страница 5)

***

Наташа стояла перед дверью офиса, где явно проходило яркое действо. Слышался топот, кто-то злой ходил то в одну сторону, то в другую. Говорил, достаточно громко, но неразборчиво.

— На Игоря не похоже, — подумала девушка.

Но всё же ухватилась за ручку двери. Раздался резкий скрежет. Стол волокли по полу. Наташа отдёрнула руку и сделала пару шагов назад. Девушка полезла в сумку за телефоном. Было принято решение звонить Игорю. Драться с грабителями Наталья могла, она пару лет занималась капоэйрой, но не собиралась.

— И чего мы опаздываем на работу? — раздался сбоку голос начальника.

— Игорь! — радостно воскликнула девушка, убирая телефон обратно в сумку. — Там это... И ничего я не опаздываю.

Мужчина встряхнул часы на левой руке и деловито взглянул на них.

— Девять тридцать восемь, — отметил мужчина. — А это значит, что ты опаздываешь на тридцать девять минут.

— Я вовремя пришла, — тут же соврала Наташа. — Там просто это... Нас по ходу грабят, короче.

— Подержи… — Игорь всучил девушке поднос с тремя чашками кофе, а сам прислонил ухо к двери. Послушав пару секунд происходящее внутри, он повернулся обратно к Наташе, взял одну из чашек и сделал глоток.

— Да. Там одна старуха готовится воровать нашу нервную систему.

— Чего?

— Говорю, коллега твоя пришла пораньше и, видимо, знакомиться с рабочим местом.

— А чего она там такое делает-то? — всё спрашивала Наташа, не понимая до конца сути происходящего.

— Это мы сейчас и выясним, — ответил Игорь, стараясь как можно тише повернуть дверную ручку.

В офисе было четыре рабочих места. Столы стояли по углам, но Марфа уже начала перестановку. Один стол она выволокла на середину. И уже вскарабкалась на него, широко расставив ноги. Задрав голову к потолку, она чирикала угольком по панелям.

Игорь стоял, слегка наклонив голову, и молча наблюдал, с лёгкой улыбкой на устах. Наташа же смотрела на Игоря, нахмурив брови. Ей хватило секунды, для понимания, что такое начало рабочего дня ни приведёт ни к чему хорошему. Мужчина повернул голову и посмотрел на свою светловолосую коллегу. Усмехнулся и пожал плечами. Но девушка в лице не изменилась. Она требовала объяснений. Тогда он повернул голову обратно на старуху.

— Марфа Фёдоровна, — наконец начал Игорь, стараясь держать суровый тон. — А что это вы делаете?

— Кто придумал такие ублюдошные потолки? — ответила ему пожилая женщина. — Чертать же невозможно.

— Марфа Фёдоровна! — крикнул Игорь.

Наконец, старушка обернулась, окинула коллег взглядом, и, увидев у девушки кофе, улыбнулась и надумала спускаться. Прошаркав пару шагов по столу. Она застыла на самом краю.

— Ну, чего пялишься? Помоги даме, — приказала Марфа, зыркнув на Игоря.

Мужчина послушно подошёл и протянул руку. Марфа бодро шагнула на стул, а затем и на пол.

— Бардак тут у вас. Никакой защиты нет. С самого утра вывожу, — отчитала начальника старушка, оглядывая взглядом своё творение.

Внутренняя стена была вся исписана письменами и рунами. Руны окантованы фигурами-символами. А из фигур струились ровные линии, тонкие и толстые, вертикальные и горизонтальные. Они растекались вдоль всей стены, устремлялись на смежные. И цеплялись за другие руны, также запертые в фигуры разной геометрии. Всё это было выполнено углем. Достаточно аккуратно, так не каждый художник справится.

— Мы не успели ещё ничего сделать. Отдел только-только создали. Даже не укомплектовали ещё, — оправдывался Игорь.

— Ой, не надо мне... — качала головой старуха. — Кофе лучше подай. А это кто? — спросила она, сделав маленький глоток.

— Наталья. Я сенсор, — сама представилась девушка.

— Сенсор, тоже мне... Где воронка-то? Не вижу что-то я воронки.

— Где воронка? Какая воронка? — завертела головой девушка.

— На лбу твоём, дурном, воронка, — Марфа аж усмехнулась от такой профнепригодности. — Знала бы, что ты такая тетеря, начертала бы тебе сама. Где сидишь?

— Не надо мне никаких воронок. Я и так неплохо справляюсь.

— Ладно, — вмешался Игорь. — Наташа. Вводи Марфу Фёдоровну в курс дела. А я пока съезжу за краской. А то вдруг кто-то зайдёт, — раздал он указания и направился к выходу.

— Купи ещё герань, — начала заказывать вслед старушка. — По три горшка на окно. Всю разную, чтоб. И хомячка, или крыску какую.

— А этих то зачем? — спросила Наташа.

— Можно и голубя или попугая. Но они шумные.

— За-а-чем?

— А если гадость какую на себе принесёшь? М? А так она сразу в тварь уйдёт.

— Так. Понял. Цветочки, хомячки. Всё? Остальное напишите, — уже в дверях Сказал Игорь и удалился, закрыв за собой дверь.

Наташа, наконец, сняла куртку, повесив её на плечи стула, присела и включила компьютер. Ещё раз оглядела чёрные письмена на нежно зелёной краске. С грустью выдохнула и отпила из кружки.

— Давайте устроим вас на работу, — начала девушка.

Марфа, даже оживилась. Встала и поволокла за собой стул. Абсолютно без стеснения царапая дешёвый линолеум.

— Ну давай устроим, — сказала старушка, присев рядом.

— Смотрите. Наше прикрытие «Деревяshка» это компания по продаже сувенирных деревянных магнитиков. Маленькое такое ИП. Поэтому мы снимаем помещение в офисном здании вместе с другими такими же бедолагами. Я тут в должности менеджера. Игорь — директор. Типа, — девушка аж закатила глаза, произнося это слово. — А вы... Вы… — Наташа взглянула в потолок и заулыбалась, — будете художник.

— Художник?

— А что? Талант у вас явно есть. Почему бы женщине на пенсии не быть художником в маленькой компании по производству сувениров. Так и запишем, — Наташа начала нажимать заветные кнопочки. — Художник-дизайнер... Какие ваши ФИО?

— Кривная Марфа Фёдоровна... Слушай. А на кой весь этот цирк?

— Честно… — Наташа наклонилась поближе к старушке, — меня и саму всё это подбешивает. Но так надо. Это прикрытие. Всё должно быть супер чётко. Иначе придётся сворачиваться. Время сейчас такое. Если, например, какой-нибудь дурак снимет вас за работой и начнёт копать. Узнает, где вы живёте, начнёт следить. Куда это бабушка каждое утро ездит? Почему именно туда? А что там? А кто ещё туда ездит? И другие подобные вопросы. А так... Бам! — девушка аж оторвала руки от клавиатуры и подняла их вверх. — А бабуля просто художник. И ездит на работу. И дичь, что она ночью творила это перформанс. Хобби у старушки такое. Такие дела…

— Бардак... — качая головой из стороны в сторону, сказала Марфа.

— Время такое. Вот. Подпишите, — Наташа протянула листочки, выехавшие из принтера. — На каждой странице.

— А дела-то делать мы когда будем? — спросила старушка, поставив последнюю подпись. — Или ты только бумажки печатать можешь?

— А вы-то, что можете? Заговоры?

— За́говоры, на́говоры, приго́воры, привороты, уговоры, сглазы, призывы, изгнания, избавления, заточения, запечатывания, очищения. Читаю и пишу руны. Знаю язык леших и понимаю домовых, — зачитала список своих талантов старушка. Уголки её губ поднимались одновременно с удивлёнными бровями Наташи.

— Ну, теперь можно и за дела, — кивнула девушка и, сделав глоток кофе, полезла в стол.

Девушка вытащила на свет карту района и кристалл, сверкающий на свету выгравированными рунами. Он висел на тонкой, очень длинной серебряной цепочке.

— Ну, давайте поищем, где нечисть бушует. — Произнесла девушка слегка дрожащим голосом и начала подготовку.

Она намотала цепочку между пальцев обеих рук. И сложила кончики пальцев. Большие и мизинцы отставила в стороны. Получилась пирамида, из вершины которой, сквозь паутину серебряных цепей, свисал кристалл, чуть-чуть чиркая о покрытие карты. Руки девушки были напряжены и слегка дрожали. Она не хотела ударить в грязь лицом перед старухой.

«И пусть она столько всего умеет. Я тоже молодец. Именно я нашла тех девочек. Значит, что-то я могу... Старая вредная бабка…» — думала Наташа. А руки тем временем дрожали все сильнее.

— Так, ты и слона в посудной лавке не найдёшь, — сказала Марфа, стоя у окна. Около получаса старушка стояла и пялилась на улицу в полной тишине.

— Иди, проветрись, подыши свежим воздухом. Заодно купи мне ромовую бабу. И себе тоже возьми.

Девушка разобрала пирамиду и откинулась на стул.

— Обычно получается, — тяжело дыша оправдывалась она.

— Иди проветрись, — повторила Марфа, стараясь быть как можно более доброй.

Когда старушка оказалась одна, она взяла из своей сумки нож и, усевшись на ещё тёплое место, принялась резать прямо по столу. Лезвие прорезало ламинированное покрытие. Оставляя тонкую линию. Рядом с ней старушка резала вторую. И, надавив, вырвала кусок, оставляя столярному изделию глубокий шрам. Такими движениями она начертала шестивитковую спираль внутри ромба. А из его углов – тонкие стрелы. И, конечно же, руны. Всё это было ориентировано строго по сторонам света.

Наташа застыла над своим столом с бумажным пакетом в руках.