Павел Шутеев – Мир тишины (страница 5)

– Под городом есть источник, – объяснил Силентиус. – Механизм, который усиливает проклятие. Я хочу… ослабить его. Не разрушить полностью. Дать людям возможность… не знать всей правды. Дать Совету право решать, какая правда необходима, а какая слишком болезненна.

Алекс отшатнулся. Он хочет не свободы. Он хочет контроля. Более мягкого, но всё равно контроля.

– Почему я? – спросил Алекс.

– Потому что ты видишь истину, – ответил Силентиус. – Потому что ты не из этого мира. Потому что твоя честность… чиста. Не испорчена годами жизни в этой системе.

– А если я откажусь?

– Тогда ничего не изменится, – сказал Силентиус. – Люди будут продолжать умирать. Мемориал будет расти. И ты… ты останешься здесь. Навсегда.

Алекс посмотрел на Викторию. Она стояла у стены, её лицо было бледным. Она слышала каждое слово.

– Мне нужно подумать, – сказал Алекс.

– У тебя есть один день, – ответил Силентиус. – Завтра вечером. В подземелье. Там я покажу тебе источник. И ты решишь.

Алекс вышел из храма, и впервые за дни в его груди зажглась не надежда, а холодный, рациональный страх.

Но он не знал, что Маркус слышал часть беседы, стоя в тени колоннады. Маркус, который больше не был охранником, но всё ещё слушал. Слушал и понимал, что его худшие опасения подтверждаются.

ЧАСТЬ VII: НОЧЬ ПЕРЕД ВЫБОРОМ

Третья ночь была другой.

Алекс спал, но его сны были полны образов. Белые здания. Прозрачные стены. Люди, честные с самими собой. И портал. Голубой свет, пульсирующий, как сердцебиение. За ним его мир. Его дом. Его жизнь.

Но когда он протягивал руку к портальной щели, она исчезала. Оставался только белый свет мира Тишины.

Алекс проснулся в холодном поту.

Он встал и прошёл в главную комнату. Виктория сидела у окна, смотря на город в лунном свете.

– Ты не спишь? – спросил Алекс.

– Я редко сплю, – ответила Виктория. – Сон – способ убежать от честности. Я предпочитаю быть честной, даже ночью.

Алекс сел рядом. Их руки лежали на столе. Не касаясь. Просто… рядом.

– Я вижу кошмары, – сказал он.

– О чём? – спросила Виктория.

– О портале. О том, что я никогда не смогу вернуться домой.

Виктория отвернулась, но её рука осталась на месте. Как будто даже это расстояние было для неё вызовом.

– Ты вернёшься домой, – сказала она. – Но ты не будешь тем же человеком, который пришёл сюда.

– Почему? – спросил Алекс.

– Потому что этот мир изменит тебя, – ответила Виктория. – Потому что честность – это трансформация. Потому что, когда ты столкнёшься с правдой, ты больше никогда не будешь тем, кем был раньше.

Она повернулась к нему. В её глазах была странная смесь тоски и страха.

– Я забыла, каково это – хотеть кого-то, – прошептала она. – Это больно. Как рана, которая никогда не заживает полностью.

Алекс хотел взять её руку, но остановился. Она оттаивает. Медленно. Осторожно.

– Виктория, – сказал он. – Если я помогу Силентиусу, если мы ослабим проклятие… что произойдёт с тобой?

Виктория долго молчала.

– Я не знаю, – наконец ответила она. – Но я знаю, что с тех пор, как ты пришёл… я чувствую что-то. Как будто что-то внутри меня… просыпается. Или умирает. Я не могу отличить.

Она встала.

– Но сначала ты должен понять, что выбор – это не свобода. Выбор – это бремя. И когда ты получишь право выбирать, ты поймёшь, что это было легче, когда у тебя не было выбора.

Виктория ушла в спальню, оставляя Алекса одного с его мыслями.

Алекс прижал ладонь к холодному стеклу окна и почувствовал холод, проникающий в его кожу, в его кости, в его душу.

Завтра он спустится в подземелье. Завтра он увидит источник. Завтра он решит.

Или за него решат.

ЧАСТЬ VIII: ЧЕТВЕРТЫЙ ДЕНЬ

Когда наступило утро четвертого дня, Алекс встал и посмотрел на себя в зеркало.

Он не узнал своего отражения.

Его лицо было бледным, почти прозрачным, как матовое стекло стен вокруг него. Глаза пустые. Тело истощено.

Он выглядел как призрак человека, который когда-то был шпионом, охотником, убийцей.

Теперь он был просто человеком. Человеком, который не мог врать. Человеком, который начинал понимать, что честность может быть опаснее любого оружия.

Алекс прижал ладонь к холодному стеклу зеркала и почувствовал холод, проникающий в его кожу.

Молчание имело голос.

И его голос был криком боли.

Когда Алекс спустился в главную комнату, там уже ждали трое. Виктория, Лиана и Маркус. Их лица были серьёзны.

– Что произошло? – спросил Алекс.

– Силентиус отправил гонца, – сказала Виктория. – Встреча перенесена на сегодня днём. Сейчас.

– Почему? – спросил Алекс.

– Потому что Совет разделился, – ответил Маркус. – Часть членов узнала о плане Силентиуса. Они против. Они считают, что любое ослабление проклятия – предательство.

Лиана подошла к окну.

– Город уже чувствует это. Посмотри.

Алекс посмотрел. На улицах люди собирались группами. Их лица выражали не привычное спокойствие, а тревогу. Страх. Сомнение.

– Они чувствуют разлад в Совете, – объяснила Лиана. – В мире без лжи эмоции лидеров… резонируют. Как землетрясение перед извержением.

Маркус подошёл к Алексу.

– Я был в подземелье, – сказал он. – Ночью. Пока все спали. Я нашёл старые проходы. Охранничьи туннели.

– И что ты увидел? – спросил Алекс.

Маркус посмотрел на Викторию, потом обратно на Алекса.

– Там есть комната. С машиной. Или… не машиной. Чем-то живым и неживым одновременно. И в центре…

Он замолчал.

– В центре что? – настаивал Алекс.

– В центре женщина, – сказал Маркус. – Связанная световыми цепями. Её тело… светится. Как будто она источник света. Источник… проклятия.