Павел Шумил – Этот мир придуман не нами (страница 50)
— Какой прогноз?
— Сутки, не меньше, — Марта понимает меня с полуслова.
— Что можешь применить из сильнодействующих снотворных? Есть же у вас такие, от которых все, кто дышат кислородом, засыпают.
— Боюсь, это как раз не тот случай, — вступает в разговор Мухтар. — У прраттов парадоксальная реакция на то, что организм считает ядом. Помнишь, мы антиал на Миу проверили?
Да, это я помню. Прратты вообще не ладят с алкоголем. Пьянеют от малейшей дозы. Их вина слабее нашего пива — пять-шесть градусов. Но им хватает…
Хочу встать, но Миу крепко держит мою руку и что-то бормочет.
— Марта, принеси сахарницу и столовую ложку. Еще — воды на запивку.
— А? Ты хочешь… — убегает. Вскоре возвращается с фарфоровой сахарницей. Перевожу Миу в сидячее положение.
— Открой ротик, маленькая, — отправляю полную ложку ей в рот.
— Теперь запей, — Мухтар подает лабораторный стакан с делениями.
— Еще ложечку.
— Госпожа Линда запретила, — пытается возразить Миу после третьей ложки. — Сахар — это белая смерть.
— Правильно. Но сейчас можно. Мы рядом.
— Четыре, — считает вслух Марта. — Пять… Шесть. Все, хватит.
— Хозяин, я была скверной, гадкой рабыней. Я больше не буду, я исправлюсь, — опять скулит Миу, прижимаясь лбом к моей груди.
— Мы об этом завтра поговорим. А сейчас тебе надо поспать. Сейчас головка закружится, и ты уснешь.
Через четверть часа Миу и в самом деле уснула. Или отрубилась в пьяном угаре — не суть важно.
— Теперь — разбор полетов, — командую я, осторожно укладывая Миу на кушетку.
— Теперь мы имеем… Скоро будем иметь всю необходимую информацию, — говорит Мухтар. — Базовую часть уже получили, но инфа и сейчас идет потоком. К ночи всю информацию сведем в кучку и получим модель. Таких проколов больше не будет.
— А повторная запись? Когда?
— Как только Мухтар закончит модель, — вставляет Марта, — полчаса на перенастройку аппаратуры — и можно писать. Потом полсуток увязывания информации — старой и новой — и Миу будет в норме.
— То есть, все закончится завтра днем. А до повторной записи еще часов семь, так.
— Где-то так.
— А если без повторной записи?
— Миу придет в норму через сутки, может, чуть больше. Но что потом? Снимаем ее с программы или все равно делаем повторную запись? — Мухтар ставит вопрос ребром. — Да, сейчас мы лажанулись. Сильно лажанулись. У Прраттов все оказалось не так. Нервы — как стальные канаты. Но теперь-то мы опытные.
— Подожди. Марта сказала, что ты заканчиваешь модель. Но по плану модель организма прратта должна быть закончена как бы две недели назад…
— Шеф, я же говорила, нам трупа не хватает.
— Подожди, Марта, — останавливает ее Мухтар. — Мы закончили бы модель, но ты привез Миу. И все планы пошли к черту. Я с утра до вечера занимался местной кулинарией, Марта занялась зрением котов. Потом ты отравился, она тебя выхаживала. Прибавь двое суток на курс менталиста. Стаса мы тоже плотно загрузили. Сначала ошейником с телеметрией, затем — составлением обучающего курса. После того, как ты траванулся, он еще шпионов выслеживает. Вообще, мы рассчитывали закончить все к приезду менталиста…
— Понятно… А почему я не знал, что модели нет?
— А ты спрашивал? — обиделась Марта. — Все журналы исследований в открытом доступе. Сел за комп, посмотрел… Влад, нас подвела инерция мышления. Прратты очень похожи на людей. А нервная система, схема передачи сигнала по нервному волокну… Ты слышал о Локусе?
— Водный мир? Планета-океан, да?
— Он самый. Нервное волокно прраттов как у водоплавающих Локуса. Функции натрия и калия по отношению к человеческому как бы зеркальны. Но только в аксонах. На этом мы и погорели.
— Ясно. Все хороши, а я — в первую голову.
Пару минут сидим, молчим, думаем.
— Вот что, братцы-кролики, подготовьте-ка мне по-быстрому курс обучения. Вводный курс врача — до разделения по специальностям. А дальше — полный курс менталиста.
— Шеф, ты что? Это же больше двух часов непрерывной записи. Почти три. Ты сутки никакой будешь, — возмущается Марта. — А смысл? За сутки все и так кончится.
— Это приказ, — рявкаю я, добавив стали в голос. Начинается тихая паника. Стаса отзывают с мониторинга готовить мне обучающий курс. На мониторинг садится Петр. Марта разыскивает самый новый шлем. Точнее, второй, так как самый навороченный, с комплексом стационарной аппаратуры сейчас на Миу. Последние годы мы только им и пользовались.
Учебный шлем нашелся в вещах Линды. Изготовлен всего пять лет назад. Последнее использование — полтора года назад. Тесты проходят нормально. Стас послал на Землю заказ на файлы учебных курсов. Оказывается, варианты мужских и женских чем-то различаются. Земля запрашивает также, для кого предназначаются файлы. Чтоб ускорить процесс, кроме ФИО и своего индекс-кода указываю звание, должность и код уровня допуска. Результат получается обратный: меня на прямую связь вызывает старичок, которого Стас опознает как крупнейшего специалиста в данной области. Почему-то старичка очень интересует, что у нас происходит, и с чего бы такой высокий уровень запроса. Хвастаться неудачей не хочется, поэтому на ходу изобретаю легенду, мол предвижу трудности из-за серьезного различия менталитетов людей и прраттов. Почему не можем дождаться специалиста с Земли? Да потому что ситуация нестабильна, переворот назревает. Владыку уже отравить пытались, и только наше своевременное вмешательство…
А после этой прелюдии от старичка идет информация, что запрошенный мной курс, оказывается, имеет варианты для простых смертных и для избранных, к которым я имею честь относиться как прогрессор с высоким уровнем допуска. Более того, я должен с полной ответственностью отнестись к тому, что получаю доступ к информации ограниченного доступа. Держу морду кирпичом и сообщаю, что секретная информация — это то, чем живет и дышит прогрессор моего ранга, и старичку волноваться нет причин. После чего получаю, наконец, запрошенные файлы.
Кажется, наткнулся на очередную кучку пахучего продукта. Скоро буду знать наверняка.
Ладно, это может подождать. Звоню Шурртху и прошу вечером подбросить до дома Линду. Возвращаюсь в медотсек, поправляю одеяло на Миу.
— Ты понимаешь, на что идешь, смертник? — пытается отговорить меня Марта. — Будешь сутки рядом с Миу чучелом лежать.
— Я не знал, что записи делятся на мужские и женские, — пытаюсь уйти от ненужного, бесполезного разговора.
— И для каждого пола еще до сорока вариантов под различные темпераменты, — убивает меня Марта. — Чем длиннее запись, тем больше факторов надо учитывать. Только короткие записи одинаковые для всех.
— Почему так?
— Это ты мне завтра расскажешь. Я загрузила курс менталиста-практика, а Стас говорит, ты заказал полный курс архитектора информационных массивов. Мазохист-самоучка. Почему вы, мужики, никогда врача не слушаете?
— Кстати, о мазохистах. Что за садо-мазо-бред Миу несла? Что, мол, скверная рабыня.
— А, пустое. Мы сначала с ваших регистраторов спектакль про местных Ромео смотрели. Потом вы с Владыкой погулять вышли, а Стас решил Миу порадовать, дать на папу посмотреть. Ну и посмотрела. Теперь ее совесть мучает, что ты на ней обязан жениться… Шеф, я понимаю, что твой брак усилит наши позиции. Но ты на самом деле?.. Или из политических соображений?
Опять разговор на меня перешел. Надо менять тему.
— Не или, а и. Приятное с полезным. Ты лучше скажи, кто придумал Линде колокольчики в уши? И что за месть такая странная?
Марта хихикает и прячет лицо в ладонях.
— Шеф, ты хоть и контактер, но в женской психологии полное бревно. Спасаешь тебя, спасаешь — хоть бы слово благодарности. Обидел девочку до самых печенок. Линда старалась, ночей не спала — хоть бы раз похвалил. В общем, девочка была настроена на месть очень серьезно. Могла наделать глупостей в зоне контакта, потом вылетела бы из дальнего космоса. Пришлось перехватить инициативу и канализировать ее гнев в безопасное русло. Чтоб и руки были заняты, и голова варианты просчитывала, и было что вспомнить. А результат — не опаснее студенческого розыгрыша. Одно похищение мечей из твоего шкафа чего стоит. Сонный газ в вентиляции твоей каюты, проникновение в противогазах, обыск шкафов, заметание следов и подтирка логов регистраторов. Вернемся на Землю — в легенды войдем.
— Марта! Ты чудо. Я тебе это говорил?
— Говорил, говорил. Линде скажи.
— Она тоже чудо. В перьях.
— Шеф, у меня все готово. Но, может, не стоит? — звучит по трансляции голос Стаса. — Запредельный объем. Я и половины такого никогда не заливал, а Земля мне дважды клизму ставила.
— Считай, что я использую служебное положение в личных целях.
Вытаскиваем с Мартой из кладовки еще одну кушетку. Располагаюсь со всеми удобствами, бросаю взгляд на часы и натягиваю эластичную шапочку студенческого учебного шлема. Марта в последний раз проверяет настройки, по моей команде давит «Пуск». Теперь шлем сверяет параметры моего мозга с данными медицинской карты. Формально проверяет корректность информационных файлов и докладывает о готовности. Второй «Пуск». Включается водитель альфа-ритма, уши словно ватой закладывает, и я проваливаюсь в сон.
Просыпаюсь, скашиваю взгляд на часы. Прошло три с половиной часа. Это при том, что больше двух часов под шлемом медики расценивают как ЧП. Придется прикрывать Марту. Лучше всего Земле вообще не знать об этом эпизоде. Голова пока не болит. Есть такой недолгий период после снятия шлема, когда только-только начинает проклевываться интерфейс к новой информации. Дальше интенсивность нарастания головной боли можно описать палаткой Эйлера. Смотри-ка, раньше я этого не знал…