Павел Шубин – Homo kaleidoscopic. Философия человека 21-го века (страница 1)
Homo kaleidoscopic. Философия человека 21-го века
Павел Шубин
© Павел Шубин, 2024
ISBN 978-5-0062-7823-3
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Создавать себе новые ценности – этого не может
даже лев: но создать себе свободу для нового
созидания – это может сила льва».
Ф. Ницше
Экспансия разума
Предварительные замечания
В последние годы мировая философия пристальное внимание обращает на феномен сознания. И тут же сталкивается с трудностями. Как отмечает В. Васильев, [9] современная мировая философия, получившая название «philosophy of mind» плохо определяет самую себя. Английские слова mind, reason, consciousness близки по значению и, часто, являются синонимами. Тем не менее, направление в философии получило именно название «philosophy of mind», что с большими оговорками отечественная философская общественность переводит как «философия сознания». Философия, конечно, всегда считалась делом туманным, но все же, возможно, современный выбор в пользу термина mind перед термином consciousness (сознание) был сделан неспроста. Сознание (consciousness) – философская категория осуществляющая свой полет в истории философии с самых античных времен. И казалось бы все уже в этом направлении сказано, все разложено по полочкам. Полочки, конечно, разные: у материалистов одни, у идеалистов – другие, но объем знания от этого не уменьшается.
Но, вот в конце века двадцатого, появляются философы, предлагающие свой собственный взгляд на проблему, очерчивающие новое содержание проблемы и независимо провозглашающие новую «philosophy of mind».
Параллельно с этим, среди философской общественности появилось новое направление получившие название виртуалистика. Исходным суждением нового направления может быть признано следующее: «В виртуалистике считается, что порожденное обладает таким же статусом реальности и истинности, как и порождающее, что временность существования не делает событие менее существенным, чем породившее его „начало“. Мир в целом, как и любая его часть, видится таким, в котором события порождаются, действуют, сами порождают другие события, умирают или включаются в другие события и т. д. – и все это реально существует». [15]
Есть ли в них общее?
Думается, что философия сознания, «philosophy of mind» несколько шире виртуалистики, хотя и имеют смысловую связь.
Идя вслед за известными и читаемыми философами и мы попробуем предложить свой собственный взгляд на новую проблему, которую мы отнесем к полю зрения «philosophy of mind».
Постановка проблемы
Философ Альфред Норт Уайтхед однажды заметил, не без иронии, что вся современная философия есть лишь частные комментарии к Платону. Однако, это не совсем так. Современная философия и философия времен Сократа, Платона и Аристотеля – это разные уровни знания, но, все же, сохраняющие внутреннее единство. И это единство во многом поддерживается преемственностью учению Сократа и Платона. Но каждый желает сказать что-то новое и, поэтому, в подавляющем большинстве случаев, современные философы не соглашаются с мыслителями давно ушедших дней и вспоминают о них лишь обращаясь к истории философской мысли, дабы невзначай не повторить уже кем-то и когда-то сказанное.
Несогласие объясняют, зачастую тем простым постулатом, что живший в те годы, пусть и величайший мыслитель, объективно не смог подняться до осознания тех истин, которые открылись современным мыслителям.
Но, вот, возникает какой вопрос: не претерпел ли изменения за все время существования философии сам объект (или один из объектов) философского осмысления? Например, человек. Человек времен античности, средневековый человек, человек нового времени и наш современник из «компьютерного века» – можно ли их, для целей философского размышления принимать за один и тот же объект? Об одном и том же Человеке, об одном и том же человеческом Сознании говорили древние и говорим мы с вами?
Только мы обозначили такой вопрос, как тут же сталкиваемся с самыми противоположными мнениями. Эволюционисты утверждают, что человек сильно изменился, прежде всего физически, а вслед за этим и умственно тоже. Религиозные мыслители скажут, что, наоборот, каким был, таким и остался. Никаких принципиальных изменений. Кто-то заметит, что изменившаяся социально-экономическая формация изменила и человека. Кто-то подобное отметит и про культуру, формирующую сознание человека и «изменяющую» его…
При этом и те и другие сходятся в том, что Человек как объект философского осмысления не претерпел столь значимых изменений, чтобы мыслить древнего и современного Человека как разные объекты исследования. Человек остался Человеком. Его сознание осталось тем же феноменом, что и тысячи лет назад и мыслится как нечто неизменное. Нет в философии понятий «сознание античного человека», «сознание средневекового человека», «сознание современного человека».
Попробуем, понимая, что таким образом встаем на скользкий и трудный путь несогласий и неприятий, подвергнуть последнее утверждение критическому рассмотрению. Не произошло ли в веках истории человечества существенного изменения, самого важного, что есть в человеке, а именно сознания человека? Не изменилось ли сознание внутри себя феноменологически оставаясь неизменным? И не должна ли быть подвергнута корректировке и сама категория Сознание? А, если окажется, что так, то может ли данный феномен повториться и в настоящем и в будущем? Может ли сознание человека, как объект изучения человеком как субъектом познания существенным образом измениться? Измениться не в плане психологии или медицины, а значимо для философа? Или оно статично и должно приниматься любым исследователем как неизменный объект?
Что же может послужить нам отправной точкой в наших рассуждениях? Прежде всего, конечно же, философия Платона, первого выдвинувшего основополагающие на века вперед мысли о сознании человека. Так, вот он разделял душу человека на три части: вожделеющая, страстная (яростная) и разумная. [1] Пришедшее на смену язычества христианство отвергло практически все наработки предшествующей философии противопоставив ей свою средневековую схоластику. Но по вопросу осмысления сознания христиане согласились с Платоном.
Согласно христианскому философу первых веков христианства Евгарию, «разумная душа трехчастна и состоит, во-первых, из разумного начала, которое именуется им просто умом. Во-вторых, желательного начала и в-третьих, яростного начала. Эти три начала или части души взаимозависимы и воздействуют друг на друга». [2]
И действительно, обе точки зрения говорят об одном и том же. Разные для размышления исходные утверждения, но сходный вывод.
Современный взгляд на структуру сознания иной. Современный взгляд выделяет четыре, а не три составляющие структуры сознания. Это сфера чувственного знания и чувственных познавательных способностей, рациональное знание, эмоциональные переживания и ценностная сфера. [3] Некоторые добавляют сюда еще и самосознание. Но нас будут интересовать первые четыре, так как самосознание может расцениваться и как признак разумной сферы. Подобный дискурс существует.
Можно отметить соответствие между тремя «платоновскими» и современными составляющими сознания: рациональное знание соответствует разумному началу, эмоциональное переживание можно сравнить с яростным началом, а ценностная сфера может соответствовать желательному началу. Сфера чувственного знания и познания является новой в устоявшейся веками схеме.
Таким образом, сущность проблемы, на которую мы обращаем в настоящем исследовании свое внимание состоит в следующем: осталось ли сознание человека неизменным, но изменились, конкретизировались и развились взгляды философов на сознание? Или сознание, оставаясь в целом неизменным, внутренне выделило в себе еще одну часть (сферу), что и было отмечено современной наукой?
Человек чувствующий
Почему же философы античности не обратили внимание на столь, по нынешним меркам, значимое, как чувственное познание? У человека античности отсутствовали ощущения и восприятие? Конечно нет. Однако можем предположить, что чувственное знание и познание не играли в то время у человека важного значения. И не играли особой роли в познании.
В основе размышлений Платона положено утверждение, что вещи «сами по себе соотносятся только с самими собой, взятые же в соотношении с другими вещами, принимают качества этих вещей» [4] Окружающий мир воспринимался философом как нечто целое, без необходимости разделения на составляющие части. Философия выстраивалась в рамках отношения субъект-объект и объект мыслился целиком.
«В диалоге „Менон“, Платон на примере мальчика – раба показывает, что знание математики не зависит от образования, оно актуализируется под воздействием наводящих вопросов. Чувственный опыт в этом процессе играет второстепенную роль. Рациональный уровень доминирует. Ощущение даёт информацию о мире вещей, но не даёт ничего познанию подлинных сущностей» [1]
Однако пройти мимо того факта, что сознание является неоднородным образованием философ не мог. Обобщая практический опыт он пришел к выводу о трехчастности сознания. Это оказалось настолько очевидным и универсальным, что сохраняет свою актуальность и в наши дни.