Павел Шлапаков – ПОВЕСТИ НЕЧИСТОЙ СИЛЫ (страница 16)

Ожог на ладони опять начал чесаться. Андрей аккуратно провёл ногтем вокруг него.

…Оказавшись снаружи, Андрей добрался до входа в избу, как смог забаррикадировал двери. После зашёл в гараж, где Сергей хранил мотоцикл и необходимые для поддержания его работоспособности вещи. Его интересовал только бензин. Обильно облил ступени и стену, отбросил канистры, нашарил в карманах спички – хоть где-то зависимость с привычкой иметь в каждой куртке по коробку спичек оказалась полезной.

Руки сильно дрожали, отчего такое простое дело, как зажечь спичку, стало трудновыполнимым. У первой раскрошилась головка, вторая переломалась, третья оказалась бракованной – не успела зажечься, как погасла. На том моменте возникло стойкое ощущение чьего-то присутствия. Повернул голову к дому – сквозь стекло за ним хищными глазами наблюдал Никодим. Только сейчас Андрей ощутил как на улице холодно. Но скоро здесь будет по-адски жарко.

Нужно действовать быстрее – неизвестно, решится ли Никодим покинуть дом через окно в прихожей.

С четвёртой спичкой ничего не получилось – он промахнулся мимо чиркаша, и она упала на землю. Никодим, видимо, понял, что он задумал, раз начал царапать окно, вопя что-то неразборчивое.

Андрей громко выругался и присел у нижней ступени. С пятой спичкой всё получилось и получилось так, что рука остановилась прямо над ступенькой, и огонёк, образовавшийся на головке, коснулся бензина. Тот вспыхнул, и огонь обжог тыльную сторону ладони.

Пламя быстро взобралось к двери, охватило её и продолжило путь по стене. Этого должно хватить, чтобы огонь поглотил весь дом. Никодим дико заорал; зарево отражалось в его обезумевших глазах.

Андрей вернул коробок в карман, перекинул ружьё через плечо и, дуя на ожог, пошёл прочь.

…Выкинул бычок в топку, выключил свет и перешёл в дом.

Пару раз он задумывался: а умер ли Никодим? Может, в самый пик пожара не выдержал и покинул избу? И что, если вернётся отомстить? Андрей каждый раз тряс головой, выкидывая эти мысли. Никодим сильно любил свой дом, и, если ему было суждено сгореть, он останется с ним до самого конца, как капитан на тонущем корабле.

Он тихо зашёл в спальню, прилёг на кровать и облегчённо выдохнул, когда уставшая шея опустилась на мягкую подушку. И через несколько секунд понял, что чувствует запах горелой ткани и не слышит дыхание жены.

– Ира? Ириш?

За плечо повернул её к себе. Ирина опустилась на спину, и у Андрея перехватило дыхание – её горло было перерезано от уха до уха, выпученные, наполненные ужасом глаза смотрели на потолок.

Андрей хотел вскочить, но на щёку легла маленькая ручка, вонзив в кожу когти, и повернула его голову. Над ним стоял Никодим в обугленных лоскутах ткани. В другой руке он держал нож для нарезки хлеба.

– Око за око, урод! Теперь твой дом – мой!

ОЗЕРО СТРАСТЕЙ

К дому бесшумно подкатил «дастер» и дважды посигналил. Денис Рыжов, с нетерпением ожидающий его, подскочил с места, накинул на плечи рюкзак и вошёл в гостиную, где его мать отдыхала после работы в огороде.

– Всё, мам, я поехал!

– Давай, повеселись там. На глубину только не лезь.

– Да не полезу, не полезу. Если только меня туда не утащат…

– Ну ладно, просто будь осторожнее.

– Конечно. – Он поцеловал мать в щёку и вышел во двор.

Время было без двадцати минут пять вечера. Небо стояло чистое, солнце всё ещё палило, но не так нещадно, как в полдень, сухой воздух сушил кожу. Местные жители давненько не испытывали такой жары.

Денис закрыл дверь во двор и сел в автомобиль на заднее сиденье со стороны водителя. Самим водителем был Володя Кравченко, короткостриженый парень спортивного телосложения. На переднем пассажирском, забросив ноги на бардачок, расположилась его девушка, Алёна Королёва, симпатичная загорелая брюнетка. Володя приказал ей сесть нормально; она, вертя между пальцев цепочку, как-то съязвила (как именно, Денис не расслышал), и поставила стройные ноги на пол. Первое, что ощутил Денис, когда усаживался, – стойкий потный запах, который исходил от толстяка Гены Симонова, сидящего рядом. Гена медленно дышал, пристроившись к окошку; видимо, пытался сдержать рвоту.

Денис поставил рюкзак под ноги и поприветствовал каждого: пожал парням руки, а с Алёной поздоровался словесно.

– Ничего не забыл? – спросил Володя.

– Не должен.

– Ну, смотри.

Володя покатил «дастер» дальше. Следующая остановка – лесное озеро.

По пути никто не молчал, каждый поддерживал разговор словом. Начали с оценки своего настроения и продолжили тем, что интересного произошло с ними за ту неделю, что они не виделись, подготавливаясь к сегодняшнему походу (кроме, конечно же, Кравченко с Королёвой, ведь они большую часть свободного времени проводили вместе), об историях, которые слышали. (Денис отметил, как Алёна собиралась что-то сказать, но вдруг закрыла рот. По хитрому взгляду и ехидной улыбочке догадался, что припасла утаённое на потом.) Затем Володя упомянул одну из актуальных сплетен их деревни, после чего начался настоящий словесный переполох: все перебивали друг друга, высказывая свою точку зрения, которую считали истинно-верной, и не воспринимали всерьёз мысли других.

Параллельно разговору Денис наблюдал за проносившимся пейзажем. По этой дороге он проезжал (и проходил) немало раз, но постоянно создавалось ощущение, что окружающее видит впервые. Как это объяснить, он не знал, да и не собирался, и сейчас, так же как много-много лет назад, в далёком детстве, с великим удовольствием рассматривает природные ландшафты.

На лесном озере он бывал с самого детства. Это место, по его мнению, идеальное для отдыха на природе, популярно как в их деревне, так и районе. Люди многочисленными группами съезжались туда провести время вне городской суеты и отдохнуть от повседневных трудностей. Вот только прибирали бы за собой мусор – иногда приходилось очищать территорию от куч из бутылок, окурков, бумаги и прочих отходов. Главный же минус заключался в расстоянии – озеро от въезда в лес отделяло двадцать километров. Для автомобилистов в том проблемы не было, в отличие от пешеходов; самое оптимальное для них решение – устроить ночёвку, чего, разумеется, многие не могли себе позволить.

Для Дениса, Володи и Гены такие поездки на два-три дня стали некой традицией. Каждый год они ближе к июлю отправлялись туда. Только последние два года приходилось сокращать сроки из-за жары. В прошлом году ездили шестнадцатого июня, в этом – шестого. Для Алёны это путешествие первое. Парни обещали показать ей все прелести того места.

Три бутылки минералки стояли в отделении за коробкой передач, так что каждый мог утолить жажду. Ещё одну держал Гена и периодически делал маленькие глоточки. Алёна отпила из одной и заявила, что вода тёплая и от неё становится только хуже. Володя лишь пожал плечами.

– Такая вот жара. Сегодня не только ты у нас самая горячая.

Алёна прыснула от смеха и шлёпнула его по плечу.

– Прекрати!

Не сдержал ухмылку и Денис.

Позже, когда все примолкли, Алёна предложила:

– А почему бы не открыть пиво? Оно должно быть прохладнее минералки.

– Нет, только не сейчас, – ответил Володя.

– Почему?

– Это принципиально, малыш.

Прозвучало это странно и не убедительно, и Денис понимал, почему. Алёна смутилась, но расспросы не продолжила.

Вскоре в животе Гены заурчало. Казалось, что внутри произвели очередь из автомата, а толщина жировых отложений заглушила звук – настолько громким получилось урчание.

– Может, чего-нибудь перекусишь? Всё равно ещё ехать и ехать.

– Не-не, спасибо, Алён, – быстро отмахнулся Гена и натянуто улыбнулся. – Я лучше потерплю.

Алёна посмотрела на Дениса, ожидая каких-то объяснений, но тот лишь пожал плечами; «Я сам их не понимаю», – хотел он сказать этим жестом. Алёна мотнула головой и отвернулась.

Но Денис соврал: он прекрасно их понял.

Дорога плавно повернула направо, дальше следуя вдоль реки. Денис помрачнел. Очень уж сильно его изменило место, которое они вскоре проехали. Он переглянулся с Геной. Тот, несмотря на температуру внутри автомобиля, бледнел на глазах. Денис вздохнул и сел прямо. Точные подробности того, что произошло, начали, как паразиты, налезть на ум. Он пытался затолкать их обратно, в ту область памяти, которую про себя называл «Не открывать!», но не особо получалось. Тогда решил отвлечься на разговор; это помогло – гнусные воспоминания нехотя, но расползлись.

При их основной скорости в сорок километров в час им удалось бы доехать за полчаса, но земляные дороги не обходятся без ям и объездов, посему путь продлился сорок пять минут. Володя остановил «дастер», заглушил двигатель и громко объявил:

– Что ж, дамочки, мы прибыли!

Денис выбрался на свежий воздух первым. Пару раз согнул ноги и руки и потянулся. По забитым мышцам пробежала приятная дрожь.

Ребята вышли на песок. Пляж был шириной в три метра, в длину приблизительно двадцать. Солнечные лучи нагрели песок настолько, что тот обжигал ступни. Володя снял футболку, продемонстрировав остальным накаченный торс, лёг на спину и довольно застонал.

Алёна зашла в воду по лодыжки.

– Какая вода тёплая! – воскликнула, проходя вдоль берега. – А какая здесь глубина?

– Ну, я слышал, что около шестидесяти метров, – сказал Гена, сбрасывая шлёпанцы.

– Шестьдесят метров? Ничего себе!