Павел Шимуро – Знахарь I (страница 23)

Эта старуха ненавидела меня так сильно, что готова была перегрызть мне глотку, если бы представилась возможность.

Понимал почему — в её глазах я был причиной её позора. Причиной того, что Варган узнал правду. Причиной того, что она чуть не умерла на глазах у всей деревни.

Это несправедливо, конечно. Я всего лишь спас мальчика — не я отравил его, не я устроил эту сцену на площади.

Но логика редко имеет значение, когда дело касается ненависти.

Я выдержал её взгляд.

Секунда. Две. Три.

Потом отвернулся и направился обратно к холму.

Не было смысла оставаться здесь и вступать в конфронтацию. У меня были дела поважнее, чем препираться с обозлённой старухой.

Ведь времени было в обрез.

…

Дом Наро встретил меня тишиной.

Я закрыл за собой дверь и привалился к ней спиной. Ноги гудели от усталости, сердце стучало чаще, чем следовало бы. Простая прогулка вниз и обратно вымотала меня, как марафонская дистанция.

Жалкое зрелище.

Оторвался от двери и прошёл к столу. Сел на табурет, уперев локти в колени, и уставился в пол.

Мысли крутились в голове, как белки в колесе. Варган. Элис. Староста. Конфликт, который едва не закончился кровопролитием. Ненависть в глазах старухи.

Я потёр виски.

Ситуация складывалась… непростая. С одной стороны, Варган явно на моей стороне — я спас его сына, и он это помнит. С другой стороны, Элис теперь мой открытый враг. И судя по тому, как Аскер отступил перед охотником, её влияние в деревне не так велико, как казалось.

Но враг всё равно остаётся врагом — даже слабый враг может навредить, если его недооценить.

Я встал и подошёл к полкам с ингредиентами — нужно чем-то занять руки, чем-то отвлечь голову от бесконечного анализа.

Начал перебирать банки — проверять сроки годности, сортировать, откладывать. Знакомая, успокаивающая рутина.

Система услужливо разворачивала таблички одну за другой. Я почти не читал их, просто отмечал: годное, не годное, опасное. Годное — направо, не годное — налево, опасное — в отдельную кучку.

Время текло незаметно.

Свет за окном менялся. Голубовато-зелёное свечение постепенно темнело, приобретая тот серебристый оттенок, который уже видел ночью. Местный аналог заката, если можно так выразиться.

Я закончил с полками и осмотрел результаты своей работы.

Негусто. Большая часть запасов Наро была в приличном состоянии, но ключевых ингредиентов для сердечного настоя не хватало — нужна Пыльца Солнечника в нормальной концентрации, нужен свежий Корень Каменника, нужна была та неизвестная добавка, которую система не могла идентифицировать.

Тупик. Снова тупик.

Я сел на кровать. Жёсткий соломенный матрас скрипнул под моим весом.

Усталость навалилась, как волна — не только физическая, но и ментальная. Два дня в чужом мире, в чужом теле, с чужими проблемами. Два дня постоянного напряжения, постоянной борьбы за выживание.

Лёг на спину, уставившись в закопчённый потолок.

Веки были очень тяжёлыми.

Может, минут пять. Просто закрыть глаза на минут пять…

Стук.

Резкий, громкий, настойчивый.

Вздрогнул и открыл глаза. За окном было темно. Серебристое свечение наростов едва пробивалось через грязное стекло, создавая причудливые тени на стенах.

Сколько я проспал? Час? Два? Больше?

Стук повторился.

Три удара.

Я поднялся с кровати. Голова кружилась от резкого подъёма, перед глазами поплыли тёмные пятна. Пришлось опереться о стену, пережидая приступ.

— Иду, — хрипло выдавил я.

Прошёл к двери, и пальцы легли на деревянную ручку.

Кто там? Староста? Тарек? Или кто-то менее приятный?

Я толкнул дверь.

На пороге стоял Варган — он выглядел иначе, чем на площади. Ярость ушла из его глаз, сменившись какой-то тяжёлой задумчивостью. Плечи были опущены, копьё отсутствовало. В руках он держал глиняный горшок, от которого поднимался пар и распространялся запах.

Боги, какой запах.

Мясо. Специи. Что-то травяное, пряное, невозможно аппетитное. Мой желудок издал позорное урчание, достаточно громкое, чтобы Варган его услышал.

Охотник чуть усмехнулся — первая эмоция, кроме ярости, которую я видел на его лице.

— Благодарствую, — произнёс он.

— За что? — спросил я, хотя прекрасно знал ответ.

— За сына — за Тарека.

Он протянул мне горшок. Я принял его, чувствуя приятное тепло глины сквозь ткань рубахи.

— Это мясо Тенехвата, — Варган кивнул на горшок. — Того зверя, которого я приволок — редкая тварь, сильная. Обычно на такую охотники впятером ходят, не меньше. Но мне повезло, застал его врасплох.

Он помолчал.

— Это мясо полезно для тех, кто ещё не раскрыл жилы. Укрепляет сосуды, кости делает крепче. Простым людям такое редко перепадает.

Я смотрел на горшок, потом на Варгана.

— Заходи, — сказал я. — Негоже на пороге стоять.

Охотник покачал головой.

— Не, лекарь, мне в лес надобно. Проверить ловушки, пока…

— Заходи, — повторил я. — Поешь со мной. Разговор есть.

Он замолчал. Посмотрел на меня оценивающе, как будто пытался понять, чего я хочу на самом деле.

Потом кивнул и переступил порог.

В доме было темно — зажёг лучину от углей в очаге, и тусклый свет разлился по комнате, отбрасывая длинные тени.

Варган сел за стол. Его массивная фигура занимала добрую половину пространства. Он казался неуместным здесь, среди склянок и связок трав, как медведь в кукольном домике.

Я достал две деревянные миски с полки, поставил на стол и разложил еду из горшка.

Мясо было тёмным, почти чёрным, нарезанным крупными кусками. В густой подливе плавали какие-то корнеплоды и травы. Запах стал ещё сильнее, ещё соблазнительнее.

Система развернула табличку, но я отмахнулся от неё — потом посмотрю.