Павел Шилов – Мерцание «Призрака»: Ангелы Смерти (страница 8)

В этой жизни очень много противоположностей, противоречий и антагонистов, но объяснить себе, кто же он был на самом деле: «плохой» или «хороший», не имело никакой возможности.

Говард осторожно продвигался к сквозному проходу конюшни, вдыхая стойкие ароматы сена и отборного дерьма.

Он замер и прислонился левым плечом к стене. Говард вытащил из кармана тактических брюк небольшое зеркальце в стальной оправе и увидел силуэт охранника в строгом костюме тёмного цвета со светлой сорочкой. На лаковые туфли падал тусклый свет лампы, создавая сероватый отблеск посреди стриженой лужайки.

Убрав зеркальце, Льюис вернул пистолет-пулемёт «HK MP-7 PDW» на предохранитель. Плавным движением руки ладонь в тактической перчатке обхватила рукоять боевого ножа и резко выдернула воронёный клинок из пластиковых ножен, расположенных на левом камербанде.

Тихо вынырнув из-за угла, Говард просочился в проход конюшни и в тот же момент резко пригнулся. Охранник был близко, но расстояние для разящей атаки, оказалось слишком большое.

Льюис сжал в левой ладони рукоять обоюдоострого ножа и в следующую секунду оказался заложником заржавших от волнения лошадей.

Сгруппировавшись, он сделал кувырок в сторону и очутился в чистом стойле. Этот факт можно было воспринять, как удачу или просто приятный бонус, но в итоге не имеет никакого значения: умирать с запахом дерьма от своей одежды или нет!

Волнительное ржание лошадей в стойлах не прекращалось, что вызвало настороженность у охранника, остановившегося на мощёной дорожке.

Льюис прижался к металлической перегородке и тихими шагами остановился у перекладины заграждения.

Чуть слышные шаги охранника выдавал стук каблуков туфель о кафельный пол конюшни. Бдительный секьюрити внимательно осматривался по сторонам, всматриваясь в разволнованные морды лошадей.

– Чёртов садовник! – резко выругался охранник. – Опять нажрался, козёл вонючий! Когда этого кретина хозяин выгонит?! – со злобой в интонации, особо не стесняясь эпитетов и формулировок, добавил он.

Внезапная тишина охватила конюшню, хотя никаких видимых предпосылок к этому не было.

Охранник обернулся и поднял левую руку, где в рукаве должна была находится часть гарнитуры рации.

Льюис понимал, что риск нарваться на пулю был слишком велик, ведь, скорее всего, его обнаружили, но бдительный секьюрити не собирался играть в «Рэмбо», рискуя быть убитым, а решил просто вызвать группу быстрого реагирования.

Чуть дотронувшись поверхностью бронешлема о металлическую перегородку, Говард бросил из кармана пару монет на кафель сквозного прохода, что заставило охранника опустить левую руку и потянуться к пистолету в плечевой кобуре.

Медлить или выжидать чего-либо ещё, не имело никакого смысла! Льюис умело воспользовался несколькими секундами своего преимущества и, очутившись за спиной секьюрити, схватил его за подбородок и вогнал лезвие ножа в район ствола головного мозга.

Резкий едва слышный всхлип и тело охранника обмякло, оказавшись в цепком объятие Говарда.

Не вытаскивая лезвие из смертельной раны, Льюис затащил убитого в стойло и сбросил на чистый кафель в углу. Он вытер окровавленное лезвие о пиджак секьюрити и сунул боевой нож обратно в пластиковые ножны на левом камербанде модульного бронежилета.

Волнение у лошадей возобновилось и Говард поспешил немедленно «свалить» из конюшни. Едкий запах каких-то удобрений или средства от вредителей пощипывал Льюису в носу, настойчиво заставляя его чихнуть. Бафф – это не распиратор ил противогаз, а всего лишь тонкая синтетическая ткань, хорошо пропускающая воздух. Поэтому требовать от данного аксессуара невозможного, может только конченый идиот!

Говард пригнулся и возобновил движение по выбранному им маршруту. В голову неустанно лезли воспоминания, возвращавшие его в Конго, где закон, в прямом смысле этого слова, одна большая «условность», как и во множестве других стран Центральной Африки. Это всегда был сложный регион, где террористы легко могли устроить атаку с применением нервнопаралитического газа, уносившую жизни не только местных жителей, но и тех, кто пытался им помочь. Льюис прекрасно знал, что эта «помощь» – одна большая мистификация, ведь в подобных условиях можно с лёгкостью проводить любые исследования вакцин и препаратов неясного назначения. ВОЗ и Красный крест всегда придерживались своих интересов, ведь, бескорыстно в этом мире, практически, ничего не делается!

Белая пена, застывшая на уголке рта, трясущиеся в конвульсиях тела, лихорадка и множество других проявлений агонии, оставались в памяти Говарда.

Атака зарядами гранатомётов, грохот пулемёта, установленного в кузове ржавого пикапа, осколки, летящие в разные стороны после взрыва, и шальные пули, свистящие над головой; всё это и есть настоящая Африка. Тишина в тех местах живёт лишь в глубине джунглей, где лунный свет струится на листья деревьев и высокую траву, а звуки ночных хищников щекочут нервы.

Льюис двигался вглубь виллы, перепрыгивая через коротко постриженные кустарники. Он прильнул к невысокой декоративной изгороди и вытащил из подсумка на модульном бронежилете небольшой монокль. Говард быстро оценил обстановку, руководствуясь, как своим разумом, так и инстинктом самосохранения. Для него было не секретом, что время поджимало и нехватку одного из охранников скоро заметят и пошлют поисковую группу, которая едва ли будет вооружена лишь пистолетами в лёгких бронежилетах скрытого ношения.

Территория у дома была окутана ночной темнотой, а трели поющих птиц, живших где-то на ветках многочисленных деревьев виллы, воспевали красоту и роскошь, царившую повсюду.

Каменные мостики через небольшие декоративные водоёмчики, альпийские горки, клумбы с цветами и две беседки, выполненные из дерева и окрашенные белой краской; на всё это великолепие можно было смотреть бесконечно. Одним словом, дизайнер хорошо знал свою работу и точно не остался без внушительного гонорара.

Архитектурный комплекс представлял из себя дом средних размеров, два гаража и несколько хозяйственных построек, где оригинальные дизайнерские решения добавляли вилле уюта. Каменные стены были местами выложены дорогой плиткой работы португальских мастеров, дополнявшую авторские флористические решения, исполненные в виде кованых креплений для горшков с вьющимися растениями. Домик для охраны находился чуть в стороне от основного комплекса, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания.

Говард перевёл взгляд на площадку у парадного входа в дом, где круговое движение, украшал фонтан с амурчиками. Рядом стояли несколько припаркованных машин и одна из них была чёрным «Мерседесом» представительского класса с номерами Ватикана.

Охрана спокойно прогуливалась у фонтана и парадного входа, двери которого были открыты настежь. На крыше и балкончиках никого не было, что вызывало у Льюиса двойственное чувство и объяснить его он не мог. Опыт – вообще нельзя объяснить! Им просто пользуются, а не размышляют над целесообразностью того или иного!

Говард убрал монокль в подсумок на модульном бронежилете и опустил ПНВ на глаза. Его левая рука вытащила из подсумка на камербанде ЭМИ-гранату и, плавно выдернув чеку, он метнул её на расстояние порядка двадцати пяти метров. Раздался небольшой шум и свето-поглощающие частицы разлетелись в разные стороны. Освещение тут же замигало и потухло. Льюис схватился правой рукой за пистолетную рукоять «HK MP-7 PDW» и, перемахнув за каменную изгородь, стал двигаться к площадке с круговым движением, где стояли ещё две машины, помимо «Мерседеса» кардинала.

Охранники озадаченно переключили своё внимание на освещение, которое помигивало чуть заметным светом, как при перегрузке электросети.

Говард расчётливо воспользовался лёгким замешательством секьюрити и прошмыгнул мимо площадки с фонтаном и автомобилями. Кустарник помог ему остаться полностью незаметным и приблизиться к запасному входу в дом, где поблизости находилась беседка посреди небольшой лужайки, окружённой кустарником и узенькими декоративными дорожками.

Охранники озадаченно продолжали смотреть на освещение, сопротивлявшееся с нестабильностью электросети. Легкое недоумение и настороженность овладели ими, но не застали их врасплох.

– Гвидо! Что с освещением? Его коротит. Проверь электрощит и возьми с собой Зденека. Не нравится мне всё это.

– Здесь не только с электросетью проблемы. Камеры наблюдения так же глючат.

– Будьте осторожны! Внимание, всем охранникам! Запрашиваю немедленно статус!

Говард слышал переговоры настороженных секьюрити. Ещё немного и они всё поймут и обнаружат мёртвого коллегу в конюшне. Время не просто поджимало, а оно буквально сгорало подобно спичке. Его левая рука вытащила из подсумка на камербанде ещё одну ЭМИ-гранату и, выдернув чеку, Льюис метнул её в район запасного входа. Освещение стало сильно мигать и в итоге почти полностью затухло. Камеры видеонаблюдения, как и датчики движения, на время перестали работать.

Оторвав правое колено от газона, Говард в пригнувшемся состояние стремительно ринулся к запасному входу, украшенному декоративной лепниной в виде витиеватого узора. Его сердце билось всё сильнее и сильней. Адреналин, подобно наркотику, затмевал разум, оставляя Льюису лишь его собственный инстинкт. Стоило ли использовать ЭМИ-гранаты при взломанной системе безопасности и установленном «тайм-ауте» для камер, вопрос был сложным. Говард всегда настороженно относился к любой технике и, как человек из XX века, больше доверял тому, что не имело электронных мозгов.