Павел Шилов – Мерцание «Призрака»: Ангелы Смерти (страница 36)

Грибов развернулся и пошёл прогулочным шагом в развалку обратно. Он сунул правую руку в раскрытый карман сумки-чехла и нащупал пальцами «маячок». Алексей зажал его в кулаке и потянулся в левый карман ветровки за мелочью. Без нескольких монет в кармане Алекс никогда не оставался. Пусть этот трюк был стар, как сам мир, но эффективность его от этого не исчезла.

Он дошёл до машины Хабарова и выронил из левой руки монетку. Грибов тут же присел на корточки, собираясь поднять выроненную монету, и незаметным движением закрепил «маячок» внутри колёсного диска. В данном случае, шансов, что Петрович быстро его не обнаружит было вдвое больше, но рассчитывать на это было глупо, как и немедленно активировать «маячок».

Алекс убрал монету в левый карман ветровки и продолжил свою пешую прогулку. Он понимал, что ещё немного и его «засветят». Чужак, снующий по одной и той же улочке с полным отсутствием какого-либо смысла, вызывает огромное подозрение, даже, если это «идиот-турист» или «придурок-фотограф».

Хабаров вышел из дома и запер входную дверь. Он вытащил из нагрудного кармашка пиджака солнцезащитные очки в пластиковой оправе и надел их. Петрович подошёл к своей машины и снял её с сигнализации. Пальцы правой руки расстегнули пуговицы пиджака, и он сел за руль. Запустив двигатель, его правая ступня плавно нажала на педаль газа. Хабаров аккуратно проехал мимо какого-то чудика с фотокамерой, поднявшего голову вверх и повернувшего её чуть в сторону.

Грибов поднял фотокамеру и, закрыв ей лицо, начал делать снимки. Машина Петровича скрылась за изгибом улицы и Алексей направился к входной двери его дома. Он понимал, что времени в его распоряжении будет по минимуму, а значит, терять даже лишнюю минуту станет преступлением!

Сунув правую руку в карман, Алекс нащупал отмычку. Он прижался к двери и быстро вскрыл замок. Проникнув в дом и закрыв за собой входную дверь, Грибов быстро пробежался глазами по минималистичному интерьеру. На установку средств прослушки и видеокамер ушло у него не более пятнадцати минут. Ставить много «жучков» было бесполезным и дорогостоящим делом. Ведь, за каждым из подобных спецсредств шёл строгий учёт, что порождало ворох ненужных проблем.

Алексей покинул дом Хабарова и, заперев входную дверь, прогулочным шагом направился к своей машине, с облегчением думая о том, что играть роль «придурка» больше пока не понадобится…

Романов вышел из кабины лифта и прошёл к лестнице, по которой спустился на пол этажа вниз. Купольная видеокамера у двери в тамбур молча поприветствовала его, подмигнув красным огоньком. Он вытащил из бокового кармана пиджака небольшую связку ключей и открыл сувальный замок. Андрей вошёл в тамбур, где были четыре квартиры, находившиеся на балансе ведомства, как конспиративные, и закрыл за собой дверь провернув «барашек» врезного замка. Итальянские замки всегда считались одними из лучших в мире, а вместе с бронированной дверью, прибавляли стойкости «крепости».

Призрак открыл врезной дверной замок с «плавающей» секреткой и вошёл в квартиру.

– Доброе утро, командир! – выйдя из кухни в коридор с кружкой чая в руке, произнёс старший офицер управления «С».

– Здорово, Илюха! Кадровый дефицит? – пожав руку майору Барсукову, произнёс Романов и улыбнулся.

– Ну, почему же, дефицит?! Заскучалось! Вот и решил подменить, так сказать, – отхлебнув горячего чая из кружки, добавил Илья и расстегнул вторую пуговичка на футболке-поло.

– Как наш гость?

– Десять минут назад спал. А так, провёл бессонную ночь. Да, собственно, в этом нет ничего удивительного! Нервы то они не железные, даже когда думаешь, что в тебе живого ничего уже не осталось, – поправив, по привычке, пластиковую кобуры на боевом поясе, из которой торчал «Glock 19», сказал Жданов и вернулся на кухню.

Андрей не знал, что добавить к сказанной фразе, и прошёл в одну из двух комнат. Мистер Миллс спал на диване, ерзая по подушке головой. Он лежал на левом боку, а правая рука была сжата в кулак. На висках были видны малюсенькие капли пота, проступившего от нервного перенапряжения, не желавшего покидать тело супервайзера ЦРУ.

Романов взял деревянный стул, стоявший рядом со столом, и поставил его на небольшом расстоянии от дивана. Андрей подошёл к окну и приоткрыл фрамугу, впустив в комнату свежего воздуха. Он сел на стул и тихонько дотронулся правого предплечья Миллса.

Ник резко вздрогнул и, открыв глаза, осмотрелся по сторонам.

– Доброе утро! – улыбнувшись, произнёс Призрак.

– Это вы?! – с облегчением произнёс супервайзер ЦРУ и сел на диване, спустив ноги на пол. – Доброе утро!

– Как вы себя чувствуете? Что-то вам нужно?

– Как я могу себя чувствовать, вы хорошо знаете! Спасибо, ничего не нужно! – потерев с силой ладонями лицо, ответил Ник, пытаясь сбросить с себя остатки сна.

– Нужно, мистер Миллс! Очень нужно! – вдумчиво, добавил Романов.

– И что же это? – теряясь сам в себе, спросил Ник.

– Любому человеку нужен покой! Жить одним днём всё-таки веселее, чем одной минутой! – сосредоточенно посмотрев Миллсу в глаза, ответил Андрей.

– Видимо, вы большой знаток жизни, раз знаете, что кому нужно, – с лёгкой издёвкой в голосе заметил Ник.

– Должен вас разочаровать! Как гласит народная мудрость: «Сапожник без сапог». Это тоже самое, что знать, что делать, но к себе это остаётся неприменимо.

– У вас в России странный юмор!

– Не странней вашего, мистер Миллс, – с юмором добавил Андрей.

– Когда может решиться мой вопрос? – встав с дивана и подойдя к окну, спросил Ник.

– Это не быстро, и для вас это не секрет! Нам нужно знать, где хранится остальная информация, которую вы хотите нам предоставить в обмен на политическое убежище.

– Хорошо! Я скажу! – обернувшись лицом к Романову, сказал Миллс и обхватил ладонями пластиковый подоконник. – Все материалы хранятся на накопителе в депозитной ячейке «UBI-Banca» в Риме. Ключ, пароль и номер депозита я готов предоставить в любое время, но мне нужны гарантии, разумеется!

– Даю, вам слово, что сделаю всё зависящие от меня, чтобы решить эту проблему! Полковник Громов тоже сделает всё, что от него зависит. Остальное – чистая бюрократия и вам это хорошо известно!

– Хорошо, я дам вам ключ от ячейки, как гарантии со своей стороны, – произнёс Ник и подошёл к столу, на котором лежали его несколько личных вещей, прошедших полную проверку на всевозможные шпионские гаджеты. Он снял со связки ключей увесистый керамический брелок в виде статуи «Свобода» и резким движением руки ударил им об стол. Оболочка из керамики рассыпалась и на столе оказался небольшой ключ. Миллс взял его пальцами правой руки и молча отдал Андрею.

– Спасибо, за доверие! – встав со стула, добавил Романов и взял у супервайзера ЦРУ ключ.

– Следующий ход ваш! И постарайтесь, не медлить с ним, – сказал Ник и сел на диван.

– Сделаю всё, что смогу! – убрав ключ во внутренний карман пиджака, произнёс Романов. – Отдыхайте! Силы, вам ещё понадобятся.

Андрей вышел из комнаты и попал в коридор, где прихожей уделялась мало площади.

– Покидаешь, нас? – с лёгкой саркастической улыбкой на лице, спросил Жданов.

– В этой жизни всё временно, Илюха! Будьте начеку! Рано или поздно, но каким-то образом информация о месте нахождения нашего гостя «протечёт». Это закон жанра! – вдумчиво, ответил Андрей и покинул квартиру…

Грибов завернул в открывшиеся ворота посольства, располагавшегося в центре города на вилле Абамелек. Огромная площадь миссии лишь немного уступала в размерах Ватикану, находившемуся, можно сказать, по соседству. Разнообразие построек на территории потрясало своим количеством. Классический итальянский дворец соседствовал с церковью, больницей, школой, спорткомплексом, театром и футбольным полем, где можно было погонять мяч, отрешившись на короткое время от разного рода проблем и задач.

Алексей проехал по дорожке и заехал на парковку. Он заглушил двигатель и затушил в пепельнице окурок сигареты. Мечта о чашечки «эспрессо» становилась всё сильнее и сильнее, хотя сейчас думать о такой ерунде было смешно. Алекс поднял рычаг стояночного тормоза и вылез из своего «Фиата». Его взгляд машинально нашёл на парковке «Фольксваген» Хабарова, стоявший под деревом в тени, а значит, Петрович был уже на своём рабочем месте.

Грибов закрыл дверцу машины и поставил её на сигнализацию. Энергичным шагом Алексей прошёл к входу в резидентуру, где не было никаких опознавательных знаков, и вошёл в безликую тёмную дверь. Он попал в небольшое фойе и подошёл к турникету. Дежурное освещение, как всегда, вызывало апатию и желание поскорее свалить к себе в кабинет.

Алексей запер свой смартфон в личную ячейку хранения и направился к лестнице, которая вела на подземные этажи. Тайнам всегда было место под землёй, где легче потерять себя, чем обрести, а обретая потерять!

Алекс спустился на первый подземный этаж по ярко-освещённой каменой лестнице и попал в длинный коридор из замутнённых стеклянных стен, где располагались кабинеты, техническая служба, аналитический отдел, зал для брифингов. На втором подземном этаже находились: изолятор, допросные, оружейная комната, склад и многое другое.

Притушенное дневное освещение коридора, в котором уже вовсю кипела работа, затихавшая лишь на несколько ночных часов и то с большой натяжкой. Рим – был сложной точкой на карте мира. Италия всегда имела для разведывательной деятельности особый стратегический смысл. Ведь, недаром существовала пословица: «Все дороги ведут в Рим»!