Наверное, она нас привела туда с отцом.
Когда мы заблудились, он твердил:
«Иди, иди – вон женщина идёт.
Кажись деревня рядом, скоро выйдем».
Сын
– Мама, мама, она улыбается.
Кличет меня и зовёт с собой.
Мамочка, мама, видишь, батько наш!
Да вон и дед мой и кто-то другой.
Все они рядышком, слитые вместе.
Что это мамочка, что?
Мать
– Не знаю я. Ох, сын, не знаю.
Здесь что-то тёмное, я не пойму.
Сын
– Ой, мама, мамочка, здесь корень древа.
Смотри, смотри на сто веков назад.
Какие были мы, какие наши дети.
Всё, всё, как на экране чёрно-белом.
Она мне показала, кто я есть.
Мать
– Так кто же ты, Серёжа?
Сын
– Я негодяй. В крови моя душа и руки.
Мать
– Ах, Катька, Катька – злобная душа.
Зачем ты это показала?
Зачем ушла от Бога Ты?
Из-за шторы выходит ведьма.
– Да, чтобы мстить вам,
Я ж его любила, а он ушёл к тебе.
А как же сын мой —кровь его и плоть?
Родился хилым и нервозным.
Всё от того, что я переживала.
И вскоре умер он, тогда пошла я к бабке.
Она сказала мне, что делать.
И тут же умерла, счастливая
А я хожу, душа моя в усладе.
Послала Василька в Чернобыль.
Он радиацию схватил, потом злодейство совершил.
Не отмолённое веками, и вот он здесь.
Сын
– Ой, мама, мама, смотри мой предок.
Князь Шауров, людей казнит в овине этом.
Вон извивается на дыбе человек, а вон ещё.
Он ожигает сталью раскалённой
Своих врагов и песенки поёт.
С ним двое мужиков – глаза кровавые,
Берут покойников, в болоте топят.
А рядом, рядом крик и стон людей,
Которых выгнали смотреть на казнь и муки.
Мать
– Да сколь ж это было лет назад?
Сын
– Не знаю мать – мне кажется, столетия
Прошли с тех пор, но видишь, до сих пор
Там всё бурлит и стонет неуёмно.
Как страшно, мама, видеть свой порок.
Конечно, он не мой – моих он предков.
Но нити тянуться ко мне и дальше.
Ведьма
– Ну что, Серёжа, ты доволен
Видением этим, я могу продлить
Чарующие эти провидения.
Как жили предки в ужасе и зле. 
