Павел Шершнёв – Сборник рассказов. Том 4 (страница 22)
– Что-то не так? – поинтересовался Олег.
– У тебя была в начальных классах тема «Круговорот воды в природе»?
– Конечно, как без этого.
– Я прошёлся к истоку речушки…
– И?
– И… Она идёт из-под земли.
– Ну, родник.
– Родник? Ты знаешь, как он возникает?
– Вы лучше спросите меня, что такое стрептококк.
– Понимаю, что ты рос уже в другое время и твоё образование в другое русло заточено… Родник возникает, если основной резервуар воды находится выше, чем он пробивается.
– Ну, ведь идут дожди.
– Не столько, сколько вытекает воды по речке. И выше неё, откуда она могла бы взяться, ничего нет.
– Договаривайте.
– Моё предположение, что она создана искусственно.
– Это как? – не понял Олег: Пришельцы по трубам нам пресную воду подают?
– Не знаю… Давай вместе сходим – покумекаем. Умнее нас никого тут больше нет. Только мы вдвоём как минимум среднюю школу закончили. У рептилоидов мы уже всё доделали, можно домой возвращаться.
– Предлагаете вернуться домой через начало речки?
– Почему нет?
– Хорошо. Утром через неё пойдём.
Олег отломал кусочек поджаренной рыбы и положил в рот, смачно прожевал и повернул голову к деду:
– Пётр Алексеевич, а Вы кем работали в своём параллельном мире?
– А ты сам как думаешь?
– Электронщик или какой-нибудь научный сотрудник.
– Угадал. Только я руководил научными сотрудниками и у меня докторская степень образования.
– Ух ты! А какая у Вас фамилия, а то Вы раньше никогда её не упоминали?
– Пимонов.
– Доктор Пимонов. Как звучит, а!
– Я не зазнайка и не болею звёздной болезнью. Просто Пётр Алексеевич.
– А у Вас «там» были друзья?
– Если честно, то только один. Остальные уважающие меня коллеги.
– Скудно…
– Так я постоянно со своими планами. Вечно какие-нибудь задумки, которые я пытался воплотить в жизнь. Меня приглашали и в гости, и на отдых или в баньке погреться, но я же вечно занят, не до этого было. Хотел удивить мир своими изобретениями. А у тебя много друзей?
– Пока был в школе и медучилище, были. А когда переехал в Горнозаводск, то понемногу перестали перезваниваться, переписываться. Сейчас есть один друг в больнице, Саша. Хотя, нет… Он скорее, так же как и в Вашем случае, просто коллега.
– Вот видишь. Не просто иметь настоящих друзей.
– У Вас один настоящий друг. Что-то делали вместе? Кто он? Тоже доктор наук?
– Да, тоже доктор. Разин Николай Филиппович. Вместе работали, был моим замом.
– Почему был?
– Потому, что в последний раз я его видел больше тридцати лет назад, пока сюда не попал. Я же не знаю, что теперь с ним.
– Довольно редкое отчество… Филиппович… А он тоже в Горнозаводске жил?
– Да, мы оба местные были. Вместе закончили радио училище, вместе поступали в институт, вместе защищали докторскую работу и работали. Только у меня квалификация выше была и меня поставили старшим над технической группой специалистов, а его собственно моим замом. В восьмидесятых, когда начали урезать расходы на проекты, мы вместе решили самостоятельно попробовать состряпать что-то «эдакое». Помозговали, как мог бы выглядеть переход в параллельную вселенную, и решили посоревноваться, у кого получится хоть что-то. Он приходил ко мне, смотрел, что у меня получается, делился своим мнением. Потом я к нему. У нас были разные подходы к разработкам. Он любил всё делать более миниатюрным и на самых передовых компонентах, а меня устраивали более старые, громоздкие и надёжные запчасти. В итоге я переделывал свою конструкцию несколько раз и последний мой итоговый генератор он не увидел, а я оказался в этом мире и не смог вернуться обратно. Интересно, как у него сложилась жизнь.
– Я думаю, у доктора Разина всё в порядке. Работает на каком-нибудь оборонном заводе старшим над технической группой сотрудников. Хотя он, скорее всего, уже на пенсии.
Дед усмехнулся:
– Старшим? Он не любил руководить. Говорил, что это не для него и что он лучше будет простым инженером, но будет что-то творить своими руками.
– Время идёт, люди меняются. Вы ведь тоже изменились за эти тридцать лет.
– Не спорю, но только не он…
Рыба обглодана, заночевали в поселении рептилоидов.
Утро. Пётр Алексеевич расталкивает Олега:
– Плохо спал, что ли?
Олег открыл глаза:
– А что?
– Солнце давно уже встало…
Олег выглянул в дверь. Из-за горизонта поднималась Тейя, значит, дело шло к полудню.
– Ого! Вот это я дал. – протёр глаза Олег.
Вышли из дома. Рептилоиды занимались своими делами. Пётр Алексеевич показал жестами вожаку, что им пора возвращаться домой, а тот начал показывать, что он хочет их отблагодарить.
– Ничего не надо. – начал показывать ему дед: Вы нам тоже в своё время помогли.
Наконец-то, отвязавшись от вожака, они зашагали к истоку ручья. Отмотали два с лишним километра. Вот исток, каменный навес из-под которого выходит вода. Дед приложил ухо к камню этого навеса и начал прислушиваться:
– Мне кажется, что там какой-то моторчик работает…
Олег тоже приложил ухо к камню:
– Не знаю, я ничего не слышу. Может если опустить руку в воду можно будет почувствовать вибрации?
Дед прямо с выхода ручья опустил руку и закрыл глаза. Говорят, если не смотреть и не видеть, то звук и вибрации чувствуются намного лучше.
– Есть какой-то такт. – произнёс Пётр Алексеевич: Прямо чувствуется биение лопастей.
Олег тоже опустил руку в воду:
– Вам, конечно, виднее, но я ничего не чувствую.
– Блин! Ну как тебе доказать? – засуетился дед: Стоп! Если там лопасти, то если туда закинуть большой камень, то что-то можно будет услышать от его соприкосновения.
Дед выбрал камень поувесистей: