Павел Шершнёв – Сборник рассказов. Том 3 (страница 19)

– Слушай, мужик, я дурак! Могу и по-плохому.

– А какой я могу быть дурак, ты и не подозреваешь! Могу так дать, что в травматологию не на один месяц попадёшь.

Я огляделся. Железнодорожный район. Нет, к этому участковому не хочу попадать. Сплюнув в сторону мужика, я продолжил путь. Мужик, тоже пошёл своей дорогой.

За вокзалом находилась церковь. Верующие понемногу стекались в неё. Возле ворот и на лестнице стояли старушки со своими стаканчиками и просили подать. Я пристроился к ним и тоже пытался тянуть к подающим свой стаканчик. Иногда даже перепадало. Я находился немного ниже по лестнице, чтобы подставлять свой стаканчик пораньше идущим в церковь. Один, видимо студент, просто проходил мимо церкви и остановился, чтобы её сфотографировать. Я подошёл к нему со стаканчиком:

– Подайте, пожалуйста.

Он оглядел меня:

– Работать не пробовал, дядя?

– Пробовал, пока не нашёл своё призвание. Бог велит давать просящим.

– Я не крещённый, мне пофиг. Вон тем старушкам могу подать, у них пенсия не позволяет нормально питаться. А вот ты… Тебе сколько лет? Сорок?

– Тридцать… – призадумался я. А сколько мне уже лет-то? Тридцать с мелочью…

– Тридцать? – призадумался он: Паршиво выглядишь. Наверное, ни жены, ни детей. Даже цели в жизни нет. Бухаешь! Главное чтобы день прошёл. А дальше?

– У меня есть цель. Хочу жить хорошо.

– Это заслужить надо и заработать.

– Мне родители не дали образования нормального. Вот и у меня не сложилось.

– Причём здесь родители?

– Они пили. И меня в это втянули. Обстановка видите ли была для меня неблагоприятная.

– У меня родители тоже сильно выпивали. Это ведь исключительно от тебя зависит, каким ты станешь. Мне трудно было учиться, помочь было некому. Я сам подходил к учителю и просил её мне объяснять. Сам до всего доходил. Закончил школу на отлично. Поступил на бесплатное обучение в институт. А вот такие как ты, которые вечно ноют, что не дали, не помогли, только отвращение вызывают. Покой только в выпивке находят. Нет в тебе внутреннего стержня, без него ты никто. Просто как-нибудь глянь на себя в зеркало. Во что ты превратился в свои тридцать. Ты ведь что-нибудь умеешь? Где-то же учился?

Парень ушёл. А что? Он прав. У меня нет ничего. Ни дома, ни жены, ни детей, ни малейшей цели. Даже работы нет. Светка вон, сама всего добилась: школа на отлично, институт. Сейчас работает в нормальной компании, получает достойную зарплату. С мужем и детьми ездят на отдых постоянно. А я, что, достоин грязных обоссанных штанов? Наверное, достоин… Трясучка и головная боль поутихла. Я раздал собранные за утро в стакан деньги бабкам возле церкви и направился в сторону дома. Проходя мимо остановки, зацепило наклеенное объявление со словом «Требуются». А что там?

Требуются дворники и сантехники в ЖКХ. У меня ведь руки «золотые» были… Вот именно, БЫЛИ… Я сорвал объявление и пошёл по этому адресу. В подвале дома сидела начальница этого ЖКХ. Увидев такое чудо как я, она сморщилась:

– Заблудился?

– Нет. – протянул объявление я: Вам работники нужны?

– Нужны. Но от тебя работником не пахнет. Проспись, приведи себя в нормальный вид и приходи с документами… Посмотрим. Будешь бухать, сразу за порог.

– Я приду на следующей неделе, оставьте для меня место, пожалуйста.

Она ничего не ответила, только глазами указала на дверь.

Выйдя из подвала ЖКХ, я твёрдо решил: «Начинаю новую жизнь!» Привести себя в порядок… Так для этого деньги нужны. Можно металлолом сдавать. Весь день посвятил сбору всяких алюминиевых банок и другого цветного металла по городу. К вечеру присел отдохнуть около одной помойки. В животе неумолимо выл и рычал невидимый зверь. Одна бабушка, выкидывая мусор, услышала это. Она оглядела меня:

– Что сынок? Тяжко?

– Уже нормально, справлюсь.

– Пойдём, я тебя накормлю.

– Не нужно. Правда, всё уже хорошо.

– Я дважды не буду предлагать.

Живот в этот момент опять взвыл. И я покорно пошёл за ней:

– Спасибо большое.

Марья Ивановна жила в однушке на первом этаже одна. Я оставил сумку со своим драгоценным металлом в коридоре и прошёл на кухню.

– Нет. Сначала иди, умойся. – попросила она.

В мыльнице лежало приятно пахнущее мыло. Давно я не ощущал настолько приятных запахов. И в разницу этим волнами перебивали запахи моих штанов и потом из-под зачуханной рубашки. Я вымыл руки и глянул, как просил студент, в зеркало. Зрелище не из приятных. С мылом помыл волосы на голове и расчесался. Уже получше, но помятое лицо и запах изо рта… Самому противно. Я вышел из ванной комнаты. Марья Ивановна крутилась возле электрического чайника:

– Не понимаю. Не хочет работать…

– Сейчас сделаем. – подошёл к ней я. Ещё при входе, мой воровской взгляд, запоминает где что лежит, но воровать у ней я ничего не собирался. Всё, не хочу быть таким! Отвёртка в коридоре помогла разобрать подставку.

– Сломанный провод, нужно перепаять. – продиагностировал я.

– Там в шкафу, где-то паяльник от мужа остался. – Марья Ивановна повела в другую комнату.

Да, паяльник остался… Ватт на двести. Им самовары паять надо, а не проводки. Но ничего, сойдёт. Припой тоже оказался там. Через пять минуть вода уже закипала в этом чайнике.

– Ну вот, спасибо тебе. – поблагодарила бабушка.

– Вам спасибо.

Ужиная за столом мы разговорились. Сын Марьи Ивановны погиб во время Чеченской войны. Муж пять лет назад не перенёс инфаркта. А она со своей пенсией сводит концы с концами. Я тоже рассказал про свою незавидную жизнь. Нет, не подумайте, я не жаловался. Сам виноват был. Рассказал, что решил начать с нуля. А выдержу?

После ужина я засобирался домой. А у меня нет дома… Но просить остаться у Марьи Ивановны было как-то не по себе. Но она и сама поняла:

– Сегодня можешь остаться у меня переночевать. Искупайся, да вещи выстирай, а то от тебя хуже помойки несёт.

Сопротивляться, конечно же, я не стал. Даже надумалось поклониться в пол, но я этого не сделал, а только поблагодарил. Вымылся, постирался и уже без специфического запаха вышел из ванной голым, с замотанным вокруг талии полотенцем.

– Ну вот, другое дело. – одобряюще оглядела меня Марья Ивановна.

– Марья Ивановна, где у вас вещи можно развесить посушить?

– На кухонных верёвках, ближе к газовке.

Постелили мне на кухне, на диванчик. Спал без задних ног. Утром я ещё раз заглянул в зеркало. Лицо уже не так сильно выглядело опухшим. Во взгляде прослеживалась ясность. Одежда высохла и пахла свежестью. Марья Ивановна дала мне зубную щётку:

– На, можешь её себе оставить.

Умылся, оделся. Частично себя я привёл в порядок, не помешало бы приодеться и побриться. Позавтракав, я ещё раз поблагодарил хозяйку квартиры за всё и, взяв свой металлолом, вышел на улицу. Найти приём металла не составило труда, на каждом столбу пестрели объявления о приёме лома. Весь день я снова провёл в поисках цвет мета, а сдав его, решил приобрести себе вещи. На новые, конечно, не стал заглядываться, а зашёл в первый попавшийся на глаза сэконд хенд. Где и приобрёл брюки по размеру и хорошую футболку. На китайском рынке простенькие кроссовки и носки с трусами. Всё это приберёг к понедельнику для работы. На оставшиеся деньги купил станок с мылом и покушать.

Надо Виталика навестить. Виталик с бандой заседали у него дома и потребляли «её родимую». Предложили мне, но я отказался.

– Не умеешь пить? У тебя до понедельника ещё два дня. Нас поддержи немного. Я не предлагаю пить снами всё.

Но что такое немного? За разговором мы ненароком зацепили Веру. Она так и не оправилась. Пила в другой компании. Серёга даже припомнил, что после того как я с ней расстался, она через восемь месяцев родила. Но оставила ребёнка в роддоме.

Утром я снова очнулся на ковре обоссанным. Нет, хватит! Я точно не умею пить, надо на этом завязывать жить бесцельно. Я побрился, переоделся в купленные вещи, а эти выкинул в мусорное ведро. Весь день снова провёл в поисках металла. К вечеру от меня уже не пахло перегаром. Сдав свой металл, я навестил сестру.

– Ого! – поприветствовала она меня: Сегодня праздник?

– Для меня, да. Завтра на работу пойду устраиваться. Дашь мне мои документы?

– Конечно, заходи.

Мы посидели, попили чаю с племянниками. Муж, как обычно был в командировке. Я в первый раз принёс с собой печенье и конфеты. Затем Света подстригла меня и, боясь куда-либо отпускать, чтобы ненароком не забухал опять, предложила один день переночевать у них. Я согласился, ведь у Виталика меня ждало бы то же самое, что и обычно. Мне не спалось. Света тоже боялась, что я что-нибудь украду и частенько заглядывала в комнату, где лежал я. Я понимал её опасения, поэтому не вставал и не ходил.

Семь утра, а я так и не уснул. Всё беспокоился за работу. Моё лицо перестало походить на алкоголика, больше на просто уставшего человека. Подаренная Марьей Ивановной зубная щётка привела мои зубы в порядок. Света накормила меня, и я отправился устраиваться на работу в ЖКХ.

Войдя к начальнице ЖКХ, я остановился. Она оценивающе оглядела меня:

– Ммм… Ну заходи. У меня одна вакансия осталась. Будешь дворником?

– Буду. – не раздумывая ответил я.

– Месяц на испытательном сроке, потом посмотрим. Документы с собой?