Павел Шек – Резчик. Том 6 (страница 43)

Бруну ждал нас на площади перед дворцом. Выглядел он бодрым и довольным. В дорогой одежде герцога и с символом власти на груди его было прямо не узнать. Хотя такого громилу сложно с кем-то перепутать. Едва мы подошли, он полез обниматься, заключив меня в медвежьи объятия.

— Вернулся! — он с силой стиснул меня, едва рёбра не переломал. — Сколько вы на галере болтались, недели две?

— Примерно так, — кивнул я.

— Я уже распорядился греть воду в больших количествах, — рассмеялся он. — Мыла и масла закупил на днях, всем хватит. А что это она?

— Устала сидеть без дела, — сказал я, глядя вслед Аш. — Пробежит вдоль реки и вернётся. Ей надо бегать, чтобы не болеть.

— Правильно, — поддержал он. — А потом мы устроим грандиозный ужин.

— Что-то хорошее случилось? — спросил я.

— Когда проблем нет — уже хорошо, — Бруну улыбнулся. — А у меня за месяц проблем почти не было. Как вы уехали, тишина и благодать. Бароны только зудят.

— Чеши, раз зудят, — рассмеялся я.

— Так я чешу, промеж ушей, — он продемонстрировал огромный кулак. — Всё, не будем о делах сейчас. Вы отдыхайте и приводите себя в порядок. Через два часа будет готов праздничный ужин. А потом можно и о делах поговорить.

* * *

В Лекке мы провели три дня. Из особых новостей можно отметить конец мятежа и налаживание торговли между провинциями и центром Империи. Пока мы месяц путешествовали, Бруну наводил в провинции порядок, искоренял бандитов, договаривался с баронами. Все производства, остановленные во время мятежа, вновь заработали, а избыток товара должен был скоро поехать по трактам в крупнейшие города Империи. Бруну для этого использовал обозы легионов, закономерно решив, что пустыми ехать обратно они могут, но это глупо и расточительно. Обычно с помощью обозов армии вывозили награбленное, а сейчас они просто везли товары, которые Бруну хотел продать поскорее. Провинции нужны были деньги, чтобы выйти из кризиса.

Второй интересной новостью стало то, что Бруну решил вернуться с нами в столицу. Он хотел предстать перед Императором, доложить об успехах и поговорить о насущных проблемах. Но мне сказал, что едет исключительно, чтобы не пропустить мою свадьбу с Клаудией. Кстати, из-за того, что я увёл галеру Торговой гильдии, у Бруну проблем не возникло. Они пытались давить на него, как на наместника, но он отвечал моими словами: «Для нужд Империи», и разводил руками. Свои обещания перед ними он выполнил в полном объёме, так что им пришлось с этим смириться. Но мне они подобное ещё припомнят. Хорошо бы послушать, что они сказали по этому поводу Императору, и что тот ответил.

Золото для Империи, которое мне поручили собрать, уместилось в одной телеге. В оправдание могу сказать, что его было много по меркам одной провинции, но мало в масштабах всей империи. Колин, занимавшийся этим вопросом, говорил, что собрано было немного больше, чем годовой налог провинции. Издержки на войну это не окупало, но это не моя вина. Он даже поделился со мной мыслью, что Император часть этого золота даст Бруну в долг, чтобы тот быстрее восстановил провинцию. Может быть, бывший генерал поэтому и ехал с нами, чтобы не упустить момент.

Сборы в дорогу заняли почти день. Немного, учитывая, что мы ехали на север, где снег давно укрыл землю толстым слоем, а реки сковало крепким льдом. Асверам пришлось исхитриться, чтобы утеплить повозку Аш. Она пока не в полной мере представляла, что такое зима в центре Империи, и храбрилась. Я же говорил, что в дороге она должна готовиться к тому, что сразу по возвращению домой ляжет спать.

Первая часть дороги ничем особым не запомнилась. Погода постепенно портилась, потом пошёл дождь, в какой-то момент сменившийся снегом. Аш сначала бежала за повозками налегке, потом попросила тёплую накидку, и к тому моменту, как мы добрались до равнины, засыпанной глубоким и рыхлым снегом, уже не вылезала из повозки. Надо было видеть тот ужас в глазах, когда она смотрела на бескрайний снежный пейзаж, а когда ночью усиливались морозы, то приходилось дополнительно укрывать её шкурами. Когда же мы добрались до Витории, Аш уже два дня крепко спала и просыпаться не собиралась. Мы поэтому и спешили, так как с каждым днём в повозке становилось всё жарче, и я боялся, как бы ночью она не вспыхнула.

Стоит сказать о Монне и Маргед, которые такого количества снега никогда в своей жизни не видели. В их лесах снег выпадал нечасто и сразу таял. Редко когда снег задерживался дольше нескольких дней. Видя, как они мёрзнут, не привыкшие к холодам, я подшучивал над ними, предлагал впасть в спячку, как Аш. По правде сказать, холодно было всем. Мы с Клаудией мёрзли не меньше других, так как сферу Лемма я отдал Кифайр. Но у нас в повозке хотя бы можно было развести огонь в печке, к дыму которой привыкнуть проще, чем к морозу. Иногда мы с Клаудией приглашали Маргед, чтобы она могла отогреться. Они с Монной ехали в повозке с золотом, закутанные в тёплые зимние плащи. Я пока не знал, куда пристроить девочку, каналы у которой проснутся года через два, но обещал об этом подумать дома.

Кифайр из своей повозки тоже не выходила, тихо проклиная снег и небеса, которые извергают на землю замёрзшую воду. Гуин и Виере время от времени приходилось бегать к повозке Аш, чтобы забрать пару горячих шкур и укрыть Кифу. К концу путешествия она уже готова была перебраться к Аш и уснуть с ней в обнимку. В общем, чем ближе мы подъезжали к столице, тем больше в отряде становилось проблем. Когда же на горизонте показался Старый город Витории, радость наша была примерно такой же, как во время прибытия в Лекку.

Перед городом нас встречала группа асверов из гильдии в составе четырёх пар. Все настроены очень решительно, хотя в пределах видимости были только крестьяне, везущие что-то в город, и несколько стражников, мёрзнущих у входа в город. Здесь мы разделились с отрядом Бруну. Я обещал, что заеду к нему в гости на днях, если меня не завалит горой скопившейся работы. Возле поместья Хаук мы расстались с асверами, которые направились в гильдию. Осталась только моя команда и пара тас’хи. Золото решили просто оставить в конюшне, чтобы уже завтра доставить его во дворец. Только я пока не знал, как это должно происходить. Не вываливать же мне золото прямо посреди парадного входа.

Во дворе, чистом от снега, появился Азм. Я подошёл к нему, похлопал по мускулистой шее.

— Привет, привет. Скучал? — я улыбнулся картинкам в его воображении. Среди них мелькнула Аш. Азм представлял её непоседливой девочкой, за которой нужен глаз да глаз. — Спит она. Ты её в дом перенести сможешь? Хорошо, только повозку не сожгите. Подожди. Пока я отсутствовал, проблем дома не было? Ну и хорошо. Давай.

Я отошёл, и Азм растворился тёмным дымом, полетевшим в сторону повозки, где спала Аш. С той стороны потянуло теплом, отчего лошади испуганно затанцевали. Через секунду чёрный дым, в котором проскальзывали оранжевые искорки, метнулся к домику Аш, юркнув под тяжёлую ткань полога.

— Николас! — позвал оборотня, крутившегося у входа в конюшни. Он бросил сматывать какую-то верёвку и подбежал ко мне.

— С возвращением, — он попытался поклониться, но получилось очень неуклюже.

— Так, лохматый, надо вход в дом Аш закрыть щитом. Помнишь, мы его готовили, когда она спать собиралась? Там ещё отверстие снизу, чтобы воздух проходил.

— Помню, там он стоит, — он показал на конюшни.

— Пока лошадьми займись, а часа через два закроешь вход. Смотри, будет жарко, когда за полог заглянешь, волосы не опали. Возьми кого-нибудь в помощь, вдвоём быстро поставите. И тканью сверху укройте.

— Сделаю, — закивал он.

Я махнул рукой, и оборотень поспешил к повозке, чтобы распрячь лошадей. Оглянувшись, я посмотрел на лестницу, где появилась Александра. Она успела встретить Клаудию, отвести её в дом и вернуться.

— Монна, Маргед! — позвал я и направился к ним, так как они были заняты повозкой с золотом.

Дочь князя покосилась на Николаса, который бросал на неё любопытные взгляды, фыркнула. Я подошёл, поманил Маргед. Свои стёганые куртки наёмников они сменили на шерстяные платья и выглядели как луковицы, сверкая тремя юбками, из-под которых выглядывали тёплые штаны. На плечи они накинули одинаковые платки и выглядели как мама с дочкой. По пути я купил Маргед овечью шапку, в которой она смотрелась просто уморительно.

— Я вам про поместье рассказывал, — начал я. — Это конюшни, к ним пристроен дом, где живут оборотни мужчины. Но вам там делать нечего, да и места свободного нет. Отдельного дома для прислуги тоже нет. Вон, видите строение, там живут асверы. К ним заходить никому нельзя. Это важно запомнить. Понятно?

— Понятно, — закивала Маргед.

— Второй дом, — я показал на строение, — для гостей. Сейчас он свободен, поэтому поживёте там какое-то время. Вы пока занимайтесь лошадьми и повозками. Как только управляющая освободится, её зовут Милания, она проводит вас в дом и всё покажет. Да, в домик Аш тоже заходить нельзя, иначе она вас сожжёт, и косточек не останется. Если что-то непонятно, обращайтесь к Ивейн, она среди всех — самая рассудительная. Кифайр! Ну куда ты в конюшню?!

Я поспешил к Кифайр, пытавшейся укрыться на конюшне. Она приметила сено для лошадей, сложенное на полуэтаже, но не знала, как туда подняться, используя ненадёжную лестницу. Взяв её за руку, повёл к дому. Александра терпеливо ждала, пока мы подойдём, затем крепко обняла меня, расцеловала в щёки.