Павел Шек – Резчик. Том 6 (страница 20)

— И твой дом ждёт та же участь, — он посмотрел на меня. — Попробуй найти Усыпальницу фей, удиви меня.

Повернувшись к Персивалю, он некрасиво оскалился и рассыпался крупными каплями воды. До нас долетел злобный смех и голос: «А твой дом уже разрушен!». Смех повторился, но уже тише, затем на нас обрушился дождь, а поток воды захлестнул до самых колен.

— Довольны?! — я посмотрел на них. — Мать вашу! Меня только демоны ещё не проклинали.

Выругавшись, я резко развернулся и зашагал в обратном направлении. Это всё Вигор виноват, что б он икал вместе с Пресветлым каждый раз, когда они меня вспоминают! Сидели бы мы тихо на постоялом дворе, ничего бы не случилось, наверное. Я ведь даже поучаствовать не успел, а по шее получил за всех, вместе взятых.

* * *

Изливать гнев с небес на землю Зиралл прекратил только утром третьего дня. Дождь кончился поздней ночью, и вода немного ушла с улиц. Мне хотелось как можно быстрее покинуть город, отправившись в путь ещё до рассвета, но Клаудия уговорила остаться на завтрак. Накануне я серьёзно поговорил с Вигором и узнал мнение Пресветлого на слова проклятия. Выходило всё не так уж и плохо. В том смысле, что светлый бог не видел в этом проблему. Уга тоже не особо беспокоилась, но некая напряжённость осталась. Мне показалось, что она вела себя как вождь кровожадного племени, которому пообещали, что скоро на его поселение нападут враги. Она от этого не расстроилась и даже, наоборот, с нетерпением ждала гостей. А до зимнего солнцестояния оставалось немногим больше месяца.

Большую крытую телегу с парой тяжеловозов мы всё же достали. Вигор ходил в гости к барону, наврал, что охотился на злобного демона, которого победил герцог Хаук в порту. И в знак благодарности, что город ещё стоит, а не разрушен катаклизмами, потребовал добротную телегу и лошадей. А так как вода из города и окрестностей ушла не до конца, в телеге поехала Аш, которой дождливая погода категорически не нравилась. Даже не знаю, испытает ли она шок, когда увидит заснеженную Виторию, сугробы до пояса взрослому человеку. Что касается холода и мороза, то огненные псы его не сильно боялись. Мы с Аш вчера говорили о снах и видениях. Она показывала ночные пейзажи пустынных равнин, покрытых тонким слоем инея, стаю огненных псов, ожидающих рассвет в каменном кургане. Голодный и холодный сезон после зимней спячки. Вместе с потеплением они двинутся вдоль края пустошей на запад к высокой горной гряде, где просыпался вулкан. Всё-таки у Аш неплохо получается передавать яркие и красочные картины, которые она видела во сне.

С утра пораньше я завтракал в зале постоялого двора и предавался унынию. Потягивал отвар из медвежьей мяты, недобрым словом вспоминая варваров. Асверы всё подготовили и ждали только нас с Клаудией. Даже Вигор умудрился позавтракать первым и ушёл на конюшню, чтобы проверить повозку. Ему предстояло ехать на месте возницы, пока земля окончательно не просохнет и Аш побежит своим ходом. Поэтому он планировал постелить на жёсткую лавку несколько одеял и посмотреть, можно ли что-то сделать с навесом от возможного дождя. Он хотя и выглядел бодрым, божественные силы истощил сильно и, по его же словам, минимум две недели будет их восстанавливать.

Уличная дверь скрипнула, открываясь, и на порог шагнула Монна. С нашей последней встречи она не изменилась, всё те же мужские одежды наёмника и топор на поясе. Я даже удивился, что она пришла одна, а не в компании сородичей. Монна важно прошла между столов к нам.

— Садись, — махнул я рукой.

— Доброе утро, князь… то есть герцог, — она села, поправив топор.

— Когда вы появляетесь, любое время дня перестаёт быть добрым, — проворчал я.

Клаудия с Монной была знакома только из моих рассказов и с интересом изучала её. Наверняка отметила, что она не такая уж и красивая, как Бристл, не говоря уже про Александру. Оценила мужской наряд, но не подала виду.

— Спасибо, что выкупил брата, — сказала Монна. — У меня нет столько золота, чтобы отдать.

— Забудь, — я отмахнулся, уловил её пристальный взгляд на кружку в руке.

— А можно попробовать? — спросила она.

— Держи, — я вздохнул, поставил кружку рядом с ней. — Насчёт золота — не заморачивайся. Отдашь как-нибудь потом. Вдруг лет через сто или двести мне понадобится ваша кровь, тогда и приду за долгом.

— Прямо как у Матео, — заинтересовалась Клаудия.

— Как-нибудь — это плохо, — Монна осторожно пригубила горячий напиток, довольно покачала головой. — Так нельзя. Долги нужно отдавать, иначе бог-предок рассердится. Я в твою дружину наймусь. Одна золотая монета в день — справедливая плата. Быстро рассчитаюсь.

— Быстро? — я рассмеялся. — Даже если две монеты в день тебе платить, это будет очень долго. У тебя внуки появиться успеют, а у мужа борода поседеет.

— Пусть седеет, — она фыркнула и снова пригубила отвар. — Трус он, позор для рода. А внуков я бы понянчила. Будет что рассказать про большой мир.

— Ты меня слышишь? Беги, пока ваши не уплыли, прыгай на корабль и плывите домой. Чем быстрее, тем лучше.

— Домой не вернусь! — отрезала она. В пару глотков допила отвар и стукнула кружкой по столу, расколов её.

— Что ж вы кружки мои бьёте? — я поднял взгляд к потолку. — Вредители шерстяные. В следующий раз медную дам и кипятка налью, чтобы держать удобнее было.

Монна смешно нахмурилась, пытаясь переварить сказанное. Посмотрела на разбитую кружку, проворчала что-то и принялась складывать осколки в кучу.

— Домой не вернусь, — повторила она твёрдо. — И князь уплыл с рассветом. Торопился.

— А сын? — спросил я. — Его увидеть не хочешь? Кто его воспитывать будет?

— Отец мой, — как само собой разумеющееся ответила она. В животе Монны заурчало, и она знакомым движением погладила его, обещая, что скоро поест. — Они смеялись, говорили, что меня в дружину никто не возьмёт, потому что я женщина. А у тебя в дружине женщины есть.

— Железная логика. И почему именно дружина? — я жестом подозвал помощницу хозяина. — Из еды что-нибудь осталось? Неси быстрее, чтобы мы ещё на час не задержались. Хочу отсюда быстрее уехать.

Женщина закивала и поспешила в сторону кухни.

— Берси, — Клаудия положила ладонь на мою руку. — Когда ты ворчишь, то только подкармливаешь неприятности. Они становятся толстыми и тяжёлыми. Не корми их, пусть они уйдут или умрут от голода.

— Вот неприятность сидит, голодная, — фыркнул я.

— Можно дать ей шанс себя проявить, — улыбнулась Клаудия. — Редко встретишь человека, который честно хочет отработать долг. Только дружины у тебя нет. Но можно её в личную стражу определить. И оплата в два золотых в день вполне справедлива.

— Хорошо, уговорила. Дойдём до Лекки, а там посмотрим. Столица провинции вроде тоже на реке стоит. Если Монна ни разу не подерётся с асверами и не доставит мне проблем, подумаю, чтобы в дружину взять. А иначе домой отправлю, к мужу!

Монна заулыбалась, непонятно чему больше радуясь: тому, что я согласился, или принесённому завтраку. Нет, можно её здесь бросить, но ничего хорошего из этого не выйдет. Не пройдёт и месяца, и ей придётся из города убегать как преступнице или убийце. С её силой достаточно одного удара, чтобы прибить какого-нибудь наглого грузчика в порту или ретивого стражника. Внутренний голос противно ворчал, советуя оставить эту проблему здесь и вообще не связываться, но я решительно задвинул его поглубже. Может быть, это во мне ребёнок проснулся и хотелось удивить родных, когда мы домой вернёмся. Блэс будут в шоке, когда узнают, что существуют оборотни-медведи.

«Нет, нет, — я мотнул головой, — оставлю её в Лекке. Или домой отправлю».

Необычно, что Клаудия встала на её сторону. Диана, сидевшая за соседним столиком, смотрела на Монну подозрительно и недоверчиво. По её мнению, эту странную женщину следовало прогнать, и чем быстрее, тем лучше. Просто мы с ней, в отличие от Клаудии, могли прочитать искренность намерений. Когда Монна говорила, что хочет отдать долг, именно это она и имела в виду. Только выбрала она довольно необычный способ заработать. Проще было попроситься в прислугу или что-нибудь в этом роде. Но не в стражу же.

— Кому бы поручить? — задумчиво протянул я.

На ум пришла только Ивейн, но у неё и без этого забот полно. Пока я думал, Монна успела съесть половину завтрака.

— Ты верхом ездить умеешь? — спросил я.

— На лошади? — Монна прервалась. — Не знаю, не пробовала.

— Понятно…

В зал заглянула Ивейн. Наверняка почувствовала, что я собирался с ней поговорить. А ведь я ещё не определился. Но, раз пришла, придётся ей отдуваться.

— Повозки готовы? — спросил я, когда она подошла.

— Всё подготовили, можно ехать. Вигор уверяет, что умеет управлять телегой, но он только лошадей пугает и мучает. Придётся кого-то пересадить к нему. Я не успела с Бальсой поговорить, она занята.

— Хорошо. Монна, знакомься, это Ивейн, моя помощница. Я не уверен, понимаешь ли ты до конца, что такое служить в дружине князя или в страже герцога. Но если у тебя есть такое желание, то пока мы будем ехать к Лекке, а это где-то шесть дней, если погода позволит, будешь подчиняться непосредственно ей. Правила очень простые, с асверами не драться и ко всем остальным относиться с уважением. У нас посторонних в отряде нет, взять хотя бы верховного жреца Зиралла. Облик вол… медведя можешь принимать ночью, лошадей только не пугай и предупреди Ивейн или Бальсу заранее.