Павел Шек – Резчик 1 - 6 (страница 364)

— Это всё Пресветлый, чтоб ему икалось, — проворчал я. Накрыл её ладонь своей. — Не переживай.

Клаудия проследила за моей ладонью, посмотрела на свою руку, вздохнула, подумав о том, чтобы пересесть немного ближе ко мне. Я лишь улыбнулся, толкая плечом Илину, чтобы не сердилась.

Ночь прошла спокойно, немного развеяв тяжёлые думы. Я вышел из комнаты, направился к лестнице, но остановился. Развернувшись, прошёл по коридору и пару раз постучал в дверь комнаты Клаудии.

— Войдите… — послышался приглушённый голос.

— Доброго утра, — жизнерадостно произнёс я. — Клаудия, что случилось?

Молодая девушка выглядела бледной. Она смогла одеться, но у неё плохо получилось подвязать платье специальными шнурками. Даже в таком состоянии она пыталась привести причёску в порядок, но сил на это в полной мере не хватило.

— Берси, прости, я, кажется, заболела, — едва слышно произнесла она. — Съела, наверное, что-то не то.

— Давай угадаю, — я прошёл к ней, коснулся тыльной стороной ладони лба, — слабость в теле, головная боль, тошнота. Эта страшная болезнь преследует всех, кто по вечерам плохо кушает и много пьёт сладкие, но крепкие напитки. Магия в этом случае помогает плохо, но должно немного полегчать, — я использовал немного магии, улыбнулся. — Клаудия, помнишь, я тебе говорил, что могу мысли читать?

Она смутилась, опуская взгляд. В её намерениях читалось то, что сейчас она не будет сильно сопротивляться, если я воспользуюсь её беззащитностью.

— Это, наверное, очень удобно, — тихо сказала она. — Можно очаровать любую девушку…

— Многим мужчинам, особенно с высоким положением в обществе, подобного и не требуется. А я же наоборот, буду читать только то, что меня хотят обмануть, воспользоваться чтобы получить выгоду или покровительство. Это очень неприятно, поверь мне. Когда люди тебе врут, и ты чувствуешь ложь в их словах.

— Я никогда тебе не врала, — сказала она и еще ниже опустила голову. — И никогда бы не позволила себе… использовать…

— Глупышка, — я погладил её по голове. — Я попрошу кого-нибудь помочь тебе. А сам приготовлю особый отвар от этой неприятной болезни. Только не задерживайся в комнате — нам надо как можно раньше выехать.

Она хотела поймать меня за руку, но остановилась на полпути, сжала кулачок и прижала руку к груди. Права Илина, надо было оставить её с мамой. Не в том смысле, что она мне мешает или Илине. Не хочется, чтобы она видела то, что я планирую сделать.

В общем зале было необычно тихо. Новых постояльцев не появилось, но хозяин не слишком расстроился. Асверы его вполне устраивали, если платили. Работницы кухни носили к столам завтрак, разливали сладкий медовый напиток. Я уселся за столик рядом с Илиной, которая тут же вручила мне кружку с тёплым отваром.

— А это мне зачем? — я принюхался к напитку.

— Сколько ты уже не тренировался с мечом? — спросила она. — Вот поэтому.

Травы для укрепления связок и сухожилий имели неприятно горький вкус, который не удавалось заглушить ни мёдом, ни мятой. Я сделал большой глоток, поморщился.

— Пока не забыл, пожалуйста, приготовь отвар от похмелья для Клаудии, — вспомнил я. — Иначе её в дороге укачает, и далеко мы не уедем.

Илина промолчала, так как уже высказалась по этому поводу накануне. Подняв сумку с травами с пола, на секунду задумалась, а не положить ли в отвар слабительного. Не только в воспитательных целях, но и в качестве небольшой мести.

— Господин Хок, — к нам приблизился хозяин таверны. Он выглядел немного нерешительно. — Я знаю, Вы едете на юг по имперскому тракту. Хочу предупредить, что эта дорога опасна для путешествия. Вот если Вы вернетесь назад, всего на два часа пути, и повернёте на восток, то попадёте на спокойный путь.

— Что же там такого опасного? — спросил я.

— Понимаете, мой кузен, — быстрый взгляд в сторону кухни, — говорит, что легион Янда собирается идти сюда. Война будет, и вы попадёте между молотом и наковальней.

— Спасибо за заботу, — щелчком пальца я бросил ему монету.

— Пусть боги сберегут вас, — он пару раз низко поклонился, пятясь.

Я как-то говорил, что война — это прибыльное дело. Янда специально торопится, пуская вперёд войска, чтобы заявить о себе как о серьёзной силе, и для того, чтобы захватить удобный плацдарм, откуда его будет сложно выбить. Как я думаю, он уже знал, что со мной не пришли большие силы и, как итог, решил форсировать события.

— Как думаешь, Илина, может ли герцог Янда из-за большой ненависти ко мне не просто захватить часть провинции, а сжечь тут всё дотла? — я посмотрел на неё. — Понятно, можешь не отвечать.

Если видел один Имперский легион, считай, что видел все. Ровные ряды палаток и шатров, снующие между ними легионеры и наёмные рабочие. За лагерем центурионы гоняют подчинённых, отрабатывая построение с использованием башенных щитов. За три недели, что легион стоит перед большой равниной, люди успели возвести оборонительные укрепления и построить частокол вокруг лагеря. Лес для этого подвозили на телегах, запряжённых волами. Что касается численности, то легион насчитывал чуть больше двух тысяч человек, в основном лёгкой пехоты. Той же конницы — не больше трёх турм — это примерно сотня всадников. Для обеспечения безопасности в провинции такое количество было вполне приемлемым, но для серьёзной войны не годилось.

Мы обогнали обоз из десяти телег с провизией и лесом, подъезжая к воротам импровизированного форта. Увидев Асверов, легионеры торопливо разбегались в разные стороны, без лишних вопросов пропуская в лагерь, где нас уже ждали. Причем, на встречу вышел лично легат, а также префект лагеря и первый центурион. Легата отличали более тёмный цвет плаща и золотой венец, говоривший о высоком положении. Это был немолодой, но подтянутый мужчина. Серые с проседью волосы, тяжёлый взгляд и украшенная золотом пластинчатая броня, выглядывающая из-под плаща. Могу поспорить, что до того, как попасть в эту мирную и богатую провинцию, он немало повоевал. Странно, что остался на службе в таком возрасте, а не поселился в столице или в каком-нибудь тихом городке.

— Легат Пятого Имперского легиона Энрико Ска́ла, — представился он, когда я подошёл. Он посмотрел поверх моего плеча на вышедшую из повозки Клаудию и спешившихся асверов.

— Герцог Берси Хаук, — представился я и даже ткнул пальцем в знак наместника, висевший на груди. — С недавнего времени наместник Империи в провинции.

Легат коротко кивнул, показывая, что всё понял.

— Поговорим у Вас в шатре? — предложил я. — Понимаю, у вас и так сложная обстановка, а тут ещё приехал новоиспечённый герцог, молодой…

— Не нужно, — остановил меня Энрико. — Простите мои манеры, я…

Он не договорил, так как у ворот поднялся крик, а следом прозвучал низкий звук боевого рога. Легионеры вокруг засуетились, хватаясь за оружие. Те, кто отдыхал в палатках, начали выскакивать наружу, хватая щиты и мечи. С дальней стороны прозвучал ещё один звук горна.

— Сигнал о нападении, — пояснил легат, видя мой удивлённый взгляд.

— Берси! — раздался сзади голос Илины. — Это твоя полоумная собака.

— О! — обрадовался я. — Легат, трубите отбой, это Аш вернулась.

Развернувшись, я побежал к воротам, где легионеры, вооружившись башенными щитами, строились в отряд. Выскочив на дорогу, увидел, как по полю в нашу сторону бежала Аш, преодолев уже половину пути. Что интересно, за ней бежали ещё две собаки поменьше, мне показалось, из тех, что остались со старшим родом. Аш позавчера сбежала, сказав, что ей «надо». Чтобы сильно не пугать легионеров, пришлось идти к ней на встречу. Тройка огненных псов добежала до меня, едва не затоптав. Они были довольны тем, что успели вовремя, тяжело дыша и вывалив языки.

— Аш, ты где их подобрала? — сурово спросил я, поманил её жестом, положил руку на горячую шею. — Я вижу, что успели…

— Где она их нашла? — повторила мой вопрос Илина. Она подошла и положила руку на шею Аш с другой стороны, прислушалась к ощущениям, пытаясь подслушать наш разговор.

— Говорит, что старший род здесь недалеко. Лошадей пасут в двух днях пути на запад. Там же река?!

Аш мотнула головой, показывая, что река действительно была. А ещё пару картинок того, как ловко они перебрались через брод.

— И зачем ты этих оболтусов с собой взяла? — спросил я. — Какая война?! Вы не навоевались в прошлый раз? Скучно?! Ты думаешь, это весело?!

Я не на шутку рассердился, не зная, что сказать и как ей объяснить, что война — это совершенно не «весело». Представил картину, вынув её из глубин воспоминаний, с сотней огненных псов, лежащих на земле. Как они превращались в сажу, от которой вверх поднимается горький удушливый дым. Вспомнил, что я в тот момент чувствовал. Причём представил эту картинку так явственно, что её уловила даже Илина. Это как нырнуть в чёрный непроглядный омут, погружаясь в него всё глубже и глубже. Даже дыхание перехватило. Из воспоминаний меня вырвал горячий и шершавый язык, прошедший по щеке.

— Всё, я спокоен, — пришлось глубоко вдохнуть и выдохнуть, чтобы прийти в себя. Подошёл к двум поникшим и прижавшим уши к голове псам. Погладил по горячей шее каждого, немного успокаивая. — Бегите домой. И, пока не повзрослеете — никакой войны. Это значит, пока не станете такими же большими как Азм. Потом посмотрим. Не сержусь. И не забудьте передать привет остальным. И за мелкими присматривайте.