Павел Шек – Псы войны (страница 99)

– А как они друг с другом разговаривают? – спросила из-за спины Диана.

– Хороший вопрос. Эй, собака! – повысил я голос, делая жест рукой. – Ближе подойди. Я к тебе в темноту не пойду. Страшно мне, слышишь?

Самка оглянулась, затем встала и сделала несколько шагов навстречу, после чего снова уселась на землю. В образах, которые она представляла, я читал то, как они охотились в лесах недавно, пытаясь загнать пару оленей и крупного лося. Знать бы только, что она хотела этим сказать.

– Подойду чуть ближе, – сказал я. – Не съест она меня, Диана, успокойся. Помнишь, я говорил, что они прямолинейные? Если хотели бы напасть, не стали бы заморачиваться, а навалились всей стаей. Они очень умные. Почти как люди, только не говорят.

– Слышали мы это, слышали, – проворчала Ивейн.

Подняв руки и продемонстрировав, что в них ничего нет, я пошёл к ней на встречу. В отличие от Азма, она не была настроена так уж слишком дружелюбно. Скорее, настороженно, как человек, попавший в незнакомую компанию. Когда я подошёл почти вплотную, она выдохнула мне в лицо облако серого дыма, пахнущего чем-то горьким.

– Да понял я, понял, охотились вы в этих лесах, – вздохнул я. – Заладила одно и то же. Хорошо бы ты сказала, где ваша главная самка. И почему она не пришла. Не шали…

Я протянул руку, почему-то подумал, что если она мне её откусит, попробую отрастить себе новую. Пусть таких заклинаний ещё не придумали, и я буду первым. Шкура у неё была не такой уж и жёсткой, но очень горячей. Не обжигающей, но близко к этому. Я попытался воспроизвести в памяти образ огромной огненной собаки, бегущей прочь по полю, заполненному чёрными, дымящимися тушами. В голове промелькнул этот же образ, объятый высоким пламенем. А затем ещё несколько картинок, в которых огненные псы сгорали, превращаясь в огромные факелы.

– Даниель, похоже, контакт налажен. Насколько это возможно, так как мы друг друга едва понимаем. Она говорит, что… даже так…

Даниель подошёл ближе, глядя уже не настороженно, а с интересом. За ним тенью скользнула Диана, всё ещё опасаясь, чтобы меня не съели.

– В общем, она говорит, что все огненные псы, кто ел человеческую плоть, сгорели или были убиты, – сказал я. – Остались только те, кто охотился на коров и на невкусных овец. Они, когда людей едят, разум теряют понемногу и не могут в огонь превращаться. Сгорают без следа. Вот и получается, что остались только те, кто выжил после самосожжения. Это если простыми словами всё объяснить.

– И что они планируют теперь делать? – спросил герцог. – Много их осталось?

– Начнём с того, что считать она не умеет. Молодняк, вроде как, остался. Каждого вспомни, а я посчитаю, – сказал я ей. – Зараза, какой я должен образ представить, чтобы ты их пересчитала? Ты из меня слезу-то не дави. Куда я вас всех дену? Так, думал, будет проще…

Минут десять я слушал, спрашивал и снова слушал, пытаясь понять образы, что возникали в её голове. Убрав руку, повернулся к Даниелю.

– Короче, много их. Может два десятка. Она говорит, что я должен взять их всех на попечение, иначе они пропадут. Я-то дурак, планировал разрешить им поселиться где-то недалеко от северных земель. А что, там просторно, пусть живут. Они, в свою очередь, помогут, если Янда легионы на нас бросит. Может быть, оборотни за ними присмотрят. Общий язык с ними найти не сложно. Но получается так, что сами по себе они жить не могут. Точнее, не приспособлены к этому. Старших у них не осталось, и они просто-напросто не знают что делать. Как стая детей, только каждый размером с быка. Вот она, – кивок в сторону самки, – самая старшая из них. А ещё они холод и снег не любят. У них от этого шкура трескается, и они болеют. Да и какую они помощь могут нам оказать? Это просто куча детишек… Ааа! – я схватился за голову. – За что мне это всё?!

С минуту Даниель смотрел, как я ругаюсь на языке асверов. Посмотрел на огромную собаку, затем улыбнулся.

– Он вспоминает злых демонов, породивших этих несчастных существ, – сказала Диана, отвечая на невысказанный вопрос Даниеля. – А ещё сетует на какую-то женщину по имени Фатум.

– Охотились они! – бушевал я. – И за три дня одного оленя только сумели поймать. А лось от них сбежал. И теперь она думает, что я отдам ей лошадей. А вот демонов вам на блюде, вместо лошадей!

– Берси, успокойся, – мне на плечо легла ладонь герцога. – Эмоции – это хорошо, но сейчас они не к месту. Скажи, почему они к тебе пришли, а не к кому-то ещё? Почему сбежали от прежних хозяев, я, примерно, понял.

– Не хозяев… Хотя, – я с шумом выдохнул, – теперь не важно. К кому они ещё пойдут? Я единственный, кто их понимает. Всё, я спокоен. Вы меня извините. Я с ней ещё поговорю, а это затянется надолго. Хотите, Карл Вас домой отвезёт?

– Хочу на это посмотреть, – улыбнулся он. – И послушать, если ты не против. Уж очень это необычно.

– Я чего боюсь? Сколько одна собака за один присест мяса съедает? А двадцать таких псов? Если вспомнить цену на мясо, что я привозил с юга, они мне обойдутся минимум в пятьсот-шестьсот золотых в месяц. Они же не легионеры и зерно не едят.

– Недёшево, – согласился он, задумавшись о чём-то.

Я вернулся к собаке, вновь положив руку ей на шею.

– Зовут тебя как? Пепел? Аш, значит. Зови своих – будем смотреть сколько вас и что с такой оравой делать. Лошадей не отдам. Как же с тобой сложно…

Аш подняла голову к небу и на низкой ноте коротко прогудела. Если бы кто услышал такое в ночи, поседел бы или помер от разрыва сердца. И если Аш, как выяснилось, я чувствовал на большом расстоянии, то другим псам требовалось подойти достаточно близко. Я не видел, как они начали собираться вокруг, но чувствовал их голод.

– Они три дня без толку мотаются по этому лесу и очень хотят есть, – сказал я вслух для Даниеля и асверов, которым тоже было любопытно. – Аш пытается сказать, что мясо очень вкусное, но много его они не едят. Когда много мяса, они болеют. Вот, если ты сейчас скажешь, что вы едите хлеб, зерно и овощи… Ну так жгите лес. Там много поваленных деревьев… Если это огонь, то он не может быть «не горячим». Значит, когда горит обычное дерево, вы не насытитесь? Прекрасно, и где я вам достану «горячий» огонь? Ага: «Умный, поэтому сам придумай». Диана, сколько их?

– Двадцать шесть, – сказала она.

– А в магические предметы или амулеты они могут помещаться? – спросил Даниель.

– Нет. Это очень редкий дар. Среди них одарённых нет. Ивейн, отправь кого-нибудь в гильдию. Там должно остаться мясо с юга. Загрузите одну телегу и бегом обратно. Или вы можете пожертвовать тремя лошадьми, – добавил я строгости в голос.

Одна пара из сопровождения развернулась и уехала в обратном направлении. Лошадей даже пришпоривать не пришлось, так как собаки нагоняли на них немало страха. Я слышал недовольное ржание и то, как они перебирали ногами, стуча подковами по камням дороги.

– Хорошо, насчёт огня есть у меня одна задумка, – сказал я Аш, пытаясь представить тот образ, который появлялся в мыслях Азма, когда он говорил, что надо подождать. Это был образ большого пса, который лежал в густой траве недалеко от тропы, по которой должно было пройти стадо рогатых животных.

Коротая ночь в ожидании, когда приедет мясо, огненные псы разлеглись прямо на поляне рядом с дорогой. Я мог спокойно расспросить Аш, как они вообще смогли добраться с юга до центра империи незаметно. Выходило, что двигались они только по ночам, избегая даже небольших поселений и деревень. Хотя соблазн полакомиться скотиной, которую выращивали люди на подворьях, был велик. Аш оказалась довольно общительной, только я не всегда понимал, что она хотела сказать.

Я пока только обещал накормить их и подумать куда их можно сплавить, но для Аш этого было вполне достаточно. Мне показалось, что для себя они уже решили, что заботиться о них буду я, и теперь они точно не пропадут. То облегчение, которое она испытывала сейчас, и та безысходность и страх, которые я чувствовал когда только увидел её – эти эмоции были настолько яркими, что проигнорировать их мог разве что человек с каменным сердцем.

– Иметь таких псов в легионе, – говорил Даниель, – было бы неплохо. Не как ударную силу, а хотя бы несколько, чтобы от огня защищали. Маги в этом плане плачевны. Плохо, что псы холод не терпят. Ты не переживай, с финансовой стороны я тебе помогу. Пара тысяч золотом в год для большой провинции – это мелкие траты. Содержание легиона обходится в разы дороже.

– Но и пользы от легиона больше. Они дороги строят, крепости, соседей грабят. Мне кажется, или светать начинает?

– Пора уже, утро, – Даниель встал с раскладного стула, потянулся.

Со стороны дороги послышались цокот копыт и стук колёс. К нам приближалась телега, на которую подвесили небольшой фонарь. За телегой можно было разглядеть очертания нескольких всадников. Огненные псы начали просыпаться. Слышалось сопение, какие-то непонятные звуки, очень похожие на неразборчивое ворчание.

– Туда телегу, туда! – крикнул я, показывая направление. – За лошадьми смотрите, а то сожрут!

– Доброй ночи, госпожа Адан, – Даниель поздоровался с Рикардой, когда та спрыгнула с лошади.

– Здравствуйте, герцог Блэс. Вижу, что ночь добрая, – в её голосе звучало ехидство. – Скажите, это ведь всё Берси устроил? Одного огненного пса ему мало? Он решил прикормить ещё… сколько их тут?